Глава 56. Марика

В какой-то сказочной параллельной вселенной я видела именно такую картину. Где мы вместе с Кириллом укладываем нашу дочь. Читаем ей сказки, расплетаем косички и целуем в розовые щечки. А потом, взявшись за руки, идем вместе в нашу спальню, где занимаемся любовью без ограничений и условностей. В нашем доме. Где всегда тепло, уютно, искренне, и воздух наполнен доверием, пониманием и любовью. Опасные мечты, разъедающие душу своей нереальностью, слишком не вовремя закрались в мою голову. В то время, когда их присутствие было совершенно лишним. Именно поэтому я расположилась на кровати в таком напряжении, что моим телом наверняка орехи можно был колоть. Я вытянулась как струна на краешке постели, тогда как он вальяжно устроился у подушки дочери. И ведь нельзя было сказать, что он сделал что-то не так. Нельзя было выгнать или упрекнуть. Но сама ситуация казалась в рамках нашей жизни высшей степенью абсурда! Где это видано, чтобы Беркут шел по коридору, встретил практически незнакомую, чужую маленькую девочку и повел ее укладывать спать?! И моя дочь… Мой маленький напуганный ангелочек спокойно отправилась с ним в кровать! Никаким образом кроме зова крови, я не могла объяснить этот момент. Не могла и не хотела. Слишком опасно было ступать по этой стезе. Поэтому я просто сидела, словно проглотила длинную палку. Кирилл на удивление не смотрел на меня. Он задумчиво изучал лицо дочери, что доверчиво цеплялась за него. У меня сердце в пятки уходило. Как долго он еще собрался тут сидеть? Не знаю, сколько времени прошло, но я начинала уставать. Тело затекло, и поддерживать позу стало невозможно. Я сначала ссутулила плечи, потом откинулась на спинку, стараясь не приближаться к мужчине слишком близко. Огромная кровать показалась мне на удивление маленькой с его приходом. Как будто он заполнял все пространство вокруг. Время шло. Я окончательно расслабилась и стала проваливаться в дремоту. Сама не заметила, как глаза медленно начали закрываться. Затем я отключилась, окунаясь в непозволительный сон. Ну, как же так?! Все эти мысли посещали меня на автомате, и мне снилось, что я все еще сижу. А Беркутов медленно отпускает нашу дочь, а потом обнимает меня. Прикасается губами медленно и вальяжно, словно я нужна и важна ему. Словно он хочет только меня. И все это я читала в дьявольском взгляде. Том самом, что он посылал только мне. Из этого сладкого продолжения меня вывело странное ощущение тепла. Приоткрыла глаза, растерянно глядя по сторонам. Прямо надо мной действительно навис Беркутов. Только вот он не целовал и не играл в семью. Он смотрел пристально, словно желал пролезть в голову. Пролезть и получить ответы на все свои вопросы. И как оказалось, я была недалека от истины. – Кто ее отец, Марика? – обманчиво спокойным голосом спросил он. Не знаю, на что он рассчитывал. Что я, разнеженная полудремой, расколюсь? Что признаюсь ему в чем-то, ведь не мог он не чувствовать к нашей дочери ничего! Просто не мог! Иначе бы не остановился в коридоре. Иначе бы не предложил вернуться в спальню, а просто позвал меня. Иначе бы растерялся при виде маленького человека, смотрящего на него снизу вверх. Иначе бы не спрашивал сейчас, нависая надо мной. И все эти «иначе» складывались в моей голове в простое понимание: рано или поздно он узнает. Рано или поздно он все же докопается до правды, и я ничего не смогу с этим поделать. Он уже копает. Что он тогда со мной сделает? Он ведь уже задавал этот вопрос, и я ответила ему. Уже соврала, что моя малышка только моя и к его персоне никакого отношения не имела. Как будто он давал мне еще один шанс. Как будто предлагал завершить этот спор миром. Да вот только у меня душа в пятки ушла. Ну, не готова я сейчас признаться. Не готова! Поэтому я просто прикрыла глаза и сделала вид, что я сплю. Не надо было смотреть на него, чтобы понимать, что Кирилл приготовился. Что ни на секунду не теряет бдительности. Я же, кажется, даже дышала через раз. Боялась пискнуть и самым малейшим движением выдать себя. При этом прекрасно понимала, что он не поверил. Не поверил ни единому моему движению. Вот такая игра снова возникла между нами. Хотя, возможно, она и не заканчивалась? Тут уже никто не скажет, где было начало, а где конец. Где та самая черта, что заставит нас нырнуть в откровенность… Воцарилось молчание. Кажется, в нем я слышала звуки, что издавало мое сердце. А еще молилась, чтобы дочка не проснулась. Не представляла, как в такой ситуации отвечать на ее вопросы и продолжать делать вид, что я ушла в сон. Пауза затягивалась, и ни один из нас не желал прерывать этот фарс. В конце концов, я скорее почувствовала, чем услышала, как он хмыкнул. Просто атмосфера в комнате сразу стала проще, что ли… Если можно так сказать. А потом я услышала негромкое: – Мы вернемся к этому разговору позже. Я подумала про то, что сделаю все возможное, чтобы этого не случилось. А значит, мне нужна помощь…