Глава 32

Глава 32

Утром Максим так и не вернул мне телефон, ушел гулять с ребятами. Я убрала стол после завтрака, затем начала думать, что приготовить на обед.

Такая размеренная жизнь за городом мне очень нравится.

Немного одиноко и хочется еще каких-то занятий, но сейчас для этого слишком мало энергии.

Я приготовила завтрак, убралась и сейчас чувствую, что снова хочу лечь в постель.

Хочу взять телефон и позвонить своему врачу, но вспоминаю, что Максим мне так его и не вернул.

Когда Максим возвращается, то я прошу свой телефон, и он его отдает.

Я сразу же звоню врачу, рассказываю ей, как себя чувствую.

Она говорит, что на ранних сроках беременности такое может быть. Если мне хочется отдыхать, то ничего в этом нет страшного.

Главное сейчас следить за своим режимом дня и питания. Мы договариваемся о встрече через пару дней.

Я отключаюсь. Захожу в последние вызовы. Вижу, что Арина звонила еще много раз.

Затем и мама. А также несколько незнакомых номеров.

В сообщениях полный аншлаг.

Только от Арины пятьдесят сообщений.

– Что там? – Спрашивает Максим.

– Ничего. Сестра писала.

- Ты читала?

- Нет, - кладу телефон на стол экраном вниз.

- Сейчас пообедаем, а потом я поеду в город, нужно решить несколько рабочих вопросов.

- Связанных с моей семьей?

- Нет. Я больше лично с ними встречаться не буду.

– Почему-то мне кажется, что Арина нам еще устроит. Я правда, Макс, я очень сильно боюсь, что она может предпринять. Она и так будто слетела с катушек. А после вчерашнего разговора...

– Все уладим.

– А что с мамой, когда ее будут отвозить? Мне нужно с ней попрощаться?

– Нет, тебе не нужно.

– Но это некрасиво, наверное, с моей стороны.

– Я понимаю, что у тебя обостренное чувство заботы о близких, но подумай о том, как поступила бы Арина или твоя мать. Если бы не дай бог, с тобой что-то случилось, очень сомневаюсь, чтобы они даже приехали.

– Тут ты прав.

Мальчишки убегают в гостиную и включают себе телевизор, а я беру за руку Максима и вывожу на террасу.

Не хочу обсуждать подобные вопросы рядом с сыновьями.

Я заметила, как за эти дни они стали спокойнее и счастливее. Они рады, что родители проводят время вместе.

Самое прекрасное, что могут видеть дети, это то, что родители не ссорятся, а еще некоторое время назад у нас совершенно это не получалось.

Мы раздражали друг друга, но сейчас я чувствую какое-то спокойствие.

– Максим, – говорю я, когда мы выходим на террасу, – понимаешь, у меня есть какое-то чувство, будто все еще не закончилось, будто это какое-то затишье перед бурей, понимаешь?

– Не будет бури. Если все решится как надо, то она уедет.

– А она согласилась?

– Она не перезванивала.

– Ты поставил ей ультиматум, насколько я помню.

– Родная, давай я вернусь из города, и мы с тобой дальше все это обсудим.

Весь день я, как на иголках.

Несколько раз порывалась проверить сообщение Арины.

Хотела узнать, что именно она там написала, но так и не решилась открыть. Открыла приложение, свайпнула влево и удалила весь чат, чтобы не было желания это прочитать.

Ближе к вечеру позвонила мама и я все-таки решилась ответить на звонок. Если я не буду с ней прощаться лично, то хоть сделаю это по телефону.

– Да.

– Маруся, я тебя такого не ожидала, – начала мама.

– Меня зовут Марина. Очень надеюсь, что после лечения ты об этом вспомнишь.

– Как ты могла? Я что, какая-то наркоманка или алкоголичка? Ты с ума сошла?

– Нет, мама. Ты не наркоманка и не алкоголичка. Но твои нервы шалят. И тебе нужен отдых. Это хорошее место. Там ты придешь себе, и о тебе будут заботиться. Тебе, я тебе никогда не нравилась, тебе никогда не нравились мои поступки. Ты всегда меня критиковала, считала, что я все делаю неправильно. Но, знаешь, я сейчас думаю о том, чтобы если бы ты вообще не вмешивалась в мою жизнь, то она могла сложиться иначе.

– Только не нужно винить меня в своих проблемах.

– А я не виню. Я умею брать всю ответственность на себя, я понимаю почему отношения с Максимом испортились. Знаешь, когда в браке проблемы, виноваты всегда двое. Но тебе этого не понять. В твоем браке тоже были проблемы, и ты считала, что никто не виноват, и все прекрасно.

– У нас был замечательный брак с твоим отцом.

– Нет, он не был замечательным. Отец над нами издевался, он нас бил. Он бил тебя, унижал, ни во что не ставил. Это не прекрасный брак, а то, что ты сейчас закрываешь на это глаза, не делает этот брак лучше. Тебе нужно взять ответственность за то, что произошло. Нельзя помнить только хорошее. Иногда нужно помнить и плохое, чтобы понять, как больше такого не допускать. Все детство надо мной издевался отец, а потом измывалась ты. Только он это делал кулаком, а ты словами. И я, честно, мам, даже не знаю, что хуже.

Я слышу, как мама всхлипывает.

– Я думаю, мы на этом закончим общение на некоторое время. Ты пролечишься, и если врачи мне скажут, что стало лучше, я буду готова с тобой поговорить. Но только по телефону.

– Что ж ты за дочь такая? Ты даже не приедешь меня проводить? Отправляешь меня непонятно куда?

– Мам, я не хочу приезжать. Я не вижу никакого в этом смысла. Зачем? Чтобы ты снова меня упрекала? Я не хочу этого. У тебя есть любимая Арина. Вот пусть она и заботится о тебе.

–У Арины сейчас проблем хватает. Это ты ей создала проблемы.

– Вот видишь, я снова все виновата. Поэтому не вижу смысла дальше продолжать этот разговор. На этом мы закончим. Хорошей поездки, легкой дороги. Пока, мам.

Я кладу трубку. Надеюсь почувствовать облегчение, но его нет.

Чувствую только грусть. Мне очень жаль, что мама до последнего продолжает меня винить и так ко мне относиться.

Арина, радость ее жизни и ее цветочек. А я так, сорняк, которая выросла в огороде, и она никак не может его уничтожить.

Я помню, что происходило до того момента, когда Максим мне изменил. У нас в семье было все напряженно. Но я тоже закрывала на это глаза.

Сейчас я понимаю, что вела себя точно так же, как моя мать. Она старалась не думать и не видеть то, что отец обижает ее и ее дочерей. А я старалась не думать о том, что наши чувства охладели и между нами уже не все так, как прежде.

Это ни в коем случае не оправдывает поступок Максима, но дает мне повод задуматься о том, что в этой ситуации все же виноваты мы двое.

Мы разошлись, расстались. Мне было очень больно, и я была зла. Я кричала на Максима, говорила ему всякие гадости. Это был очень тяжелый период нашей жизни.

Единственное, что я старалась делать всегда, это оградить наших сыновей от всего этого ужаса.

Мать давила на меня, говорила, что я никчемная, что я даже семью сохранить не смогла.

Я не смогла. Я не представляю, как на данный момент я могу продолжить отношения с Максимом.

После всего того, что произошло. Особенно с Ариной.