Глава 11

Если над головой противно жужжит, то либо у вас завелись комары, либо вы кому-то срочно понадобились. Откинув одеяло, я зевнула и сердито уставилась на паутинку, парящую у лица. Болтающаяся на хвосте послания печать заставила подпрыгнуть на кровати, сесть и дрожащими пальцами поймать паутинку. Сообщение прислал Нелл Корсен! Сжимая пальцы в кулак, я задержала дыхание. Что там?

Внутри оказалось приглашение прогуляться в Летний сад при королевском дворце. Ничего подозрительного – эта часть резиденции была открыта для посещений, при желании знатные господа и их гости могли полюбоваться чудесами садового искусства.

Медленно выдохнув, я пообещала нахлынувшей панике истерику. Замечательную истерику, полноценную. Но потом. Когда вернемся. Бросила взгляд на часы и с воплем: «Барт, бегом сюда!» – выскочила из постели. Сцапала с пола туфли и, на ходу придумывая, в какое платье превратить сорочку, вылетела в коридор.

У двери гостевой комнаты, отведенной под вызов демонов, столкнулась с сонным некромантом.

– Где зомби? Кого развоплотить? – Барт зевнул, его взгляд скользнул по мне, светлые брови удивленно поползли вверх. – Эффектно, но для улицы вряд ли подойдет.

Я опустила глаза и ахнула. Верхнюю часть платья я уже придумала, а вот нижняя так и осталась в виде тонкой ночной сорочки. Пришлось экстренно додумывать фасон. Вскоре я стояла перед насмешливо улыбающимся некромантом в бежевом скромном платье с рукавами до локтя.

– Я получила паутинку от Корсена, – прыгая на одной ноге, я натянула туфлю, затолкала ступню во вторую, распахнула дверь в гостевую. – Он пригласил меня на прогулку в Летний сад! Через десять минут он будет тут!

Я остановилась в центре комнаты, сосредоточилась.

«Демоны, демоны, демоны, сюда!»

– Не увлекайся! – хмыкнул Барт, глядя, как из воронки, сердито сопя, вываливаются сразу два демона.

– Ребята, слушайте его! – Я махнула рукой на некроманта и бросилась обратно к себе.

Не думаю, что короля впечатлит воронье гнездо из кудряшек.

Как всегда, когда опаздываешь, расческа завалилась в дальний угол. Волосы не желали распутываться, заколка-веточка отказалась прикалываться сбоку и придавать мне кокетливый вид. О чулках я вспомнила в последний момент. И слава богам, что вспомнила! По дворцовому этикету дама обязана быть «одетой», даже если на солнце вода в бочке кипит. И эти… хм… чулки, как назло, не натягивались, я с трудом сдерживалась, чтобы не выругаться. Помню-помню, чем мои ругательства заканчиваются. Долго потом Брендана искала. Только этого мне и не хватало – призвать ненароком еще одного демона и рухнуть пластом от магического истощения. Тогда уж точно прогулка с помощником посла накроется медным тазом!

Справившись с вредным предметом гардероба, я порадовала зеркало здоровым румянцем, проверила замки на кольце-накладке и браслете и выскочила из комнаты.

Дверной звонок насмешливо возвестил о конце забега. Шла по коридору медленно, старательно выравнивая дыхание. Прежде чем открыть, попыталась придать себе озабоченный вид: хозяйка дома заболела, и радостная гостья будет выглядеть подозрительно. Наверняка ведь уже доложили.

– Добрый день! – Нелл Корсен учтиво склонил голову.

Змей за его плечом едва заметно кивнул, точно старой знакомой. Еще бы! Сомневаюсь, что кому-то еще пришло в голову спрашивать, удобно ли ему ползать на пузе. Кстати, о пузе, точнее о желтопузиках! Помним о безногих ящерицах и, вежливо улыбаясь, приветствуем гостей.

После пустых вопросов о путешествии Нелл вежливо поинтересовался здоровьем хозяйки дома. Ну, что я говорила! Доложили! Похоже, здесь, в Дашилле, шпионов как грязи. Куда ни плюнь – в шпиона попадешь! Правда, мне излишнюю осведомленность подали как случайность: дядя Корсена посещает того же лекаря. Да-да. Верю-верю. А лекарь, конечно, всем своим пациентам рассказывает об остальных заболевших. Видимо, эта информация способствует скорейшему выздоровлению. А все дяди тут же бегут к своим племянникам.

– Кризис миновал, – вздохнула я. – Но миссис Мафр прописан постельный режим и покой. Я так волнуюсь, что придется ее оставить ненадолго.

– Конечно, ненадолго, – тут же заверили меня.

– Извините, я только загляну к больной перед уходом…

Меня благородно извинили, и я навестила змейку. На самом деле сбегала к Барту. Некромант был уже в курсе – он прекрасно подслушал весь разговор из гостевой комнаты. Демоны тоже подслушали и вели себя тихо. Не рогатые, а котики.

– Мы рядом, – сказал Барт, когда я выходила из комнаты.

Знаю! Но все равно жутко!

Помощник посла ждал у крыльца, в шаге от него уже был открыт портал. Змей держался чуть позади. Нелл Корсен предложил руку, я пристроила ладонь на его локоть и шагнула в дымную воронку.

Летний сад встретил нас густым ароматом цветов, пением птиц и веселым журчанием воды в фонтане. Не успела восхититься деревьями в форме экзотических зверей, густой травой и пышными клумбами, как перед нами открылся новый портал.

– Не бойтесь, мисс, с вами хотят поговорить. – Помощник посла самым натуральным образом затолкал меня внутрь.

Змей помог. Легкий шлепок хвоста по ногам – и я, пробкой проскочив переход, выпала в темном зале. Вот и прогулялась по саду…

Я поднялась на ноги и с любопытством огляделась. В конце длинного, почти пустого зала стоял массивный каменный трон. На правом подлокотнике лежал черный камень. На левом – белый. Он выглядел, как расколотый на две половинки орех. Пустые части не падали на пол, потому что были прочно впаяны одним концом в каменный подлокотник трона. На спинке отчетливо проступал барельеф: два дракона – белый крылатый да черный бескрылый – и корона. Такие же гербы были на стенах. Серая магическая пленка наглухо закрывала огромные арочные окна, не позволяя яркому солнцу проникнуть в зал, где царила сумрачная, гнетущая атмосфера.

Как писали газетчики, все в главном храме чародеев пропитано скорбью. Сам храм закрыт, мероприятия проводятся во дворце, а сюда имеют доступ лишь король и его тени. Ведь после случая с демонами чародеи хранят свое оставшееся сокровище как зеницу ока.

Похоже, я вижу как раз эту зеницу. Я в главном храме!

– Когда я впервые сюда вошел, казалось, весь мир лег к моим ногам, – задумчиво прошипел змей, неизвестно как очутившийся рядом.

Только что оглядывалась, и его точно не было! Я удивленно покосилась на разговорившегося слугу помощника посла и вновь перевела взгляд на трон. Итак, храм есть, Черный камень есть, невеста – то есть я – в наличии, не хватает короля чародеев. Или?..

Я медленно развернулась к змею, склонила голову, открыла рот, собираясь поприветствовать правителя.

– Оставь! – отмахнулся змей, сложился упругими кольцами и обернулся человеком.

Хищные черты, холодный взгляд – Оллистер Кеймрон выглядел точно как на магоснимках в газетах. Высокий, худощавый, русоволосый мужчина в черном кителе без нашивок и гербов. Единственное украшение – королевская печать: массивный диск на цепи, в центре которого изображен герб чародеев. Вот что за странный узор и отблески я видела на чешуе змея!

– Простите, что сомневалась в вашем умении… э-э-э… ползать. – Я проглотила нервный смешок.

Да, Даяна, ты не просто дипломат, ты гений дипломатии! Напомнить самому королю, как нахально спрашивала, не сотрется ли у него чешуя о мостовую!

– Впервые за восемьсот лет кто-то беспокоился о моем удобстве так искренне, – улыбнулся чародей.

Улыбка не затронула его глаз, и контраст между их ледяным холодом и теплом тона был разительным. С трудом сдержалась, чтоб не поежится. Расплылась в фальшивой улыбке, виновато потупилась, смущенно поводила носочком туфли по натертому до зеркального блеска мрамору.

– Вы прелестно смущаетесь, – задумчиво произнес Оллистер Кеймрон.

Грубоватый комплимент, мог бы научиться за столько столетий. Впрочем, зачем ему все эти дифирамбы? Любовниц в избытке, невест знать насобирает, привезет, вручит в лапы.

– Так натурально, – неожиданно холодно закончил чародей, – вам сложно не поверить.

Сердце замерло, в груди похолодело. Неужели худший вариант плана вот-вот воплотится жизнь? Я озадаченно захлопала ресницами.

– Не надо, мисс! – снова не дал сказать ни слова Оллистер Кеймрон. – Тетушка вас отлично натаскала, я впечатлен. Ваш жених потерял отличную жену, или у вас были причины от него отказаться?

Чародей поймал мою ладонь и демонстративно коснулся накладки на кольце.

О черт! Я быстро прокрутила в голове запасной план. Перестала изображать жертву нервного тика и, глядя прямо в ледяные глаза, кивнула.

– Вы правы, жених бы не решил мою деликатную проблему, – говорила я сухо, ровно, без эмоций, таким тоном тетушка беседовала с конфликтными клиентами. Хотя сердце замирало от страха. – Я надеялась, что вы поможете разобраться с ней.

Я показала свободной рукой на ладонь, утонувшую в королевской лапе.

Когда придумывали запасной план, главный вопрос, который возник у меня: как король может решить проблему колец? Оказалось, все просто. Имелось два варианта. Один – неблагоприятный для меня: инициироваться в тень. При этом все обязательства перед семьей исчезали. А кольца – именно такие обязательства и есть. Второй вариант – получить доступ к источнику долголетия Оллистера. Тогда, несмотря на кольца, я проживу столько, сколько он позволит.

– Хотите стать тенью, мисс? – прищурился Оллистер Кеймрон, разглядывая меня с видом хозяина, неожиданно обнаружившего в своей конюшне неучтенную породистую кобылку.

– Хочу прожить с вами долгую жизнь обычного мага, – сделав упор на «обычного», ответила я.

– Зачем мне это? – Оллистер Кеймрон выпустил мою руку, обошел вокруг меня, остановился напротив.

– Вам нужна супруга, – коротко ответила я.

Замолчала, давая возможность чародею самому додумать, насколько я осведомлена.

В холодных глазах блеснул довольный огонек.

– Не мне.

– Не вам, – охотно согласилась я, – а знати. Им спокойнее. Так вы для них выглядите более… обычным. Вам женитьба тоже выгодна, у вас будет время, чтобы тихо убрать неугодных. Не портить же ради нескольких заевшихся выскочек образ героя?

Сарказм сдержала с трудом.

– Кто же вас так хорошо просветил? – Король снова обошел вокруг меня.

Ужасно хотелось поворачиваться вместе с ним, не давая зайти за спину. Но я лишь пожала плечами:

– Вы прекрасно знаете кто.

– И вы согласились стать их протеже. – Оллистер провел кончиками пальцев по моей щеке.

Я упрямо смотрела в его глаза. Не дождешься! Я холодная интриганка! Не вздрогну и не отшатнусь. Ведь ты мое будущее. Безбедное будущее.

– Согласилась. Чтобы благополучно добраться до вас, – предельно честно ответила я. – Свои интересы куда ближе, чем интересы шпионов Бертрана.

Уголки тонких губ едва заметно тронула усмешка, в холодных глазах появились непонятные мне азарт и предвкушение.

– Не боитесь стать моей марионеткой? – тихо спросил Оллистер Кеймрон, нависая надо мной.

– Нет. Лучше договориться с сильным, чем рисковать во имя слабого, – уверенно ответила я, разглядывая чародея.

Старалась изобразить женский интерес, но взгляд все время притягивала печать на груди короля. Казалось, в толстом и большом золотом диске что-то скрыто. У всех на виду. Постоянно. Всегда с королем.

– Прелестная вещица? – Король дотронулся до печати. – Вы сообразительны, мисс. Жаль, стараетесь не для меня.

С пальцев Оллистера сорвалось светлое облачко чар, я отшатнулась, но часть успела вдохнуть. Чародей поплыл, зал закружился, волной накатили оцепенение и сонливость. Колени подогнулись, я почувствовала, что падаю. Оллистер подхватил меня на руки, направился к трону:

– Не волнуйся, мертвой ты мне не нужна. Существенного вреда тебе тоже причинять не собираюсь.

Попрыгала бы от счастья, да чары не дают! Могу помычать, но зачем доставлять удовольствие чародею? Молчим, слушаем и думаем, как выбираться. Чары он применил безвредные – Эв не почует опасности.

Оллистер усадил меня на трон.

– Хорошо смотришься, – усмехнулся он, укладывая мои руки на подлокотники, – из тебя может получиться неплохая королева. Пожалуй, я подумаю над твоим предложением. А то, что ты тень, мы легко скроем.

Чародей провел кончиками пальцев по черному артефакту на подлокотнике. Вспыхнули руны, и каменная оболочка, а это была именно она, раскрылась двумя половинками.

Внутри оказался самый обычный голыш черного цвета, на поверхности которого был выгравирован бескрылый дракон.

– Черный камень, – безо всякого трепета и почтения подбросив на ладони дар богов, подтвердил Оллистер.

Печать на его шее слабо замерцала.

– Подтверждение моей власти, – подмигнул чародей, – печать – реликвия моего рода.

Сомневаюсь. Похоже, от реликвии осталась лишь оболочка, за которой спрятали силу куда более могущественную, чем какой-то артефакт. И ограничили доступ к храму вовсе не из-за беспокойства о Белом камне. Король сделал так, чтобы, кроме теней, никто не видел, как отвечает его печать на Черный камень. А сияние – это Белый камень, и реликвия демонов отозвались: вот откуда на новообращенных тенях следы чар! Оллистер лукавит. Печать на его шее светится не только потому, что в его руках реликвия. Сама печать с «сюрпризом»!

Так просто. Банально. Все видели короля с печатью и трон: иногда сюда все же кого-то пускали, тех же слуг или призванных демонов, отец Эва был в курсе, что камней тут нет. Но вместе все камни видели лишь тени. Вот так просто, и никто не догадывается. Я бы тоже не догадалась. Если бы не подсказка богов, никогда бы не обратила внимания на подозрительно яркое сияние и не связала бы его с довольной физиономией короля. Не сложила бы два и два.

Оллистер отрастил коготь и чиркнул по моей ладони.

Я вздрогнула, хмуро наблюдая, как мои пальцы послушно смыкаются на камне, который «щедрый» правитель вложил в мою руку.

– Я стану тенью? – удалось прошептать непослушными губами.

– Естественно.

Чародей медленно отступил от трона. С каждым шагом свечение его печати становилось слабее.

– Не бойся, первое превращение – это не страшно. Немного неприятно будет, когда начнут исчезать лапы, но ничего, милая, не ты первая, – усмехнулся он, останавливаясь на расстоянии десяти шагов. Печать полностью погасла.

Страшно то, что будет за превращением. Послушная королю тень вместо меня! Что делать? Я попыталась разжать пальцы – не вышло. Сдвинуть руку – тот же эффект.

Темное свечение заклубилось у кончиков моих ногтей. Они начали удлиняться, все больше и больше напоминая когти. Боги, да я сейчас превращусь!

– Это не больно, – повторил с издевкой король, – больно будет потом. Нам ведь нужно поговорить с твоим демоном.

Он знает об Эве? Откуда?!

– Мне даже интересно, кто из твоих многочисленных женихов с рогами? – продолжал издеваться Оллистер. – Ради кого ты решила прийти ко мне, а? Ты так хорошо маскировалась, я даже подумывал оставить тебя там. Но ты приехала. Причина для этого могла быть только одна – тебе кто-то рассказал о демонах. Влюбились? Не помогли тетушкины наставления, да?

Туман полз по моей руке, на пальцах проступали мелкие темные чешуйки. Что делать?!

Я в панике пыталась придумать способ остановить превращение.

– Я буду безумно рад встретиться с твоим демоном. Меня всегда интересовало, насколько рогатые любят своих единственных. Настолько сильно, чтобы достать мне кровь своего правителя, предать свой народ?

Кровь?

Ах да, без крови правителя корона ограничена нашим миром. С ней… Похоже, одного мира бессмертному мерзавцу уже мало.

– А может, в нем самом есть кровь их повелителя? Нет, мне не могло так повезти, – продолжал размышлять Оллистер, скрестив руки на груди и постукивая когтистым ногтем по подбородку.

Когтистым, чтоб его ногтем! Он превращается в тень, но кому он подчиняется? Или не подчиняется? Значит, король не просто так тут десять шагов от трона отмерял? Черный и Белый камни все еще могут пробудить настоящего дракона? Или Оллистер обернулся раньше, до аферы с демонами, но скрыл это, как и крылья? Почему же тогда камни светятся? Белый расколот, с таким спящую сущность не разбудишь, по крайней мере полную, лишь тень… А ведь точно… Душа Тьмы исцеляет. Но можно ли исцелить расколотый дар богов?

Тьма добралась до локтя, захотелось зашипеть, свернуться кольцами. Не дождетесь! Что же делать? Как «что»? То, что у меня так лихо получается с самого начала!

– Иди ты к демонам, Оллистер! – прошипела я, сосредоточившись на желании отправить короля чародеев к рогатым.

Пусть порадуются, заслужили!

– К демонам, Оллистер! К демонам! – шипела я из последних сил.

Воронка портала открылась слева от чародея.

– Закрой ему рот! – прошептала я появившемуся из портала демону.

Зал расплылся, чародей и демон превратились в пятна. Одно метнулось к другому. Второе расползлось вширь и в высоту. Обернулся? Как не вовремя я решила упасть в обморок! Эв, где же ты?

Грохот волной прокатился по залу, я сквозь пелену следила за мечущимися вокруг пятнами. Кто на кого нападет? Кто победил? От страха меня начало мелко трясти. Казалось, я еду в поломанной коляске по ямам и колдобинам. Нет, это не страх. Мое тело окутала темная пелена, и оно менялось. Без боли и неприятных ощущений, как и обещал чародей. Я превращалась в тень.

– Дана! – донесся знакомый рык, полный боли.

– Печать! В ней камни! – прошипела я, понимая, что вместо рта у меня зубастая пасть.

– Дед!

– Понял!

Я кольцами опустилась на трон, в руке… в лапе все еще был Черный камень. Я не могла ее разжать, вторая лапа сама беспомощно сжималась и разжималась, словно искала близнеца дара богов и не находила. В ушах звенело, царящий в зале грохот слышался словно через толстую перину. Правда, был и плюс – когда голова стала змеиной, зрение прояснилось.

Я увидела огромного черного дракона, крылатого и жуткого, на которого наседали два демона, в одном я безошибочно узнала Эва. Второй, судя по возгласам моего темного, был его дедом. Но король чародеев и демоны были не одни. Вокруг разворачивалась настоящая битва: демоны против теней. Сколько у деда Ариеса сыновей? Восемь? А внуков?

Но демонов было точно больше. Похоже, спасать мою душу прибыло все семейство. И не только оно! Кажется, последние вызванные демоны тоже кого-то пригласили… Но почему Оллистер не приказывает? Или не вызывает демонов? Рогатые против рогатых, так сказать?

Я уставилась на камень, зажатый в моей лапе, потом на печать, просвечивающую замысловатым узором на груди дракона. Черный и Белый камни связаны. А с Белым связана Душа. Неужели повезло? Пока я окончательно не превратилась в тень, чародей не может вызвать других демонов? Так почему бы не усложнить процесс превращения? Дать время Эву? Моей второй лапе так не хватает Белого камня…

Я с трудом соскользнула с трона, поползла к дракону. На пузе было действительно удобнее, чем на непослушных лапах, которые пока еще не исчезли. Чем ближе подползала, тем сильнее проступал узор на груди дракона.

– Куда ползешь? – со знакомым бартовским смешком крикнул один из сражающихся с тенями демонов.

– К королю, – прошипела я.

Чешуя на теле начала слабо отсвечивать белым. Жуть какая – черные пластинки и белое сияние под ними. Не важно. Ползем!

Я обогнула парочку сражающихся, проскользнула мимо второй. Задела хвостом третью тень, зашипела в ответ. Увильнула от зубастой морды.

Эв и дед наседали на короля-дракона, тот двигался со змеиной грацией и невероятной скоростью. Демоны не отставали. Сияние на груди ящера становилось сильнее, печать больше не была узором, она проступила полностью – Белый камень «почувствовал» приближение близнеца.

Я крепче сжала в лапе Черный.

– Срежь! – Дед отбил удар перепончатого крыла, увильнул от когтей, только хвост мелькнул.

Эв поднырнул под лапу дракона, раздался удивленный рев, по полу покатилась срезанная печать. Я ринулась вперед, схватила, отпрянула в сторону. Заметила Эва и драконью морду, от которой ему не уйти. Понеслась обратно. Толчок, рывок!

Эв, оскорбленный в лучших чувствах, зато в безопасности. А я – нос к носу с драконом, с Черным камнем и печатью в лапах. Вот это громадина! Наступит – мокрого места не останется. Я сильнее стиснула в лапах камень и печать.

Печать раскрошилась. Внутри оказались Белый камень с глубокой трещиной посередине и темный ромб Души, плоский с одной стороны. И этой плоской стороной ромб будто прикипел к Белому камню. Оба артефакта сияли белым, было видно, что трещина «заживает» под действием чар Души Тьмы.

– Надо было тебя убить, – прорычал дракон.

Я переступила задними лапами, наверное, начала привыкать к новому телу… Да какая разница!. У меня всего один шанс увильнуть, сбежать. Сейчас!

Дернулась в сторону от клыкастой пасти, и меня окутала темнота. Прорезая ее ослепительными лучами, хлынул свет. Через меня ринулись навстречу две силы, разделенные королем чародеев. Столкнулись, но не сплелись – Белый камень был все еще расколот.

Не знаю, кем я стану, но точно не тенью и не драконом…

Я покатилась по полу, больно ударилась локтем. Я человек! Белый и Черный камни остановили неполную инициацию в тень! Я больше не чешуйчатая! Не успела обрадоваться, как меня придавила к полу когтистая лапа.

– Не с места! – рявкнул дракон. – Или будешь собирать свою чародейку по кускам. – Всем стоять!

Его приказ послушали. Не из-за Души, ведь камни были в моих руках. Из-за меня. Демоны послушно опустили мечи, убрали странное, напоминающее серпы оружие. И все из-за меня! Бесполезной чародейки! Чародейки! Именно!

Я вытянула обе руки из-под драконьей лапищи, прижимающей меня к полу, и приложила ладони вместе с камнями к чешуе. Бросить отвоеванные реликвии не могла. Толком не знала, что делать. Я ведь всего несколько раз пользовалась способностью чародеев оборачивать магию против мага. Только бы получилось! Только бы получилось! Я безумно боялась за Эва, за его деда, за Барта и остальных. Приказать им король не может, но тени его слушают. И они убьют демонов, не раздумывая!

Чужая магия нахлынула внезапно, затопила, точно волна. Мне хотелось остановить Оллистера Кеймрона. Чтобы он больше не мог причинять вред другим, не мог приказывать демонам, не мог убивать, прикрываясь подвигами, не мог забирать детей, превращая в тени, не мог рисковать жизнью чужого народа по своему желанию.

Черный и Белый камни неожиданно откликнулись. Сизый туман окутал нас с королем. Темной вспышкой осветила зал магия Души. И чары исчезли.

Злой рев дракона заставил вздрогнуть. Я заморгала, с удивлением глядя, как тает огромная лапа. Ящер словно сжимался, усыхал. Становился меньше. Вскоре лапа на груди стала размером с обычную мужскую ладонь. Когти исчезли, их заменили безобидные чешуйки. Клыки зверя тоже стали мелкими. А крылья за спиной превратились в два лоскута кожи. Сомневаюсь, что на таких удастся взлететь.

Превращение завершилось, когда дракон стал ростом с обычного человека. Трясущийся, обессиленный, он отполз от меня, в желтых глазах с вертикальными зрачками плескались гнев и непонимание. Дракончик попытался призвать магию, но, кроме сердитого, не особо громкого шипения, у него ничего не вышло. Магия не откликалась, я вообще ее в нем не чувствовала.

Тени дружно зашипели в ответ, озадаченно переглянулись… Я вдруг поняла, что они больше не связаны чарами, не должны беспрекословно подчиняться правителю. Одна за другой тени начали превращаться в женщин и мужчин в форме. Перешептывались, в недоумении смотрели на озверевшего короля, старающегося вернуть себе человеческий облик.

– Дана. – Мой демон упал на колени, обнял, прижал к себе.

Я с блаженством прислонилась к нему и тихо, до сих пор не веря, что у меня получилось, прошептала, кивнув на сердито рычащего на собственный хвост дракона:

– Я обратила его силу против него же, всю его силу…

– Ты его зациклила на самом себе! – довольно хохотнул Барт в демоническом облике. – Так бывает, если обратить силу до последней капли.

– Я всего лишь хотела, чтобы он не причинял другим вреда. – Я вложила в ладонь Эва камни. – Не знаю, почему так вышло, но все три камня: и наши, и ваш… они… Они словно откликнулись.

– Да, на твою магию откликнулись дары богов. Я не знаток, но, думаю, всему виной незаконченный обряд инициации тени. – Мой демон погладил меня по щеке. – Теперь Оллистер точно не сможет никому причинить вреда. Изворачиваться и обманывать в зверином облике проблематично.

– Пусть попробует. – К нам подошел дед Ариес, подмигнул и кивнул на дракона. – Тут все просто: ты чародейка, вот и смогла обратить его силу против него же. Да еще как обратила, а камни и Душа закрепили результат на зверином облике, послушались тебя, внучка, потому что в тебе осталась сила чародеев, а в нем – нет.

– Но Белый камень ведь расколот? Он не до конца восстановился? – нахмурилась я.

– Поэтому Оллистер застрял в зверином облике и вряд ли у него когда-нибудь выйдет обернуться человеком, – пожал плечами демон. – Будь камень цел, он бы вернулся в человеческий облик. А теперь даже если Белый камень полностью восстановится, Оллистеру это уже не поможет.

Похоже, король получил по заслугам. Он расколол камень, чтобы стать бессмертным. И именно расколотый камень навсегда оставил его драконом. Недодраконом. Зверем без магии.

Я провела кончиками пальцев по Душе, припаянной чарами к Белому камню. Если бы было время и Белый камень восстановился, чародеи снова получили бы крылья и силы стихии. И возможно, даже научились бы превращаться в драконов. Не в бескрылых змеев, тени, а в настоящих драконов. Но демоны так долго искали Душу…

– А ваш правитель не мог бы немного подождать? Оставить… Пока камень заживает? – едва слышно прошептала я.

– Скоро узнаем. – Эв громко хмыкнул, наклонился и накрыл мои губы поцелуем.

– Мог бы! – донеслось откуда-то слева. – И оставлю!

Но это было уже не важно.

Я таяла от пьянящих прикосновений, забываясь в сладком, дурманящем поцелуе.

Не выпуская Даяну из объятий, Эв шагнул в портал. После угрюмой простоты Главного храма чародеев гостиная в его доме выглядела настоящим праздником света и цвета. Опустив устало улыбающуюся Дану на диван, он не удержался и снова поцеловал невесту.

– Сейчас сообразим тебе что-нибудь бодрящее, – пообещал Эв, борясь с диким желанием просто сесть рядом и целоваться до темных кругов перед глазами. Но он прекрасно знал: Дана захочет узнать, что случилось, пока король пытался сделать из нее тень. – Жди!

Эв быстро вышел в коридор и только там стиснул кулаки, спрятал показавшиеся когти. Дану… В тень?! Повезло Оллистеру, что он стал зверем, а то бы темный лично устроил ему экскурсию в Межмирье. Но чародей – ящерица. Неопасная, лишенная речи и поддержки теней ящерица. Весьма удобная для всех ящерица.

– Где? Что с ней? – Туя и мара накинулись на Эва, едва он шагнул на кухню, подскочили с табуреток, окружили, словно собирались взять штурмом.

– Все хорошо, Дана немного устала, но все обошлось, – успокоил он.

А могло бы и не обойтись…

Когда Даяна ушла с помощником посла, Барт тут же отрапортовал Эву. Но темный еще до появления паутинки брата почувствовал: творится что-то неладное. Опасности для невесты не было, но беспокойство охватывало все сильнее, опутывало липкими щупальцами.

Вызвал деда. Старший Ариес не пытался его остановить. Лишь сказал, что есть магия куда сильнее чар, – имя ей любовь. И может она куда больше, чем все обряды и дары богов.

Именно она привела Эва в главный храм как раз в момент вызова демона. Дана умница, приказала рогатому закрыть рот чародею. Эв с дедом тут же присоединились к нему. И выяснилось, что король-то дракон! Видимо, еще до того, как расколоть Белый камень, он пробудил в себе спящего ящера.

Хорошо, что дед озаботился подмогой. Его братья, сыновья, внуки. Почти все Ариесы прибыли во дворец чародея. А Оллистер тоже подготовился – собрал теней. Свалка в храме вышла знатная. Демонам не хотелось калечить змеев, вынужденных защищать короля. А у чешуйчатых просто не было выбора.

Но ответ богов помог – Даяна увидела Душу. Срезать ее вышло не сразу. Потом вмешалась Дана…

Эв забрал у Туи поднос, отрицательно покачал на умоляющий взгляд мары:

– Потом, Ана. Дане сейчас не до рассказов.

Мара поморщилась, вздохнула и кивнула.

Паутинка спланировала точно в руку Эва. Внутри оказались отличные новости от деда. Оллистер старательно создавал себе образ героя. Героем ему и придется остаться! Только радости королю от этого будет мало.

Открывая портал в гостиную, Эв негромко хмыкнул, вспомнив, как храбро бросилась защищать его невеста. Она почти превратилась в тень, человеческими были только глаза, полные страха за него. За демона. Она не знала, что он успеет, увернется. Рисковала. Тогда Эву хотелось рычать на нее, сейчас душу затопила нежность. Его чародейка. Его храбрая чародейка. Его любимая…

– Ты решил меня закормить? – улыбнулась Дана, окинув взглядом поднос, заставленный едой.

– Да. – Эв подвинул ногой столик, поставил поднос, сел рядом с невестой. – А еще зацеловать, – добавил он, вручая Дане кружку с ароматным бульоном.

– Стой-стой! – Я уперлась ладонью в грудь Эва, прерывая очередной сводящий с ума поцелуй.

В промежутке между поцелуями меня кормили и рассказывали, что случилось, пока я отращивала хвост и чешую.

Случилось многое. Сердечная жаба у охраны короля, обычных стражников, не теней: отряд демонов на подходах к главному храму – зрелище не для слабонервных. Отряд рогатых, которым наплевать на приказы чародеев, – вдвойне стресс. Правда, наслаждались видом сумеречных гостей стражники недолго: демоны оперативно их усыпили, предварительно внушив, что явление свободолюбивых рогатых – дурной сон.

Пока стража дрыхла, демоны устроили дружеские посиделки, полежалки, поборолки с королем и его тенями. А когда Душа оказалась в руках родственника повелителя рогатых, прибыл и сам правитель. Собственно, он и ответил на мой вопрос о возможной помощи чародеям от бывших слуг.

– То есть там был ваш повелитель, а ты меня просто уволок сюда? – Смотреть возмущенно на Эва, когда его наглые губы касаются шеи, оставляя огненные бабочки поцелуев, не выходило совершенно.

Моя рука ему, кстати, не особо мешала. И почему мне достался такой большой демон? Нет бы компактный. Ну или хотя бы моего роста!

– Эв, ну хватит! – Я дотянулась до подушки, выставила ее как щит у шеи. – В конце концов, я тебе еще предложение не сделала!

Эв рассмеялся в мягкую преграду, приподнялся на локтях, а затем, нависая надо мной, с серьезным видом сказал:

– Надеюсь, ты дашь мне время подумать, взвесить все? Месяцев… одиннадцать?

– Что?! – Я впечатала подушку в наглую физиономию. – Значит, подумать?!

Эв поймал меня в объятия, ловко перевернулся, удобно расположил на своей груди и насмешливо подмигнул. Подушка в итоге перемещений свалилась на пол. Ну и пусть.

– Подумать! Ты, как приличная девушка, должна дать возможность жениху сбежать!

Вот демон!

– Могу к демонам послать, если сильно попросишь, – хмыкнула я.

– Не пошлюсь, – уверенно кивнул Эв. – Душа теперь в руках дяди, так что придется вам, госпожа чародейка, обходиться без помощи призванных слуг.

– Слава богам! – Я обняла Эва, опустила голову на грудь, ткань сорочки приятно пахла свежестью. – Твой дядя… Повелитель, он ведь не заберет Душу? – тихо спросила, вытянула руку и погладила своего демона по щеке.

– Пока нет. – Эв поймал мою ладонь, поцеловал.

– Откуда ты знаешь? Мы же ушли?

– Дед прислал паутинку.

Темный по одному целовал каждый палец, заставляя прикрывать глаза от удовольствия и забывать обо всем. Проверенный способ работал даже в таком исполнении.

Ну нет! Я отобрала руку, Эв понимающе хмыкнул.

– Что будет с королем? А с тенями? Не хотелось бы завтра прочесть в газетах, что чародеи в попытке поделить трон пилят королевство на части.

– С ними все будет нормально, – уклончиво ответил Эв.

– Насколько нормально?

Для некоторых и быть призраком нормально!

– Совсем нормально.

– Эв! – Я подняла голову и сердито посмотрела на улыбающегося темного.

– Завтра все узнаешь. Поверь, не будет никаких революций, – угадал ход моих мыслей Эв. – Все тихо, мирно, вполне в духе Оллистера.

Окончательно заинтриговал.

– Я теперь не усну! Эв? – Я приподнялась на локтях, придвинулась, почти касаясь губами его губ, прошептала: – Ну пожалуйста…

– Что – пожалуйста? – коварно улыбнулся Эв. – Жениться на тебе?

– Замуж выйти! – пробурчала я, со смехом свалилась на его грудь. Несильно стукнула кулаком. – Ты невозможный демон!

– Да, именно так, – подтвердил Эв. – А еще любимый.

– И самоуверенный!

– Не без этого. Но, как говорит Ана, хватит перечислять мои достоинства. Лучше скажи, сколько месяцев у меня на раздумья? Десять?

Моей макушки коснулись горячие губы, ладонь Эва прошлась по спине, оставляя приятное тепло и истому.

– Девять?

Меня аккуратно сдвинули с могучего плеча на вторую уцелевшую подушку. Ладонь темного оказалась под головой, на затылке. Губы напротив моих, дыхание у уголка рта.

– Шесть?

– А куда делись «восемь» и «семь»? – Я сама подалась навстречу.

– Исчезли под твоим напором, – хмыкнул Эв.

Боги, как приятно тонуть в поцелуе того, кого любишь!

Когда мы наконец оторвались друг от друга, Эв сипло выдохнул:

– Месяц! И ни днем больше!

Шутливо поцеловал в кончик носа, закутал в плед и отнес в спальню.

Когда темный ушел порталом, я почувствовала укол сожаления. Какой удивительно приличный попался демон! А я так не вовремя вспомнила некоторые инструкции тетушки…

Я улыбнулась, чувствуя себя невероятно счастливой. Обняла подушку, но уснуть мне не дали. В комнату просочилась Ана, следом Туя в неизменном меховом платье. Обе уставились на меня с любопытством. Потом мара дернула домовичку за плечо и потащила обратно к двери.

– Ана! – возмутилась та. – Куда? А как же узнать, что с ней случилось?

– С ней счастье случилось! Ты хоть песок периодически из головы-то вытряхивай, Туя. А то забыла уже, как это, когда сердце горит от радости и мир танцует вокруг! – довольно проворчала Ана. – Не нужны мы сейчас!

– Нужны! – Я дернулась, но она остановила меня взмахом руки:

– Не беспокойся, мы Барта поймаем! Клеа скажем, что все в порядке! Наслаждайся своим счастьем, оно только твое, девочка, твое и его. – Мара подмигнула, вытащила домовичку за дверь.

– Значит, у меня песок в голове? – сварливо бурчала та. – А у тебя тогда что, ты же на сто лет меня старше!

– У мар возраст не по годам считают! – отрезала со смешком Ана. – Так что идем на кухню, бабуля, будем кофе на нагретом песочке готовить!

Лишь бы кухня устояла после их кофейных посиделок.

Но мара была права – я безумно счастлива. И свидетели не нужны.

Утро началось с тихого стука в дверь.

– Да! – сонно отозвалась я.

– Утренняя газета, мисс! – чопорно сообщил Волдемар. – Господин Эвальд настоял, чтобы я принес ее вам. Я могу войти?

Я натянула на себя одеяло:

– Да!

Призрак выждал пару минут и только потом прошел через дверь. Вежливо поздоровался и оставил на тумбочке стопку газет.

– Статьи на первых страницах. – Усы довольно шевельнулись.

Волдемар испарился, а я, точно сто лет ничего не читала, набросилась на прессу. Газеты были не только бертранские. Призрак выбрал издания из нескольких стран, в том числе из Дашилла.

Одна статья. Вторая. Третья… Десятая.

Отложив газету, я откинулась на подушку и рассмеялась:

– Ну, демоны!

Не зря путешественников так называют!

Рогатые по полной использовали превращение короля чародеев в безголосую рептилию. Все издания наперебой вопили о его новом, безумно героическом поступке. Оллистер Кеймрон вернул своему народу Белый камень!

Все эти столетия он корил себя за допущенный промах, из-за которого чародеи лишились крыльев и стихийной магии. А еще налаживал контакт с демонами. Именно так, он ведь добрый и не считает, что за грехи родителей должны отвечать дети. И умный – демоны смогли разрушить камень, значит, у них могут найтись силы, способные его восстановить. Ну и мудрый – неофициальные ограничения на вызов демонов для простых чародеев с его подачи ввели.

Демоны оценили. Контакт пошел. Да так хорошо, что общими усилиями они обнаружили способ вернуть Белый камень! Естественно, демоны вину свою чувствовали и взамен ничего не потребовали.

И раз! Пыль, в которую превратился дар богов, снова стала двумя половинками.

Правда, благородному королю пришлось заплатить человеческим обликом. Но Оллистеру это совершенно не мешало – изъяснялся он при помощи заклинания, проецирующего мысли на бумагу. Заодно и проблема недовольных любовниц и невест решилась. Ящеру они не нужны.

Но был и минус: чары задели корону демонов. Результат – командовать ими может только одраконившийся король. Но этот минус выглядел столь несущественным на фоне радости от того, что камень вернулся и процесс восстановления идет медленно, но верно!

На магоснимках ящер гордо восседал на широком троне в главном храме. На голове у него была корона с копией Души в центре. По обе стороны стояли демоны и тени. А на подлокотниках торжественно сияли два камня в оболочке. То, что в тускло светящей белой, кроме дара богов, настоящая Душа, умалчивали.

Отдельный снимок камней тоже имелся. Черный с бескрылым драконом. Белый с крылатым и тонкой трещиной поперек. Никаких Душ. Вместо нее – облачко из черно-белых чар, как раз на границе «заживления». Корректировали снимки виртуозы своего дела, выглядело очень натурально.

После восторгов писаки задавались самыми разными вопросами. Бессмертен ли теперь король? Кто станет преемником, ежели смертен? Вспоминали фавориток с детьми. В общем, пресса бурлила и булькала.

А обычные чародеи радовались и славили подлеца, которому можно было только посочувствовать. Он был героем и самым безгласным существом в нашем мире.

– Мисс, – раздался за дверью голос Волдемара, – вас хочет видеть господин Ариес.

– Какой из них? – Я выбралась из кровати.

Одернула сорочку, быстро вообразила вместо нее зеленое платье без рукавов. Довольно поправила юбку колокольчиком, изумрудная ткань получилась легкой и нежаркой, самое то для летнего дня.

– Господин Рилан, – с заминкой ответил дворецкий и задумчиво добавил: – Простите, мисс, что лезу не в свое дело, но, может, стоит его выслушать?

– Может, – вздохнула я.

Отец Эва не выглядел монстром. Я даже могла в чем-то его понять. Но осадок в душе никуда не делся.

– Хорошо, Волдемар, скажите ему, что я сейчас приду.

– Спасибо, мисс. – Дворецкого я не видела, но уверена, его усы довольно встопорщились и шевельнулись. – Господин ждет вас в саду, в аллее живых статуй. Вам оставить портальный камень?

– А давайте!

Меньше соблазна передумать по пути в сад.

Призрак заплыл в комнату, протянул портальный камень. Показал руну, настроенную на сад. Наскоро причесавшись, я открыла портал. Прошла через воронку и оказалась возле скамейки, на которой сидел отец Эва. Он гладил по голове Опала. Призрачный пес днем заметно просвечивал, но с удовольствием подставлял бока под солнечные лучи. Увидев меня, цербер радостно завилял хвостом и подбежал. Пока гладила три лобастых головы, путешественник молчал.

– Вы хотели меня видеть, – напомнила я, усаживаясь на скамейку рядом с ним.

Опал улегся у моих ног.

– Да. – Ариес задумчиво дотронулся до полностью зажившей скулы. – Вчера Эв так быстро забрал тебя из главного храма…

Естественно, он там был. Из-за меня или из-за Души, уже не важно.

– О чем вы хотели поговорить? – прямо спросила я.

Откладывать беседу не видела никакого смысла, как и пытаться что-то читать по лицу путешественника. Вчера король чародеев наглядно доказал, насколько плохо у меня выходит угадывать эмоции придворных.

– Я хочу извиниться, – Ариес поморщился, – и не потому, что на этом настаивает Клеа. Мне жаль, что я побоялся рискнуть и подождать до срока, названного богиней. Риск был слишком велик. Были ведь и другие невесты, Даяна. Они могли понравиться королю. Всего день – и тебя бы уже не пригласили. Многие невесты подходили под любимый типаж Оллистера, и они бы точно приехали раньше тебя… Извини…

Самое странное извинение в моей жизни.

– Я рад, что все обошлось, – добавил отец Эва, поднимаясь и открывая портал. – На самом деле рад.

– Что забрала у вас Тьма? – тихо спросила я.

Ариес распрямился, словно от удара, потом устало вздохнул, с сожалением посмотрел на меня и ответил едва слышно:

– Сына и ту, что он любит. Эва и тебя.

Не буквально, это понятно, но Тьма у него нас «забрала». Нас с Эвом он потерял, когда решил поспешить.

– И вы все равно поторопились?

– Да. У меня был выбор между семьей и моим народом.

Он выбрал народ. Как бы я поступила на его месте? Не стала бы выбирать.

– А вы не пытались не выбирать? Найти другой выход? – вырвалось у меня, прежде чем сообразила, что говорю вслух.

– Пытался.

– Но не нашли и сдались?

– Возможно. – Улыбка была грустной и искренней, Ариес больше не прятался за масками. – Я оказался не таким сильным, как думал. Извини, дочка… я предал вас. Кто любит, не предает.

Прозвучало вымученно.

– Кто любит, прощает, – ответила я едва слышно.

Ариес поморщился, качнул головой.

Какой же он сложный и тяжелый! Теперь понятно, от кого Эв отхватил половину характера!

– Мы к вам обязательно вернемся, – грустно улыбнулась я. – Но не сразу, со временем… потому что любим.

Плечи шагнувшего в портал Ариеса распрямились, от его могучей фигуры повеяло надеждой.