Глава 50. Булат

Я сидела у дверей, ведущих в реанимационное отделение, отказавшись куда-либо идти. Меня тошнило, кружилась голова, всё, съеденное в обед, успело выйти из меня два раза. Я не помнила, ни удара головой о стену, ни приезда врачей, тем более полиции. Перед глазами стояла одна и та же жуткая картина.

Окровавленный Карэн пытается отбить от меня того ублюдка с ножом. Маленькая Туся летит через всю лестничную клетку, отброшенная ударом ноги. И бледная, как смерть, Алевтина Павловна, которой заламывают руку.

Он пытался нас защитить до самого конца. Вставал и вставал. Вставал и вставал. Раз за разом закрывал меня собой.

Моё платье… моё прекрасное платье, выбранное им для меня, липло к телу от его крови. Прямо к моей коже. Прямо ко мне.

Это…

Ужас…

Алевтина Павловна уехала на «своей карете» в травматологию, зданием рядом. Тусю, говорили, увезли в ближайшую ветеринарную клинику. Меня с Карэном примчали сюда. Я не должна была находиться здесь. Но я пообещала устроить ад, если я окажусь не здесь, а где-то ещё. Точно такой же ад гарантировала Нарина, которой я позвонила, дабы подкрепить свои слова.

Каримовы мчались громадным табором через весь город. Мой телефон вибрировал от бесконечного количества звонков и входящих сообщений, не переставая.

Я сидела с поджатыми губами рядом с проклятой дверью и ждала, когда мне скажут…

Что с ним всё в порядке.

Некоторое время назад я перестала цепляться за проходящих мимо людей. Меня пообещали выгнать за назойливость, и никакие Каримовы мне бы уже не помогли. Я без того находилась там, где меня быть не должно.

Дядя Юсиф звонил несколько раз. Благодаря ему меня на какое-то время оставили в покое с допросами. «Его ребята», нанятые государством, слушали красочный рассказ Алевтины Павловны. Лучше неё уж точно никто бы не описал случившееся. Я испытывала чувство тревоги за неё. Пережитое не могло сказаться положительно на её давлении. Если бы только оно.

Алевтина Павловна в своё время прошла через множество препятствий, рискнув жизнью во имя страны, которой больше не было. Перебираясь с таблеток на таблетки, соседка Самира поборола тяжёлую болезнь, забравшую её мужа и сына. От единственного ребёнка остались внук и невестка, подарившая Алевтине Павловне маленькую Тусю. Старушка испытывала сильную привязанность к собаке.

Мне бы очень хотелось, чтобы эта крошка выздоровела. И Алевтина Павловна.

Чтобы мы все просто очнулись от ужасного кошмара и поняли: всё было сном.

И с Карэном всё хорошо.

Я поджала губы, стискивая в ладони дрожащий от вибрации треснувший мобильник.

Мельком заметила, что звонили с незнакомого номера. За последние несколько минут мне поступило огромное количество звонков от Каримовых, их родственников и друзей. Много кого я не знала и понятия не имела, откуда у них мои контакты. Просто отвечала, проговаривая одни и те же слова, как наученный механизм.

Однако…

Этот номер меня чем-то зацепил.

Я будто знала, кто пытается до меня дозвониться. Словно удар головой выломал в моём черепе дыру для третьего глаза.

Я ответила.

— Лита! Наконец! Что произошло? Какого чёрта в моей квартире менты? Ты привела сюда Тиграна? Почему его люди…

Я замерла и заговорила:

— Это тебя должны были убить.

— Что? Убить? — возмущённо спросил Самир. — Что за…

— Это тебя приходили убить, — выговорила я снова.

— Чего? Что за бред ты несёшь…

— И лучше бы ты сдох.

— Следи за базаром, дура, — строго гавкнул он в трубку. — Ты забыла, с кем говоришь? Забыла, как умотала хер знает куда посреди ночи? Шлялась по клубам и кувыркалась с мужиками? Мне всё про тебя доложили, — прошипел Самир. — Шаболдалась пьяная по парку с каким-то бомжом! Ты хоть понимаешь, как сложно это замять? Ты моя невеста!..

— Я не выйду за тебя, если ты ещё не догадался.

— Ещё как выйдешь, — усмехнулся Самир. — Всё уже оплачено. Я позвонил в агентство. Через месяц ты как милая распишешься…

— Между нами всё кончено, — дрожащим от гнева голосом выговорила я. — Прекрати нести чушь…

— Это я решу, что между нами кончено, а что нет! Сегодня же чтобы вернулась домой!

— А если нет?

— Хочешь это проверить? — не без доли угрозы в голосе спросил Самир. — Хочешь, чтобы Тигран тебе зайкой показался? Или веришь, что стая кривозубых цыган тебе чем-то поможет? Что молчишь? Не ожидала, что я знаю о Каримовых? О твоей хате в три комнаты? О доле в бизнесе? Об отце?

Я встрепенулась, нахмурившись.

Бизнес?

При разводе я от всего отказалась.

А отец пропал настолько давно, насколько хватало моей памяти.

— Ты несёшь какую….

— Хочешь, чтобы все остались живы, собирай своё гавно в пакет и чеши домой. Иначе всё станет ещё хуже, Лита. Тогда ты не просто прибежишь ко мне, ты приползёшь и в ногах валяться будешь. Будешь умолять и клясться смириться со всем, чем угодно, только бы я спас твою задницу! Завтра ты почувствуешь первые последствия. На Диане. Или на этой мрази, Карине. Всё в твоих руках, Лита.

Я поджала губы, не зная, что ответить. Что вообще сказать на нечто настолько неожиданное?

— Пошёл ты, Булат.

Я резко отняла мобильник от уха и прервала звонок.

Гнев чистой ненавистью струился из меня, заставляя дышать напористо и угрожающе.

Эта тварь звонила снова. Но я заблокировала номер и позвонила сама.

Не Самиру.

А ей…