Глава 6. Недопонимание

Даша Исаева

– Северский, ты совсем сбрендил? Я не буду носить вещи твоей… девушки!

Подхожу и пихаю ему в руки чёрные лосины. Я так обалдела в ванной, что не выдержала и вышла в том, что успела уже натянуть. И теперь так мерзко. Ладно бы его вещи надела. Ну не впервой. Стрёмно, что спустя столько лет всё равно в его футболках хожу, но лосины…

Это уже перебор! И как только ему в голову пришла идея предложить мне такое! Вот же говнюк! Не был он подонком, ага. Время его испортило!

– Какой девушки? – хмурится Вадим и вытягивает одежду перед собой.

Сложенные в несколько раз лосины раскладываются. Он держит их перед собой на расстоянии вытянутой руки. Удивлённо рассматривает твёрдую эску. Очень такие красивые лосины. С вставкой сеткой. И жопу чтобы подчёркивали идеальную.

Такие в зал носят. Чтобы мужики пялились на шикарные формы. У меня, конечно, тоже всё неплохо сложено, но по тренажёрным залам я не хожу. После развода нет у меня на это средств.

А Вадим тем временем начинает хохотать.

Мне же хочется зарядить в Северского хоть чем-нибудь. Или просто побить от души кулаками. Мрачно наблюдаю за ним, едва удерживая себя в руках.

Весело ему.

Целовал меня, значит, лапал, а сам в отношениях состоит? Очень смешно. Просто обхохочешься.

Не то, чтобы я на что-то рассчитывала. Напротив, зареклась вообще с ним иметь какие-либо отношения. Но обидно, что он вот так меня подставил с эти лосинами. А чего ожидал, что я безропотно натяну это на себя?

И как всё так обернулось? Влипла по полной программе. Это самый ужасный Новый год в моей жизни! Уже стою перед бывшим в его носках, футболке и с голыми ногами.

И не прикроешься уже никак. И не отступишь. Сама же согласилась на всё это безобразие.

Ну, Кристинка, больше никогда не буду тебя слушать! И пить не надо было. Пара коктейлей, а меня развезло так, что я полезла целоваться. Согласилась на такой опасный номер!

Если бы это был и вправду незнакомец, не факт, что не встряла бы ещё больше.

– Чёрт, прости меня, Даш. Это вообще… не мои вещи… – с трудом прекращает ржать Вадим.

Ага, охотно верю. Складываю руки на груди. Ладошки чешутся всё-таки кинуться и надавать ему пощёчин. Даже интересно, как отмазываться будет.

– Конечно не твои, – язвлю я. – Эти лосины явно женские. Думаешь, я поверю, что ты сменил образ и теперь расхаживаешь по дому в этом?!

Я вздыхаю. К концу речи запал куда-то уходит. И чего только раскричалась? Я ведь не его жена, которая вдруг словила его на измене. Просто… Нельзя мне вообще о таком думать, а то начнётся. Снова слёзы, сопли и безграничная жалость к своей незавидной судьбе.

Я тру переносицу и отступаю назад.

Ладно. Хватит представления. Сейчас просто переоденусь обратно в своё мокрое платье и колготки и уйду. Достаточно с меня новогоднего веселья…

– Даш, подожди. Я тебе всё объясню.

– Да ничего не надо, – скисаю я и машу на него руками. – Всё нормально. Я просто… Не знаю даже, что на меня нашло. Конечно, это твоё право… Ты ведь свободный человек… И вообще…

Проклятье! Лепечу ерунду какую-то. Связно сказать не могу, что ему вовсе не нужно передо мной отчитываться. Ну дал вещи девушки своей и дал. Правда непонятно, где же тогда она сама. Да и поцелуи…

Может быть случайно закинул в сумку? Раздельный отпуск. Она поехала в одно место, а он сюда. Может она на Мальдивах сейчас с подружками. Бывает же такое…

А Вадим решил оттянуться, пока рядом благоверной нет. Как некоторые козлы делают. Вот в это прямо верится охотно. Видела своими глазами, как это бывает.

Я снова отступаю к ванной комнате, но Вадим не даёт мне уйти. Откидывает несчастные лосины в сторону на стул. Настигает меня в миг. Обхватывает за талию одной рукой, а второй приподнимает моё лицо за подбородок.

Я удивлённо смотрю на него. Замираю.

– Не убегай, пожалуйста, – просит он. Уже не смеётся. Серьёзный. – Я просто перепутал сумки. Это на тебе вещи Руса. Я ведь даже сам не собирался сюда, не видел, в какой сумке моё барахло лежит.

– Но… почему так? – выдавливаю смущённо.

Его близость давит на меня. Мы ведь уже не близкие люди с ним, а он позволяет себе лишнее. Но вроде бы и не чужие… И я помню прекрасно, как действовали на меня его прикосновения, как он умел зажигать меня… Всё я прекрасно помню, хотя столько раз пыталась стереть из памяти.

– Ну ты ведь знаешь… Я не люблю всякие развлечения. Я и сегодня засиделся на работе, и вообще не планировал никуда ехать.

Знаю. Так и думала. Трудоголизм неизлечим. Просто киваю задумчиво. Жду, пока отпустит. Он ведь не будет снова меня целовать? Обещал же не приставать.

– Останешься? На чай?

– Да, хорошо, – соглашаюсь я.

Северский отступает и смотрит на меня. Теперь понимаю, что вид у меня… неоднозначный. Мог ведь подумать, что я его клеить собралась, когда такая вышла из ванны. Хожу тут по номеру, ногами своими обнажёнными сверкаю. Оглядываюсь кругом, думаю, чем бы прикрыться.

– Поискать для тебя штаны? Мои, – хмыкает Вадим.

– Я возьму плед, если ты не против.

Мой взгляд как раз останавливается на диване, который стоит перед камином. На нём лежит симпатичный плед в квадратики. Красно-зелёный. Прямо в новогоднюю тематику. Такой уютный и праздничный.

– Конечно, не против. Будешь выглядеть очень… сексуально.

– Лучше, чем сейчас? – смеюсь я.

– Сейчас, Даш, вообще сногсшибательно. Если бы не моё обещание, я бы тебя уже распластал на столе.

– Эй! – возмущаюсь я и бью его в плечо. – Давай-ка обойдёмся без пошлостей.

– Обещаю, что постараюсь.

Я недовольно качаю головой.

– Слишком уж много ты мне обещаний сегодня даёшь, Северский.

Главное, чтобы хоть какое-то из них сдержал. А то наше общение вдруг начинает приобретать вовсе не тот оттенок, какой я хотела.