ГЛАВА 8.

Я улыбнулась, встретив любопытный взгляд из-под лохматой чёлки. Приветственно помахала, про себя думая, что это прозвучало так, будто Лин представил меня как свою девушку. От этого внутри словно растопилось маленькое горячее солнце.

— Фига, — парень расплылся в улыбке. — Ну заходите, раз такое дело.

Он был немногим старше Лина. Довольно обычный по внешности, не сказать, что очень симпатичный. Но мне он понравился, уже хотя бы потому, что, похоже, они с Лином дружили.

В тире царил полумрак, но коридор перед дверью и стойка, за которой пустивший нас парень, видимо, коротал время с ноутбуком и кружкой чая, были освещены. Ещё горело электричество прямо над зелёными мишенями на другом конце стрелкового поля.

Мне стало жарко в пуховике. Я дёрнула молнию, и парень махнул рукой на стоявший в тени диванчик:

— Положи куда-нибудь.

Лин уже по-хозяйски ходил по помещению. Я едва успела подумать, что, судя по всему, он часто здесь бывает, как Лин обернулся к парню, и в его руке появился пистолет.

Я ахнула, а Лин сказал незнакомым жёстким голосом:

— Извини, друг. Держи руки на виду и садись на стул, — он пинком отправил стул на середину помещения. — Ирри, достань верёвку.

Я застыла на месте, не понимая, что происходит. Снова какая-то игра? В рюкзаке и правда была бельевая верёвка, Лин ещё попробовал её на прочность, когда мы собирали вещи. Но...

— Ты чё, охерел?

Похоже, не одна я была в шоке. Лохматый парень тоже застыл, не сводя глаз с пистолета. На его лице сменялись самые разные эмоции, от удивления до злости.

— Ирри! — рявкнул Лин, метнув на меня гневный взгляд.

Напряжённый голос и выражение его лица пугали. Я потянулась к рюкзаку. В голове была неразбериха.

Лин же сказал, что патроны кончились. Значит, он блефует. Ради чего? Что он задумал? Или они с этим парнем сговорились разыграть меня? Вряд ли, или придётся допустить, что они очень умелые актёры.

Готовясь к тому, что в любой момент оба покатятся со смеху, я достала верёвку.

— Ты что, хочешь тир обнести? — спросил в этот момент парень. Голос его был вполне спокойным, хотя только что он поливал Лина матом. — Совсем с катушек слетел? Тут камеры везде, тупка.

Я уже встала и собиралась отдать верёвку Лину, но при звуке этих слов похолодела. Оглянулась в поисках камер. И правда, в углу висел кругленький чёрный приборчик.

Неужели Лин и правда задумал ограбить тир? Зачем? Во что он впутался?

Его пистолет, те невозможные по моим меркам деньги... теперь вот попытка ограбления. Неужели мой Лин — преступник? Нет, не верю. Но его могли обмануть. Он сам не понимает, что делает и какое наказание за это полагается.

— Привяжи его, — резко сказал Лин. Он держал своего друга на мушке и не смотрел на меня. — Крепче.

Я бросила верёвку на пол между нами, и она свернулась, как мёртвая змея.

— Нет!

Он же не будет заставлять меня. Да и не сможет одновременно угрожать другу и привязывать его. А тот замолк, только переводил взгляд с Лина на меня и обратно.

Мне ведь достаточно лишь сказать, что пистолет не заряжён. Парень кинется на Лина или просто нажмёт вызов полиции, ведь где-то есть эта секретная кнопка. Приедет наряд, и всё будет кончено.

— Ирри. Ты обещала верить мне.

Я вздрогнула, как будто меня хлестнули.

«Мне нужно, чтобы ты полностью мне доверяла».

Когда я соглашалась, я не думала, что Лин затеет что-то настолько дикое. Мне вдруг показалось, что я совсем его не знаю. Что он делал, с кем связался за эти четыре года?

Камера в углу исправно мигала красным огонёчком. На записи всё будет видно: и как Лин достал оружие, и как приказывал мне связать лохматого, и как я повиновалась. Вооружённое ограбление — или как там это квалифицируется? А с другой стороны — если я пойду с Лином, куда бы он ни собирался меня увести, может быть, полиция не сразу нас найдёт. Наверняка у Лина есть какой-то план, а со временем я, может быть, сумею убедить его вернуться в нормальную жизнь.

И самое главное.

Кроме Лина, у меня никого больше нет. Может, он и влез в криминал, ступил на плохую дорожку. Но разве я могу из-за этого от него отрекаться?

— Прости, пожалуйста, — шепнула я лохматому парню, подбирая верёвку.

Тот мотнул головой, но под взглядом Лина послушно подал руки, чтобы я могла их связать.

— Да пошла ты! Вместе со своим подельником сидеть будете. А я ещё подумал, ты нормальная, — с горечью бросил он.

— Заткнись, — приказал ему Лин. Его глаза горели мрачным блеском. — Да, я паршиво поступил с тобой, не по чести. Но мне необходимо то, что хранится здесь. Я в ответе за свой народ. А для вас всё это — игрушка, забава сытых жирных горожан. Но я сделаю всё для того, чтобы тебя ни в чём не обвинили. Даю слово.

Лохматый оторопел, да и я на миг остановила движения. Свой народ? Мне представились длинные грузовики с оружием, нелегально пробирающиеся по горным перевалам. И Лин, с гордостью сдёргивающий покрывало с уложенных рядами винтовок, когда груз прибывает на место. А вокруг бородатые горцы, выглядевшие в моём воображении точь-в-точь как исламские боевики.

Лин убрал пистолет, подошёл и проверил, хорошо ли я затянула узлы. Видимо, не очень, потому что он усмехнулся и сноровисто перевязал в нескольких местах. Удовлетворённо кивнул.

В следующие пару десятков минут он ходил куда-то и приносил оружие и патроны. Укладывал на полу. Он не просил меня помочь, и я молча сидела на краешке дивана. В голове плясали страшные картинки: война, окопы, парни в камуфляже. Лежащий в пыли Лин с мёртвыми глазами и кровавой дыркой от пули во лбу

Наконец он принёс последнюю партию, вытер выступивший на лбу пот и устало улыбнулся мне:

— Скоро будем дома, — в голосе слышалось облегчение. — Потерпи.

Он зашёл за стойку администратора, но почти сразу вышел.

— Я вызвал ваших вояк, — сообщил он лохматому парню. — Через пятнадцать минут они будут здесь.

— Ты сам вызвал охрану?! — тот обмяк в верёвках. — Ты больной? На фига?

— Я же сказал, что тебя ни в чём не обвинят. А теперь — прощай.

При этих словах парень напрягся, его взгляд опустился на карман куртки Лина, где исчез пистолет. Я тоже невольно испугалась этого «прощай». Не может быть, Лин не посмеет убить человека!

Но Лин лишь сорвал с шеи янтарный амулет и с силой грохнул его о пол. Вспышка ослепила меня, а шипение и нечто вроде звуковой волны, прошившей насквозь, заставили вскрикнуть. Привязанный парень ругался в голос, с каждой фразой повышая тон.

Распахнув глаза, я увидела посреди помещения мерцающее облако. Оно переливалось тысячами цветов, жужжало, колыхалось, простреливало искрами. Снизу стелился сизый дым, как в ночных клубах.

Дымовая шашка? Я никогда не видела их в реальности, поэтому могла только догадываться. Но в фильмах они выглядели как-то по-другому...

Под аккомпанемент непрерывно лившегося яростного мата Лин кидал оружие в центр облака. Странно, но, попадая в облако, винтовки и пистолеты словно исчезали, не было слышно ни удара об пол, ни лязганья, ничего. Зато через какое-то время мне послышалось, что из облака доносятся мужские голоса. Я помотала головой.

Какой-то триллер. У меня галлюцинации от перенапряжения. Слишком много всего случилось сегодня, мозг просто не успевает обрабатывать информацию.

— Ирри! Иди в ворота!

Ворота? Я не поняла, бросила на Лина ошеломлённый взгляд. Тогда он метнулся ко мне и схватил за руку, заставляя встать.

— Туда, — он указывал на сверкающее облако. — Ты сказала, что пойдёшь со мной.

Глаза Лина пылали, грудь ходила ходуном, второе украшение, с драконом, светилось красным сквозь одежду. Я зажмурилась, снова помотала головой. Облако гудело, рассыпая искры, всё сильнее и гуще с каждым мигом. Идти? Туда?

Лохматый парень вопил уже что-то нечленораздельное.

Но я кивнула. Лин, хоть и был явно на взводе, расплылся в короткой улыбке — такой родной, что у меня ёкнуло сердце. Подвёл меня прямо к облаку и обнял сзади за плечи:

— Закрой глаза.

Я закрыла, почувствовала, как он обхватил меня — крепко-крепко, а потом мы то ли прыгнули, то ли свалились вперёд.

У меня зашумело в ушах, на миг показалось, что мы летим сквозь бездну. Но я не успела даже вскрикнуть, как упала на что-то мягкое, и пространство взорвалось слаженным хором мужских глоток.

Это явно был какой-то приветственный вопль, хоть я и не поняла ни слова. Открыла глаза — и не поверила им, увидев, что нахожусь где-то в месте совершенно другом, нежели минуту назад. Здесь было темно, лишь тусклый свет сиял откуда-то снизу. Я лежала на мягких шкурах, пахнущих кожей и шерстью, а вокруг стояли мужчины. Взгляд пробежал по их лицам, и я ужаснулась: они все были как один, словно братья Лина, черноволосые и синеглазые.

— Кто это, твоя аннанси, сайдар? — спросил чей-то голос. Почему-то с явным восторгом и почти благоговением.

Через секунду я поняла две вещи: то, что спрашивают не по-русски, и то, что язык мне знаком. Этот вопрос я часто слышала от Лина в его первые месяцы у нас. «Что это» и «кто это» — по десять раз на дню.

— Нет, — резко ответил Лин. Добавил ещё одну заковыристую фразу, в которой я не поняла ни слова. Помог мне встать и накинул на плечи что-то тяжёлое и тёплое, так как меня начала бить дрожь.

Парни вокруг вдруг слаженно выдохнули: «Ха-а» — и опустились на одно колено. А Лин кивнул и снова обнял меня одной рукой.

— Смотри — это мой отряд, — сказал он мне по-русски. В его голосе слышалась гордость. — Мои Ястребы.

Ястребы... «Мой народ», загадочное облако... портал? В иной мир?

Мир покачнулся перед глазами.

По-моему, мне срочно нужно выпить. Или прилечь. Или прилечь и выпить.