Глава 30

Ника. Двор взрывается аплодисментами, когда уже официально муж и жена сливаются в поцелуе. Ксюша хватается дрожащими пальцами за широкие плечи Егора, сжимая ткань дорогого тёмно-синего костюма. Видимо, пытается не упасть из-за пафоса своего мерзкого муженька, который наклоняет её чуть ли не до земли. Даже брат и Левицкий вяло хлопают в ладоши. Молодая чета Багрянцевых шествует по проходу под одобрительные крики гостей. Мать Егора и его сестра уже ждут молодых с караваем. Ксюша надкусывает кусок больше, чем Егор и я мысленно радуюсь этой глупой традиции. И вот, мы проходим в банкетный зал, выполненный из тёмного дерева. Президиум молодых украшен ещё красивее, чем арка. Весь зал оформлен в нежно-розовых тонах, приборы ровно в цвет розового золота. На столах гостей высокие букеты на стойках из живых цветов. Наш семейный столик располагается рядом с президиумом. Стол заставлен алкоголем, соками и водой. А ещё закусками: мясная, овощная и сырная нарезки, нарезка из сырокопчёной оленины, карпаччо из говядины, карпаччо из томатов и моцареллы, соленья, рулеты из утки, спаржа с беконом, канапе с осетриной сёмгой и чёрной икрой, канапе овощное «греческое», канапе с креветками. На тарелках именные карточки для меня, Антона, Левицкого, мамы с отцом, бабули и дяди с тётей. Я благодарна сестре, что не рассадила нас с кем-то чужим. Ксюша в принципе сделала грамотную рассадку, к примеру, посадив своих одиноких подружек с одинокими гостями Багрянцевых. Я плюхаюсь на стул рядом с Антоном: – Напьёмся, большой брат? – Я собирался свалить отсюда подальше, – он прожигает взглядом молодожёнов, которые в другом конце зала принимают поздравления. – Ты же понимаешь, что пока это невозможно? Все заметят. Подожди, пока гости напьются. Ещё утром, Антон в переписке уверял меня, что не расстроен и смирился. Но я знала, что это просто отговорки. Надежда всегда томилась в его глазах, но сейчас окончательно потухла. Я залпом выпиваю бокал вина, принесённый официантом. Брат осушает стакан с виски. – Добро пожаловать в клуб брошенных, сестрица, – усмехается он. – Что? Ты о чём? – настороженно спрашиваю я. – Твой парень или, правильнее сказать, бывший парень мне всё рассказал о вас вчера. – Вот же кобелина брехливая! – Не злись на него. Думаю, Ян просто хотел отвлечь меня от мыслей о свадьбе. – Убью заразу! – Просто пойди и поговори с ним. – Почему это я должна подходить первая? – негодую я. – Потому что он уже бегал за тобой несколько дней, – как нечто элементарное произносит Антон. – А ты избегала его несколько дней, – в ответ я возмущённо фыркаю. – Ты видишь, до чего довело нас с Ксюшей подобное поведение. Хочешь дождаться, пока твой Левицкий устанет ждать и найдёт себе новую девушку? – Я ему не нужна, и я не собираюсь снова унижаться. Закрыли тему. Делаю глубокий вдох и выхватываю из рук Антона стакан с виски, осушая его в один присест, после чего с громким лязгом ставлю стакан на стол. – Не увлекайся, Ника. – Я напьюсь так или иначе. Можешь присоединиться или просто игнорировать меня. Тянусь к бутылке с вином, наливаю себе сама. Осматриваю зал, гостей, которые потихоньку садятся за столы. Вижу Яна и снова в компании приставучей Марины. Они о чём-то переговариваются. – Просто прекрасно! Посмотри сам, ему и без меня хорошо, я ему не нужна, – злюсь я. – Он ясно дал мне понять, что между нами всё кончено. Выругиваюсь так, что если бы бабушка сейчас была за столом, то схлопотала бы инфаркт. Старшего брата почему-то веселит моё поведение. Ведущий приглашает оставшихся и молодожёнов за столы, и мой псевдо-парень наконец-то садится на своё место рядом со мной. Начинаются тосты и поздравления, в перерывах между которыми все пьют и закусывают. Я начинаю понимать, что ненавижу свадьбы. Левицкий непринуждённо потягивает виски и шепчется с Антоном, перегнувшись через мою спину. – Никуша, когда же ваша свадьба с Яном? – обращается к нам с бывшим бабушка. – Мои годы не молодые, авось доживу. – Обязательно доживёшь, бабуль, – выдавливаю из себя улыбку и беру за руку подставного парня, показательно поглаживая. – Ты в самом расцвете сил. И всех нас переживёшь. – Родненькая моя, поживёшь сколько я, тоже научишься шутить о своём возрасте, – хрипло хохочет бабуля. Она всегда так шутит. Говорит, что «помрёт» только тогда, когда выдаст всех внуков замуж и понянчит правнуков. А тогда и к деду отправляться можно. Никогда не понимала этот бабушкин юмор, но как минимум Ксюша смогла исполнить её желание, и бабушка побывала на свадьбе своей внучки. Да и правнук или правнучка не за горами, чего от нас с Антоном она может и не дождаться вовсе, учитывая, как нам «везёт» в любви. – А ты, милок не обижай нашу Нику, – обращается бабушка уже к Левицкому. – Заботься о ней. Будь как мужчина мудрее, уступай иногда, а то она у нас непутёвая и слишком упрямая. Молоденькая ещё, глупенькая. – Ну ба! – возмущаюсь я. – Конечно, Зинаида Кузьминична, не волнуйтесь, – добродушно отзывается Ян. – А ты, внучка, не ругайся с Яном, поняла меня? – строго говорит бабушка. – А то я тебя знаю. Упрёшься как баран, так хоть ты тресни! – Что ты, бабуль, у нас полное взаимопонимание. Честно-честно! И снова ненавижу себя, за всю эту ложь и игру. Хочется просто сесть в самолёт и улететь на необитаемый остров. Тосты наконец-то заканчиваются, и официанты выносят салаты. Я выбираю «Цезарь». И пью, когда старшие не смотрят. Затем ведущий объявляет первый танец. В зале выключается свет, выпускается дым и зажигается фиолетовая подсветка. Дядя Виталий начинает кружить сестру в медленном и трогательном танце. Оксана не сдерживаясь плачет, улыбаясь отцу. И в глазах дяди стоят слёзы. Моё сердце замирает, когда я наблюдаю за ними. Дядя целует сестру в щёку, и передаёт её мужу. Багрянцев закручивает свою жену в танце, я выпиваю ещё один бокал. Уже сбилась со счёта какой. С потолка летят золотистые блёстки, когда Егор поднимает жену в красивой поддержке. Замечаю, что Левицкий тихо поднимается с места. Поворачиваю голову и вижу, что брат уже выходит из зала. Антон просто не выдерживает. Незаметно хватаю со стола полупустую бутылку вина и иду за братом и бывшим следом. – Уже сбегаешь? – окликаю я Антона возле гардероба, где он забирает свою куртку. – Я пробыл достаточно. Скажи родителям, что меня срочно вызвали на работу. – Но… – и мне нечего ему сказать. Нет никаких адекватных аргументов, чтобы просить его задержаться и страдать ещё несколько часов. – Мне поехать с тобой? – Я уже предлагал твоему брату поехать с ним в бар, но он отказался, – встрял в разговор подставной парень. – Да, не хочу. Не волнуйся, Николяшка. Со мной всё будет в порядке, рано или поздно, – брат крепко обнимает меня и наклонившись к уху говорит так, чтобы услышала только я: – Поговори с ним. Сейчас или никогда. И смотря, как Антон скрывается за дверью отеля, я понимаю. Он прав. Сейчас или никогда. Нам с Яном и правда нужно расставить окончательные точки, обсудить произошедшее и сбросить с плеч этот груз. Во мне будто воздушный шар, надуваются решимость, уверенность и убеждение, что сейчас то самое время. И этот шар давит изнутри, толкая навстречу к моему бывшему. – Поговорим?