Глава 41. Кира

Яся, как чувствует, что ее родители ждут не дождутся, когда она уснет на ночь, вырубается мгновенно. Еще бы! Столько впечатлений у нее. Зашитый подбородок ее совсем не беспокоит. Завтра утром мы едем на перевязку, а дальше будет видно.

– Уснула? – хрипло спрашивает Макар, заметив, что Яся отпускает маленькими пальчиками его ладонь.

– Ага! – закусываю губу. – У тебя отлично получается ее укладывать. Со мной она как егоза вертится.

Схлестываемся взглядами. В его глазах бушует огонь и трепет. Нас обоюдно кроет, он хватает мою ладонь горячими пальцами, и тянет за собой в смежную комнату. Плотно закрывает дверь и жадно целует. Дыхание сбитое, тяжелое, влажные звуки наших губ, его вкус на языке и дурман в голове.

– Я так соскучился по тебе, зая! – шипит Макар, опаляя дыханием.

– Я сильнее! – лепечу, чуть не плача от возбуждения.

Он тянет наверх мой топ, обнажая грудь, а снимаю с него футболку. Он подхватывает меня на руки и несет на кровать. Рывком снимает шорты вместе с трусами.

Я укладываюсь на спину, сгибаю ноги в коленях и широко развожу их в стороны. Промежность простреливает острое желание, кажется, что вся кровь прилила именно туда.

Макар избавляется от спортивных штанов вместе с боксерами, выпуская на волю вздыбленный член и нависает надо мной. Проводит языком по губам, проникая внутрь, целует жадно, глубоко, по-хозяйски. А я сгораю без остатка.

Нетерпеливо оглаживаю бугорки на спине, царапаю гладкую кожу, тихо стону от горячих ласк. Боже, как же я скучала!

Макар переключается на шею, зная, что она невозможно чувствительная. Миллион мурашек разбегается по моей коже, а я извиваюсь под ним, изнемогая от желания.

Ладони оглаживают мою грудь, терзают соски, а затем опускаются ниже. Пальцы ныряют в горячую промежность, растирая влагу. Я охаю, и трусь о них с нетерпением. Еще немного, и я взорвусь.

– Девочка моя сладкая! – шепчет Раевский. – Горячая, сексуальная, с ума по тебе схожу.

Сползает ниже и припадает губами к моему естеству. Я закусываю уголок одеяла, чтобы не верещать на весь номер, а перед глазами плывет. Макар со знанием дела втягивает в себе клитор и начинает посасывать, не забывая помогать себе пальцами. Меня подкидывает, словно шарахнули дефибриллятором.

Он накрывает мой живот ладонью, чтобы не трепыхалась, и с удовольствием вылизывает мою промежность.

Я приподнимаюсь на локтях, чтобы насладиться этим зрелищем. Макар стонет мне в лоно, закрыв глаза, ему нравится, он впитывает в себя мой нектар. Я зарываюсь пальцами в его волосы и толкаю его на себя, сходя с ума от наслаждения. Он понимает, чего я хочу, и языком погружается в вагину. Я неистово насаживаюсь на него, пульс громко бахает в ушах, ритм сердца переходит в тахикардический. Я выгибаюсь в дугу и ярко кончаю, стенки влагалища сокращаются и выдают новую порцию смазки. Комната перед глазами плывет, и я на несколько секунд выпадаю из пространства.

– Хорошо тебе было? – приподнимается Макар.

– Да! – выдыхаю я. – Безумно.

Губы и нос блестят от слюны и моей смазки, он очень возбужден. Я перевожу взгляд на его налитой орган, и во рту скапливается слюна. Безумно хочу его поцеловать. Я в принципе любила делать ему приятно ртом. Любила его член, крупный, мощный и очень вкусный.

– Хочешь пососать? – догадывается он по ему заинтересованному взгляду.

– Да. Очень!

– Сначала я трахну тебя, как следует! – рычит он.

Откидывает меня на матрас, нависает, влажно целует в губы. Я чувствую пряный вкус своей смазки и это безумно возбуждает. Макар отстраняется, смотрит пристально. Глаза в глаза. Черты лица заостряются, он меня безумно хочет. И я его. Это животный голод, что-то низменное и порочное.

Врезается сразу до упора, выбивая из меня остатки кислорода в легких. Я вздрагиваю, и прогибаюсь в пояснице, откидывая голову назад. Тугой влажный жар, запах неистового секса и горячей плоти сводят с ума.

Он берет меня жадно, клеймя поцелуями куда придется, а я таю под его горячим, натренированным телом.

– Макар! – стону я, зажмурившись, активно подмахивая бедрами.

Пружина внутри живота сжимается и готова рвануть в любой момент.

– Смотри на меня, Кира! Хочу видеть твои глаза, девочка моя.

Я послушно распахиваю их, ловлю его поплывший взгляд, рвано хватаю воздух. Макар резкими толчками выбивает из меня гортанные стоны, а я больше не могу сдерживаться. Эмоции сводят с ума, а то место, где наши тела сливаются воедино горит огнем. Раевский кладет ладонь на низ живота и большим пальцем стимулирует клитор. Меня хватает еще на несколько секунд, жар омывает мое тело, я замираю на мгновение и сотрясаюсь всем телом, чувствуя, как внутри меня пульсирует горячий член. Дождавшись, пока я закончу плавать на остаточных волнах экстаза, Макар делает еще несколько резких толчков и достает из меня блестящий от моей смазки орган.

– Зай, я не могу больше! – стонет он.

Я сажусь на колени, обхватываю пенис рукой и облизываю кончиком языка крупную головку.

– Кира, блядь!

Я довольно ухмыляюсь, и медленно погружаю в рот его каменную плоть. Заглатываю глубоко, как он любит. С непривычки закашливаюсь, но быстро вспоминаю как правильно.

Дышу носом и насаживаюсь на него, на выходе из ротовой полости создаю эффект вакуума и скольжу языком по уздечке. Макар хрипит и дергается, он уже на грани. Я стимулирую рукой яички, ускоряю темп, и он выстреливает мне в глотку вязким, горячим семенем, сотрясаясь в конвульсиях. Я глотаю все, без остатка, облизываю напоследок головку и выдыхаю. Волосы вспотели от необузданного секса, я вымотана и выбилась из сил. Оба валимся на матрас и сплетаемся телами, обнявшись. Оба горячие, влажные, пропахшие общим терпким запахом.

Я расслабленно улыбаюсь и наслаждаюсь моментом. Льну всем телом, глажу шею и грудь, чувствуя, как под кончиками пальцев его тело покрывается мурашками. Мне его мало, мало. Будь моя воля, приклеилась бы к нему и не слазила. А Макар млеет от моих ласк и чуть не мурлыкает от удовольствия.

– Люблю тебя, Кира! – тихо произносит он, поглаживая мои бедра. – У вас есть с Ясей есть загранпаспорта?

– Есть! Только мы нигде не были. Я сделала на всякий случай.

– Ты давно была в отпуске?

– Вообще не была. Сейчас вот отпуск.

– Летим в Турцию? С твоим Рязанцевым я договорюсь. Яся море увидит. Классно будет. Мы втроем и больше никого?