Глава 60. Марика

– Мамочка? А где хороший дядя? – первым делом спросила дочь, когда проснулась. – Да, «мамочка», куда же ты дела его или думаешь, что можешь спрятать хорошего дядю? – раздалось раздраженное сбоку. Устало вздохнула. Это сложно было описать словами, но сейчас меня словно высосали досуха, оставляя одну оболочку. Я вымоталась. – Милая, я расскажу тебе позднее, – спокойно ответила дочери я, напрочь игнорируя поведение брата. Наверное, это когда-то закончится. Ну, его дурацкий переходный возраст. Или как назвать то, что происходило между нами? Да и не только! Мия хныкала. Мы находились в пути половину ночи и еще сверху приличное время. Надо было что-то делать с этим. В смысле, останавливаться. – Марика, Марика! Что ты делаешь, ты можешь мне объяснить? – снова и снова спрашивал брат. А я снова и снова уклонялась от объяснений. Сама не могла понять, как так вышло, что вопреки всякой логике мы пустились в бега. И от кого? От человека, который все равно нас найдет. Ночью, как только Беркут ушел, я осторожно, на свой страх и риск снова оставила дочь одну. Снова ушла от нее, но на этот раз точно ненадолго. Не знаю, как это работало, но не успела я и пару шагов сделать за поворотом пустынного коридора, как наткнулась на человека, который мне был нужен. Хозяин сидел в одном из бесконечно прекрасных кресел в своей странной пижаме, словно из очерков китайских императоров. На нем были домашние шелковые тапочки и даже чепец. Я много видела его образов, но на этом на секунду залипла. Он умел удивлять, в хорошем смысле этого слова. И не очень хорошем тоже… – Мари? – вопросительно поднял он бровь, выводя меня из ступора. – Хозяин, – сконфуженно произнесла я, добавляя. – Мне нужна ваша помощь. Я же прекрасно понимала, что она мне необходима просто жизненно. Нужна фора от Беркута. Крошечная возможность все же скрыться и спрятаться от него. Было у меня одно место… Но просто так исчезнуть посреди ночи из этого дома невозможно. Нереально! Не говоря уже о том, что, в принципе, некрасиво, ведь сегодня я и моя семья здесь гости, Но так всегда и было, Хозяин словно присутствовал в головах у каждого, кто заходил сюда. Вскрывал помыслы и приходил тогда, когда в нем больше всего нуждались. Вот и сейчас он смотрел на меня слишком понимающе, будто уже знал, о чем я попрошу. Тем не менее играть с ним я не стала, да и никогда не страдала этим. Не мой уровень совершенно. – Помогите мне уехать. Сейчас. Вместе с моей семьей. Я знала, что он очень не любил, когда его прямо просят. Само слово «прошу» он избегал и считал плебейским. Говорил, что оно похоже на что-то уничижительное, и человеку надо просто говорить, чего он хочет. А уж тогда можно решить, что с этим желанием делать дальше. Хозяин, несмотря на свой немного забавный внешний вид, выглядел очень серьезным. Все же, какой он… Как будто в моей жизни этот мужчина занял почетное место. Потому что до него так влияли на происходящее со мной лишь трое. Отец, брат, Кирилл. Кстати, называть последнего безличным Беркутом становилось все сложнее даже в мыслях. А все потому, что картина его объятий с дочерью никак не желала стираться из головы. Хотя зачем? Напротив, надо было сохранить этот миг словно снимок фотопленки. Потому что, если у меня все получится, то он не должен повториться. Надеюсь, Мия меня простит. Ну, и что человек напротив, сверливший меня своим пронзительный взглядом, все же ответит? Положительно ответит. Потому что без его поддержки все мои планы заранее обречены на провал. – Почему ты бежишь от него? Ты могла бы создать с ним семью. Могла бы довериться… Рассказать правду. Он не давил. Скорее смотрел с точки зрения исследовательского интереса. Для него все мы словно шахматные фигуры на доске. Он двигает нас, наблюдает за нашими действиями. Не могла винить его. Не могла ничего сказать против. Лишь пожелать, чтобы он принял правильное решение. Правильное, с моей точки зрения. Хозяин неожиданно ответил: – Машина у черного входа. Деньги на заднем сиденье, как и несколько смен одежды. Игрушки для девочки в путешествие тоже. Не буду тебя останавливать. В воздухе словно повисла недосказанность. Словно после: «Не буду тебя останавливать», – должно был прозвучать: «Но он все равно пойдет по следу». Кивнула ему. Даже если он нас нагонит, у меня хотя бы будет время прийти в себя. Обдумать, что делать дальше, как быть. Может, Хозяин прав, и у меня не особо-то и много выбора. Но, по крайней мере, я хотя бы на короткое время сохранила возможность сделать вид, что мое слово еще что-то стоило. А то имелось ощущение, что это вообще не так. Что я остаюсь эскортницей, которая не имеет права ни на дочь, ни на счастье, ни на доверие…