Глава 27

А я замираю и, кажется, теряю дар речи. – Да, – откашливаюсь, – покажу. Мужу… Не муж он мне… А кто? Ох, как все сложно. В смешанных чувствах я отвожу детей в машину. – Борисовский проезд… – диктую я адрес водителю. Игорь Михайлович коротко кивает и выруливает на шоссе. Тут должно быть недалеко. *** Роман – Какого черта никто работать не хочет?! Смотрю на главного инженера почти с яростью. – Я не понял, это традиция такая, всем отделом в отпуск уходить? – кажется, шесть из девяти сотрудников взяли отгулы на эти три дня. – Вы правда считаете, что предприятие без них справится? – поворачиваюсь к начальнику участка: – Пересмотреть служебки! Если этот отдел способен работать без шести сотрудников, то и сократить их к черту! Вижу побледневших инженеров, слышу заикания главного… Ниче, пусть побегают. Встряхнутся. Увольнять, конечно, всех подряд не будем, заменять пока некем. Но вообще старый состав мне не нравится… Нет, я не против отпустить людей отдыхать. Я даже готов на корпоратив сам вывезти. Но не так же, чтобы производство останавливалось! Черт! Что за кадры! Кстати! Кадры… Распахиваю дверь. Первой на глаза попадается Цыплакова. Так… Ланка мне говорила, как ее зовут. – Анастасия Юрьевна! Даже если я напутал, виду не подала. Подскочила, вытянулась по стойке смирно. Молодец! – Анастасия Юрьевна, я насчет вашей сотрудницы. Той, которая была тут перед праздниками с детьми. И тут откуда-то появляется Елена Степановна. – А я говорила! – испепеляет взглядом Цыплакову. – Роман Аркадьевич, – поворачивается ко мне, лебезит, – мы приносим свои извинения. Сотрудница тут на временном контракте, уволим ее без проблем. Вы извините, Анастасия, – высокомерно косится в сторону покрасневшей Цыплаковой, – еще недостаточно опытна. Мы больше такого не допустим. Да как же вы меня достали! Ретрограды хреновы! – Да, – киваю я, – тут действительно назрело увольнение. Елена Степановна, зайдите ко мне в кабинет через, – смотрю на часы, хмурюсь, – сорок минут. Анастасия Юрьевна, – поворачиваюсь к Цыплаковой, стараясь не замечать побледневшую уже бывшую начальницу, – Соколову перевести на постоянный контракт. Я ей оформил удаленный доступ, эти три дня она работает из дома. Можете взять еще одного временного работника на ее ставку. Кадровички офигевают. Кто-то в шоке от увольнения начальницы, кто-то не понимает, с чего это Соколовой такое счастье привалило. Вижу округлившиеся глаза, но, естественно, ничего не собираюсь объяснять. – И да! – задерживаюсь в дверях. – У меня сегодня собеседования будут? – Будут! – кивает ошарашенная Цыплакова. – Одно точно. Возможно, два. – Отлично! – киваю. – Через час! Интересно, уместно ли позвать сразу того, кого Ланка отметила перспективным? Так и сказать ее начальнице, там Соколова говорила, что есть один очень хороший… Только с английским… Иду по коридору и ловлю себя на том, что улыбаюсь… Да уж. Надо будет еще подумать, как вести себя с ней на работе. Сейчас у меня короткая встреча, потом надо будет расквитаться с Еленой Степановной, а затем… Хочу домой. Черт, впервые за пять лет я хочу домой! Поплавать в бассейне с сыном, полепить песочные куличики с дочерью, пообедать на веранде с… И тут у меня звонит телефон. Замираю. Спину пробивает холодный пот. Смотрю на экран, стиснув зубы. Сглатываю, принимаю вызов. – Да, Виталик? *** Лана – Да ты что ж не позвонила?! Я бы хоть обед приготовила! Я стою, онемев, посеред раскуроченной квартиры. – Теть Надь! – только и могу выдохнуть. – А как же спина? – Ну что спина! Прошла спина! А когда я еще обои переклею? С вами ж разве можно? – Теть Надь! – только руками развожу. – Ну ты хоть бы меня позвала! – Зачем? Валентина мне помогает! Ты давай лучше расскажи, как оно? – смотрит на меня горящими глазами. – Теть Надь, – жалобно выдыхаю я. – Ну что ты заладила! Теть Надь, теть Надь! – подхватывает меня под руку. – Пойдем во двор посидим. Дети побегают, ты мне расскажешь. Роман – Здравствуй, Ромочка. Сколько я ее помню, она всегда была старухой. Хотя, конечно, двадцать лет назад мне, подростку, просто так казалось. У нее абсолютно белые волосы, морщинистое лицо и покрытые пигментными пятнами руки. Но ее глаза. Сияющие, живые, умные. Потрясающий врач, прекрасная личность. – Раиса Леонидовна, – склоняюсь, чтобы приобнять ее, протягиваю пакет, – это вам. Я привез дорогой сыр, итальянский кофе, немного деликатесов. Денег она не возьмет, а поддержать старушку хочется. – Ох ты ж, – она смотрит с укоризной, – ну пойдем! Проходит в крохотную, наполненную всевозможными мелочами кухню, – Садись, – оборачивается. – Тебе чаю? – смотрит в буфет. – Или чего покрепче? – Я за рулем, – улыбаюсь. – Ах да! – кивает старушка, закатывая глаза. – Ты же уже взрослый, – хмыкает иронично. – Ну рассказывай, с чем приехал? – Раиса Леонидовна, я хотел спросить… – медлю, подбирая слова. – Помните ту историю? С маминым сердечным приступом? Пять лет назад. – Историю помню, – старушка отворачивается, поджав губы. – Приступа не помню.