Глава 23. Беркут

Я вышел из машины, оставив досье про Марику в салоне. Не Мари. К слову, ей подходили оба варианта имени, но настоящее казалось более резким и сильным, что ли. Решил, что вернусь к изучению ее биографии позднее. Собирался подробно остановиться на эпизоде, где она все же оплатила лечение брата в платной клинике вне очереди. Там было много нюансов… Но все это позже. Сейчас я как добропорядочный крестный сын нес свежие ароматные круассаны только из печи своему крестному. Смотрелось странно наверняка, но кто меня спрашивал? Не хотелось нарушать правила игры. Кастеляс встретил меня за накрытым столом к чаю. В розетках лежали всякие начинки, и мужчина сразу же протянул руки к фирменной упаковке с круассанами. При этом недостатка в яствах он явно не испытывал. Тут были и другие десерты, не говоря уже о свежих эклерах. – Угощайся, Кирилл. Вот эти воздушные эклеры, кстати, Мари готовила. Твоя мать очень любила такие, а отец ей часто покупал их в местном ларьке при хлебозаводе. Ты должен понимать, что я тебя очень люблю и ценю, раз добровольно отказываюсь от этого. Так что со временем мне будет требоваться специальная доставка. Он многозначительно посмотрел на меня, но читать мысли пожилых эксцентричных людей я не умел. На его слова лишь холодно поинтересовался: – Вы с ней что-то сделали? Да, я не смог сдержаться. Был наслышан о том, как мужчина решает вопрос с теми, кто не следовал правилам. По сути, Кастеляс уже очень давно занимался дома театральными постановками. Найти преданных и самое главное – молчаливых сотрудников – для него всегда было проблемой. Поэтому он очень строго относился к соблюдению ими договоренностей. И я знал, что, несмотря на неукоснительные требования, здесь часто возникали проблемы. Именно по части тех, кто хотел пользоваться своим положением. В обществе даже раньше споры появлялись, кто первым поимеет ту или иную горничную. Или официанта. А для работавших здесь соблазн был велик, и многие так или иначе практиковали интимные услуги за пределами особняка. Сложно требовать нравственности, когда ходишь по тонкому льду между развратом и искусством. Поэтому Кастеляс часто выходил за рамки обычного «уволю» для таких случаев. Когда я вчера позвонил ему и предупредил, что забираю девочку себе на ночь, он ничего не сказал. Хотя мог. Мог запретить мне, мог отреагировать как угодно. Но он только попросил «не обижать». Это напрямую говорило о том, что наверняка он в курсе о ее похождениях и намерен посмотреть, что и как. И даже несмотря на то, что между нами ничего не было… Для него это вряд ли что-то значило. – А ты что, переживаешь, что ли? Вот мне гораздо больше интересно, что теперь с ней делать будешь ты! Как же я не любил такие разговоры. И не потому, что не умел играть в подобные игры. Все же, не владей я искусством витиеватых бесед, смог бы подняться так высоко? Тем более в политике? Точно нет. Но сейчас я не видел смысла в этих подковерных играх. Мне претило это именно в отношении Марики. Я хотел знать, что и как с ней. Правда ли, что я далеко не первый, кто вот так мог «вызвать» девушку на рандеву. – Это зависит от того, что она из себя представляет. – А ты еще не понял? – удивленно посмотрел на меня мужчина. Лишь потом его лицо расплылось в довольной улыбке, и он с наслаждением взял один из эклеров, а потом смачно, явно с удовольствием откусил от него. Мне же пришлось все это наблюдать. Что я должен был понять по его мнению? Да, я неплохо разбирался в людях, но на ней система давала сбой. Наверное, мне было проще спросить так, продажная она или нет, но почему-то вопрос не поддавался. – Мальчик мой, мне одновременно отрадно это слышать и грустно. Никогда не думал, что застану этот самый момент в случае именно с тобой. Значит, все для меня не зря, и я не ошибся. Да он издевался, не иначе как! Что за мутные фразы и слова, смысл которых я не мог понять? И ведь он специально говорил именно так! Стал раздражаться, но, посмотрев на Кастеляса, осекся. Мужчина добавил: – Я вижу, Кирилл, что ты меня не понимаешь, но поверь мне, всему есть своя причина. Что касается Мари, то все максимально просто… После вчерашнего я не видел иного выхода, как рассчитать ее. На это у меня было много причин, одна из которых, вне сомнения, ты. Рассчитал – звучало слишком просто. И эта оговорка про причины… Он так и не ответил на мой вопрос! Так шлюха она или нет? Как мне теперь узнать подробности? Хотя… У меня же есть досье. Информация от Кастеляса была бы простым и достоверным фактом, так как источник он надежный. Но, судя по всему, старый интриган не собирался меня ею осчастливливать. Он лишь лукаво спросил: – Поэтому я тебя и спрашиваю, Кирилл, что же собрался делать ты с моей талантливой поварихой? Есть идеи? Идей не было, но потом я посмотрел в его лицо. Только идиот бы не заметил той многозначительности в его взгляде, направленном на меня. Словно он ждал, пока я дойду до какого-то очевидного и простого решения, что именно МНЕ делать с этой девушкой. Решил ответить резко: – Я буду делать с ней все, а именно… – Неправильный ответ, мальчик мой! – недовольно перебил меня он. Я же смотрел на него вопросительно со все больше разгоравшимся раздражением. Мужчина же неодобрительно покачал головой, взял еще один эклер и уставился на меня, словно это ему досаждала моя недогадливость.