Глава 46. Хватит
Не нарушив договорённости, ранним утром Карэн незаметно испарился из квартиры. Я не слышала, как он встал, ходил по комнатам и собирался на работу. Я явно досыпала всё то, что «не доспала», пока сидела с Соней.
Но без следов своего пребывания Карэн меня не оставил.
Проснувшись ближе к обеду, я обнаружила на столе накрученные из лаваша и овощей рулетики, какой-то зелёный соус и две котлеты в панировке, оставшиеся с вечера. Больше всего, однако, меня умилил не сам завтрак, а оставленная записка.
«Приятного дня. Увидимся вечером. Карэн».
Я стояла на кухне, завёрнутая в лёгкое покрывало на голое тело, и улыбалась, как сумасшедшая.
Карэн-Карэн.
Мой бывший не изменял себе. Он никогда не умел писать длинные романтичные тексты, начиная стесняться и смущаться с момента, как в его руке появлялась ручка.
В простых словах, написанных размашистым плоским почерком, я видела его эмоции, его задумчивость и сложный выбор «что же написать?»
Во сколько он встал?
Ложился ли вообще?
Я ведь уснула сразу. Мы почти всю ночь гуляли, что отлично проветрило меня, подарив голове сладкую лёгкость и беззаботность. Как только моя голова коснулась подушки, мозг просто отключился, отправив меня в долгий здоровый сон.
Я проснулась сама без будильника, полностью отдохнувшая и расслабленная. Вид нехитрого завтрака, сделанного руками мужчины, который дарил мне состояние безопасности, покоя и уюта, поднимал во мне волну счастливых чувств. Захотелось сделать несколько фото и послать их Диане. Мол, посмотри, что бывший муж для меня соорудил.
Но я остановилась. Улыбка сошла с моего лица.
Ведь я лгала самой себе.
Я хотела написать Диане, послать эти фотографии, чтобы прочитать в ответ:
«Самир для тебя такого не делал».
Самир…
Самир…
Самир…
— Чего же тебе не хватало? — спросила я тишину, с прищуром глядя на еду.
Покачав головой, я поджала губы и отвернулась, чтобы уйти обратно в комнату и заправить постель. Вернув покрывало на место, я вздохнула, окинув нашу с Карэном супружескую спальню.
Карэн никогда не требовал идеально заправленную кровать. Этого желала я. Как и симметрично расставленных книг, намытого до зеркального лоска пола, идеально выставленных на обувной полке ботинок…
Узнав, что наши с Самиром представления о быте сходятся, я посчитала, что нашла жирный идеальный плюс у будущего мужа.
Быт, как гвоздь, оставался очень важной частью моей жизни. Я твёрдо верила, что ведение быта, создание уюта и хранение абстрактного очага — это моя обязанность, моя ответственность, как женщины. Карэн, как и Самир, вырос в семье с этой установкой. Пока мать Карэна дышала здоровьем, всё доме творилось её руками и держалось на её плечах. Затем бизнес пошёл, и сфера её интересов сменилась, что осталось незаметным для остальных. Лишь сейчас я понимала, что идеальный быт совсем не входил в систему её ценностей. Семья — да, дети — конечно, муж — естественно. Но не быт. Поэтому она с таким удовольствием погрузилась в семейный бизнес, где дала каждому как следует просвистеться и сделать так, как задумала она.
Мать Самира, напротив, могла перегрызть глотку любому, кто сдвинул кресло на пару сантиметров от задуманного ею порядка. Она вершила быт, она решала, кто и что ест сегодня, завтра и весь год. Ни её муж, ни её сын никогда не задумывались о полном функционале бытовых приборов, может, даже не подозревали о наличии некоторых. Я не знала, как жил Самир до моего появления в его жизни, однако, не исключала, что именно его мамочка старалась контролировать его питание, одежду, вкусы и прочее.
История Карины на секунду дала мне понять, что Самир противился матери. Он не просто так жил один, налаживая свой быт будто бы иначе.
Иначе?
Не знаю, стала ли я подобием его матери, от которой он решил быстренько сбежать в нору Миланы?
Но ведь я исполняла его желания.
Мне казалось, что это истинное счастье, что большая часть из них совпадает с моими собственными представлениями. Я чувствовала, что Самир хочет или же требует от меня большего. Я расставляла тарелки в строго определённом порядке, не забывая чередовать цвета.
Однако сейчас, когда он выбрал эту затасканную женщину, которая не в состоянии содержать в порядке даже себя, я не понимала его.
Почему Милана?
Полная противоположность мне? Или же его требовательной матери?
Милана точно не способна поддерживать тот уровень хотя бы чистоты, которую Самир требовал от меня.
Когда он сказал, что не любит посторонних людей в доме, соглашаясь только на разовые клининги, я понимающе кивала головой и перенимала на себя обязанности по поддерживанию порядка и чистоты. Мне тоже не нравилась идея, что кто-то придёт в мой дом и будет кружить с пылесосом и тряпками рядом с моими личными вещами. Я переняла уборку, стирку, готовку и остальные бытовые проблемы.
Самир хотел, чтобы его женщина готовила сама. Он не погружался на уровень космических энергий, объяснив проще, что лучше домашней еды быть ничего не может, особенно, если эта еды приготовлена его любимым человеком.
Жуя рулетик с овощами, я криво ухмыльнулась:
— Мамой, наверное.
Самир ни разу в жизни не стоял у плиты. Максимум, мог сделать чай мне или кофе себе. Иногда тёр сыр в мои спагетти, делая вид, будто он — шеф целого ресторана.
Чем он помогал Карине? Подсказывал, с какой скоростью обмазывать маслом курей на гриле?
Самое ужасное, я восприняла его сладкие речи о любимой женщине с таким щенячьим восторгом, что даже не подумала о последствиях. Я не любила готовить. Но после брака с Карэном, где моя еда не являлась гарантией его любви ко мне, слова Самира показались мне даром небес.
Вот же он! Вот он! Тот самый мужчина, который будет ценить каждую крошку на столе, потому что её коснулась моя рука!
От собственной убогой наивности хотелось рыдать.
Кого я в итоге пыталась обмануть? Ведь не себя.
Карэна.
Посмотри, мой бывший муж, как прекрасно я теперь живу. С мужчиной, который вовремя возвращается домой, ценит намытый пол, приготовленный ужин, наглаженные рубашки и начищенную обувь.
Смотри, как он меня за ЭТО любит.
На несколько секунд мне стало противно от самой себя. Я даже перестала жевать, чтобы переждать момент лёгкой тошноты от чистосердечного признания собственного мозга.
Он не просто любил за «это», он ещё советы давал, маскируя за ними упрёки.
Каждый день в квартире Самира шёл по одному и тому же сценарию.
На работу я вставала позже Самира, потому что помимо работы у меня вечером открывалась вторая смена. До его возвращения домой я делала лёгкую уборку, параллельно подготавливая продукты для ужина. То картошку в холодной воде замочить, чтобы крахмал вышел, то тесто быстрое поставить. Затем кастрюли, сковородки и плита. Всё приготовить, помыть, убрать, накрыть на стол в столовой. Не забыть о симметричности.
Самира надлежало встречать в приятном глазу платье. Позаботиться о причёске и макияже. Мои волосы сами по себе торчали гнездом, что он не находил привлекательным. И, чёрт побери, я его в этом поддерживала!
Мой теперь уже бывший жених вальяжно входил в квартиру, сбрасывал на пол пиджак, скидывал с ног ботинки и шёл в душ. Я была той, кто это всё собирал, стирал, сушил, гладил и удобно вешал в шкаф, чтобы услышать:
— Где моя рубашка Икс?
Господи, там же, где и всегда!
Ужин, приятные слова, иногда интим после. И всегда, каждый день вторая смена на кухне, ведь я с вечера готовила Самиру боксы с едой на работу. Следила за количеством калорий, за балансом углеводов, белков и жиров, а также разнообразием.
Я свято верила, что его здоровье — это мой контроль и моя обязанность.
Моя за собой тарелку, я лишь кисло качала головой.
Для своего мужа я так не готовила, как для Самира. Я считала адом подъём в пять утра, чтобы наготовить Карэну еды на весь день. Мой бывший муж работал на нескольких работах, уходя на первую подработку ещё до рассвета, и возвращаясь домой почти ночью. И это едва ли изменилось, когда мы зажили лучше.
Но Карэн этого не просил!
Господи… как же меня бесило это осознание. Какой же тупой и счастливой я себя чувствовала, когда Самир начал требовать именно этого, рассказывая мне с кривой рожей, что роллы получились суховатыми, поэтому он отдал их Марку. Рассказы о том, как он раздал приготовленную мною еду коллегам, потому что поел в ресторане, резали меня ножом по живому.
Я чувствовала себя ущербной, ведь проиграла какому-то ресторану.
Моя рабочий день официально сократился… потому что я обслуживала Самира.
Самое ужасное, я ведь всегда это понимала. Но столь насыщенной чёрной краской ситуация заиграла только сейчас.
Как тогда Самир сбежал от матери и её заботы, так и сейчас Самир будто бы повторил тот же сценарий, сбежав к запущенной шалаве… от меня.
Самир выбрал это…
Мне же оставалось молиться, что я в этот раз всё поняла.
Пожалуйста, не надо мне ещё одного такого урока.
Пожалуйста.
Не надо.
Хватит.