Глава 3

Мне вдруг становится все равно. В конце концов не я эту кашу заварила. Не мне и расхлебывать. Да, отец Ксении на меня собак спустит. Но в основном достанется ей. К тому же, по большому счету, я прекрасно понимаю, что сдурила. Самое главное, что меня беспокоит, – это мой собственный папа, а вовсе не Ксенин. Ничего, устроюсь на вторую работу. Я уже продумывала этот момент. С моим офисом с девяти до шести остаются вечера и выходные. Вполне можно что-то найти… – Да постой ты! Глеб встает, делает шаг в мою сторону и берет за локоть. – Ой! – Я тебе сделал больно? Не хотел… Нет, он мне не сделал больно. Просто я вспомнила, как реагирую на его прикосновения. Как меня словно молнией пронзает. Глеб был моим первым мужчиной. И на данный момент последним. Да, случались встречи, свидания… Но никто мне не нравился. На работе я давно говорю, что у меня есть друг. Прекрасная отмазка, чтобы отказывать пристающим мужикам. Их у нас в компании много. Однако большая часть женатиков. Остальные тупо не нравятся. Мама считает, что пожив, пусть и не совсем в полноценном браке, с мужчиной, который меня старше, я не воспринимаю ровесников. Возможно. Хотя я и на остальных не сильно реагирую. – …доешь. Садись и доешь. А давай-ка, завари нам кофейку. Я рано встал. Да и ты тоже. Очень хочется кофе. В итоге сесть я не успеваю. Начинаю варить кофе. – Рассказывай, как жила все эти годы? Уехать всегда успеешь. Я пока подумаю, как разруливать ситуацию. Детский сад, блин, какой-то! – Нормально жила, – пожимаю плечами. – Окончила универ. Если помнишь, экономический. Но особо оказалась не нужна… – Экономистов у нас, как курей нерезаных. Я же тебе говорил: выбери более узкую профессию, востребованную. Не абстрактную. Но ты же у нас самая умная, ага. Я вздыхаю и продолжаю следить за кофе, чтобы не убежал. – Наверное, ты был прав. Но я так радовалась, что поступила! На этот факультет был сумасшедший конкурс. – Так ты в итоге устроилась? Мне бы позвонила. Я бы тебя куда-нибудь приткнул. «Приткнул». М-да, хорошее слово. Я и сама себя «приткнула». По-другому не скажешь. – Да, я работаю в крупной компании. Строим. Раньше с турками строили. Теперь сами по себе. – Интересно? Опять пожимаю плечами. – Не особо. Отдел большой. Все на конвейере. Отвечаешь строго за свой участок. Ничего сверхъестественного. Работа, как работа. Регулярно платят зарплату. Не задерживают. Раз в квартал премии. Начальник норм, – тарабаню я, будто отчет делаю. – Вот, сюда отпустил. Дал отгул на день. Оборачиваюсь взять чашку. Именно в этот момент, естественно, кофе убегает. – Черт! – на глаза наворачиваются слезы. Не везет сегодня. Хотя, когда мне особо везло. Даже замуж нормально сходить не смогла. Глеб хмыкает. Ставит чашки и наливает кофе. – Ничего страшного, кулёма. Не много вылилось. Я беру тряпку, лежащую возле раковины. – Сейчас вытру. – Выпей кофе сначала. Остынет. Значит, отгул дал. Какой молодец! Знал бы он, какую авантюру задумала его сотрудница. – Это не я задумала. – Зато ты выполняешь. А надо бы сначала думать о последствиях. Слышится стук двери. Вскоре на кухню заходит Михалыч. – О, кофейком балуетесь! Как тут наша невеста? Ага, это ты, малявка, плиту залила? Смотри, шеф, она даже кофе сварить не может. Нужна нам такая жена? – он улыбается во весь рот. Видимо, шутит так. – Я вытру. Кое-как сдерживаемые слезы все-таки катятся из глаз. Глеб протягивает мне салфетку. – Михалыч, ты чего девушку до слез доводишь? Ну упустила момент. С каждым может случится. Я напрягаюсь – сейчас сдаст меня с потрохами. Не то чтобы Михалыч был худшим из зол, но точно не одобрит. – Не, малявка, реветь сильно не надо. Или ты так замуж за нашего хозяина хочешь? Так он не сахар, – ржет Михалыч. – Если не возьмет, радуйся! – Чего ты несешь, Михалыч! Делать тебе нечего? Так я тебе работу быстро найду. – Все-все! – Михалыч поднимает руки. – Водички попил и убежал. Он пьет и, действительно, уходит, хлопая дверью. – Почему ты не стал меня выдавать? – спрашиваю я, вытирая салфеткой слезы. – Пока не уверен в том, что надо дальше делать. Дел вы наворотили, а мне расхлебывать. Детский сад какой-то, – повторяет он. – Причем, младшая группа. Глеб пьет кофе и сердито на меня посматривает. Я тоже не пойму, как лучше поступить. – Пойду все-таки, – решаюсь, допив кофе. – Еще раз, извини. – И куда ты пойдешь? Здесь до ближайшей остановки на шоссе идти час. Через лес. Да, можно по той же дороге, где вы ехали. Но я тебя не отпущу одну. Теперь у меня двойная головная боль. Даже тройная, черт вас дери! – Извини… – Хватит извиняться. Сколько тебе лет? – Двадцать пять… – Это был риторический вопрос. Я помню. В таком возрасте можно и получше соображать. Мне хочется сказать про папу. Про то, что я вполне соображаю. Но не могу сказать ни слова. Принципиально не хочется вызывать в нем жалость. Раз вляпалась, надо уметь и отвечать за свои поступки. И не только мне – Ксении тоже. – Так, хорошо. У меня были планы на сегодняшний день, – Глеб поднимается со стула и одним глотком допивает свой кофе. – Сейчас я переоденусь и отвезу тебя в город. Если хочешь, можешь походить по дому. Для тебя когда-то строил, как никак. Я остаюсь одна. Для меня строил? Смогла бы я здесь жить? В замке Синей Бороды?