Глава 20. Малышка

Вторая чашка чая дымилась передо мной. От булочки с орехами не осталось и следа. Карэн порывался купить ещё. Мне удалось перебороть его настойчивость.

Я хорошо его знала, ведь встречаться начали ещё в школе. Росли вместе, очень быстро став не просто друзьями. Наша свадьба казалась не только нам самым логичным развитием событий.

Увы.

Не сошлись.

Вспоминая прошлую себя, мечтавшую впервые уснуть в его объятьях, я готовилась вновь возненавидеть ту наивную Лолиту в белом платье и фате, абсолютно не готовую держать «мосты любви» на собственных плечах. Карэн клялся в любви и преданности, и он любил, что давало мне чувство уверенности и надежду, что я и только я со всем справляюсь. Все женщины терпят, ждут и прощают, пока муж остепениться… да, конечно. Мой муж уходил всё дальше и дальше от меня, потому что не смог стать взрослым, только «слишком рано женатым».

Я смотрела на бывшего, упрекая себя за долгие взгляды, скользящие по его лицу, плечам и рукам. Моё проклятое тело помнило эти руки, эти губы, хотя прошёл не один год после развода. Голос Карэна звучал роднее остальных. О себе напоминали дни и ночи, когда я была готова сорваться и позвонить ему, только бы услышать. Его внимательность подкупала, будя во мне сомнения, с которыми я ушла из нашего брака.

Если бы я ещё немного потерпела…

Если бы я ещё немного подождала…

Нет, Лолита. Нет.

Он изменился, потому что ты от него ушла.

— Как матери не стало, отец же запил, — Карэн не сводил с меня взгляд, а я гадала, покраснели ли мои щёки.

— Помню, мы тогда его ещё в клинику возили, — я мельком посмотрела на часы на руке бывшего, чтобы сбить градус волнения. Конечно же, золотые. Если бы они были хоть на капельку менее золотыми, передо мной сидел бы не Карэн. — Врачи давали хорошие прогнозы. Печень…

— Да, всё пошло на пользу. Но к делам отец не вернулся. Ты сама знаешь, мать во всём имела и голос, и мнение. Что ни тронь, а всё с её руки сделано. Не смог он с этим жить. Без неё у него уже давно не жизнь, а так…

— Значит, вы с братом всё переняли? — поспешила спросить я, чтобы отогнать от нас воспоминания с похорон его матери. В тот день мне казалось, что в земле останусь и я. Видеть Карэна настолько разбитым… не знаю, что спасло меня тогда… не знаю.

— Я сам.

— Разругались? — удивилась я собственному предположению. Карэн с семьёй был единым целым.

— Женился он. Там у них свой семейный бизнес. Договорились, что отцовский останется на мне.

— И как дела идут? — я сделала глоток лавандового чая, чувствуя тёплое расслабление. Организм уставал от ощущения игл под задницей, требуя передышки. Однако слишком сильно расслабляться рядом с бывшим не стоило.

Меня тянуло к нему… и в этом не проглядывалось ничего хорошего.

Я помолвлена.

Я выхожу замуж за другого.

И никак иначе.

— Хорошо. Открыли две новых точки. Назвали «У Жорика». По классике, как всегда, — его губы вновь сложились в лёгкую улыбку.

Я выпрямилась:

— Рядом с моим домом открылось что-то «У Жорика».

— Шашлычная?

Я кивнула. Карэн улыбнулся шире и даже немного расправил плечи, выпятив грудь:

— Это моя. На какой улице?

— На Вернадского.

— Точно моя. Ты хоть брала там чего?

— Шашлык жениху. Он любит. Ему очень понравилось.

— Замуж выходишь? — Карэн даже не выдержал паузу приличия, практически атаковав меня прямым вопросом.

На лице моём проступила смятая улыбка, словно я натворила дел:

— Дату пока не назначили. Но кольцо есть, — я продемонстрировала руку с помолвочным кольцом.

— Дорого-богато. Даже не знаю, рад ли я за тебя, — скривился он.

— Если бы ты женился снова, я бы за тебя порадовалась.

О, Боже, как же я сейчас лгала.

Карэн задумался:

— Нет, Лолит. Когда я смотрю на тебя, до сих пор такую… родную, я сожалею.

— Карэн, не надо сожалеть.

— Надо. Это мне урок. Ты была хорошей женой. А я не ценил. Дал тебе уйти. Потерял женщину, которую любил всю жизнь. Я очень сожалею, Лит.

Лита…

Я напряжённо выдохнула.

Это имя… так меня впервые назвал он. Не из-за стеснения от того, что Лолита — это от Набокова. А из-за пика интимной близости, когда… и лучше бы я этого не вспоминала… лучше бы он молчал…

Теперь это имя не наш секрет.

— Всё в прошлом. Я люблю другого, — я верила, что сказала это уверенно.

— Понимаю. С моей стороны не будет ни ревности, ничего такого. Просто… — он вздохнул. Его глаза заблестели. — Наверное, хотел тебе вот так сказать. Я сожалею. Сожалею, что тебе пришлось ненавидеть меня… Но давай не будем грустить. Я очень рад тебя видеть. Только похудела ты как-то. Булочки точно мало…

— А, это. Неделя выдалась сложная. Стресс.

— По работе?

— Да, — солгала я. Мой мобильник ожил. — Ой, прости, звонят. Я сейчас.

Карэн кивнул мне, провожая взглядом.

— Да, — мягко ответила я на звонок, уйдя от Карэна достаточно далеко. Мне стоило остаться, чтобы бывший услышал мужской голос из динамика моего телефона; чтобы удостоверился в моих словах.

Я просто знала, лучше не сейчас. Личная жизнь не всегда бывает приглядной и сладкой.

— Ты где? — голос Самира сочился недовольством.

— В автосервисе. Жду, пока закончат с машиной.

— Ты не сказала, что поедешь.

— Я не знала, что понадобится. А ты где? — как можно заботливее спросила я.

— Дома.

— Дома? — меня пробило искреннее удивление, словно я успела привыкнуть к тому, что Самир где угодно, только не дома.

— Заехал после работы, чтобы поужинать с тобой. Но поел один.

— Ты ничего не сказал…

— Я не знал, — будто передразнил он меня.

— Эм… они сказали, что скоро закончат. И я…

— Не торопись. Я уже уезжаю.

— К Карине? — мрачно спросила я.

— К проблемам. Ладно, давай. Мне пора.

— Когда вернёшься? — спросила я тишину. — Придурок… — сорвалось тихое бранное слово с моих губ.

— Лолита, красавица моя, машина готова! — раздался громкий бодрый голос Аята. — Всё у твоей малышки прекрасно!

Я не успела одёрнуть себя. Одно простое слово…

Малышка…

И слёзы полились из моих глаз.