17. Драконология.
Пока организмы восстанавливались от пережитого, нас отстранили от практической магии, оставив лишь лекционные занятия и семинары, не требовавшие расхода магического резерва. Порции еды увеличили вдвое и заставили пить мерзкого вкуса эликсир, который якобы ускорял выздоровление. Насчёт последнего я сильно сомневалась, и, сосредоточенная на борьбе с тошнотой, особых улучшений не чувствовала. Зато ощутила огромное количество свободного времени. Первые дни бездарно растратились на сон, зато нашлось время на книги «для общего развития», благо, читать их можно лёжа в кровати.
Как оказалось, языки славянских княжеств, несмотря на общий корень, всё же отличались друг от друга в силу некоторой замкнутости той или иной гурии. Да, был достаточно широкий набор общеупотребительных слов исконного происхождения, не говоря уже о военных, медицинских и магических терминах, но местные отличия развились до самостоятельных наречий, порой весьма специфических. Профессиональный филологический зуд успокаивало лишь то, что для меня никаких барьеров не стояло: стоило услышать пару неизвестных доселе слов, и язык сам отвечал в нужном лингвистическом русле. Тем больше открывалось возможностей для сравнительного языкознания! Но тут, знаете ли, не до него, новую профессию осваивать надобно! К тому же, все маги Объединённых земель говорили на едином, наиболее близком к древнему, языке. Его учили с детства на бытовом уровне (если ты, конечно, не сирота), в Школе на профессиональном. И его понимал практически каждый, не считая специфических терминов, кто был мало-мальски связан с нашей братией. Безусловно, нюансы наречий, и не только славянских, также преподавались в рамках программы обучения: мало ли, вдруг кто затевает про тебя что-нибудь недоброе в сторонке, прикрывшись местным сленгом, а ты не в курсе! Хотя, конечно, всё запомнить просто невозможно и большинство пользуется амулетами-переводчиками. Ха, а у меня такой встроенный!
Позже, по мере прибывания сил, мы, наконец, доковыляли до библиотеки и зарылись в пыльные манускрипты о мерзких огнедышащих тварях, коим не ведомы ни честь, ни достоинство, а лишь жажда золота, невинных душ и бесплатного харча. Засим, нет им ни любви, ни доверия, токмо смерть, желательно с последующей сохранностью нужных компонентов. Ниже прилагался подробный перечень органов и способы их использования, судя по которому от бедного ящера оставался невостребованным разве что желудок. Ан нет, и он, родимый, хорошо годился на парочку декоктов. Схема расчленения с поясняющими надписями занимала целый разворот. Гуляющая невдалеке тошнота резко воодушевилась при виде неё, рискуя испортить сей дивный шедевр и оставить потомков в неведении относительно правил грамотной разделки порочных созданий.
В одном из очень старых фолиантов в списке вспомогательных орудий убиения числился велурин. Было неясно, что именно предполагалось делать этим камнем: то ли изготовить из него наконечник стрелы, то ли отвлекать драгоценным блеском, пока сообщник коварно подбирается с тыла. Заинтересовавшись необычным и нигде более не описанным способом борьбы, я стала копать в этом направлении. Так, драгоценный камень, силикат, бывает разных цветов: жёлтый, голубой, зелёный, красный, белый. И как, скажите мне на милость, его опознавать? Встречается как одиночные, так и в друзах. Ладно, что у нас там с функциями: символ любви, благополучия и достатка, хранитель семейного очага. Рассеивает отрицательную энергию, предохраняет от усталости. Делает владельца дружелюбным и непобедимым… Ничего такого, что указывало бы на какие-либо особые свойства по отношению к ящерам. Видимо, враг должен устрашиться усиленного и очень выносливого дружелюбия. То, что он хорошо держит заклинания, не являлось чем-то из ряда вон выходящим, алмазы в этом плане значительно опережали большинство минералов.
Марина решила двинуться в сторону феномена долины. Поскольку доклад двухлетней давности бесследно сгинул, пришлось обращаться к первоисточнику.
- Вот, нашла, слушай сюда: гравитационные аномалии связаны с изменением силы тяжести в конкретном месте или регионе. Горные породы, находящиеся глубоко под землёй, сильно отличающиеся по своему составу и массе от легких пород, вызывают увеличение гравитационного поля. В то же время, перемещение легких поверхностных пород вглубь приводит к его уменьшению. Эти изменения гравитационного поля и различные другие тектонические процессы вызывают образование зон напряженностей и геологических разломов, оказывающих самое существенное влияние на фауну и флору.
- А можно чуть помедленнее, - взмолилась я, - а лучше дай сама перечитаю.
- Это, конечно, интересно, - спустя некоторое время серое вещество таки обработало информацию, - но кроме странного пара вокруг долины и тёплой погоды ничего такого не происходило: трава, розы, деревья, виноград совершенно обыкновенные. А есть еще какие-нибудь виды аномалий?
Марина зашелестела страницами и, наконец, выдала:
- Магнитные аномалии – места с изменённым вектором магнитного поля, имеют огромную протяжённость, с горами никак не связаны, - удручённо резюмировала сестрёнка, избавляя от технических деталей.
- Жаль, такая хорошая версия была.
- Помнишь, ты говорила про горячий источник, может, он нам что-нибудь подскажет? – не сдавалась подруга.
- Вряд ли, таких источников полно в мире и они связаны с деятельностью вулканических масс… кстати, может, это и объясняет ту дымку и хорошую погоду, - озарило меня, - а близость магмы таким образом влияет на драконов.
- Тогда что, все драконы живут около вулканов? Так себе перспектива, - резонное возражение.
- Тирз как-то рассказал про королевский двор и другие кланы, которые тоже расположены в горах.
Приятные воспоминания встали перед внутренним взором, причём настолько живо, как будто произошли только вчера…
***
- Слушай, а у Лефки, получается, чешуя белая? – окопавшись в малиннике у дальнего конца драконьего сада, терзала я вопросами лакомившегося Тирза.
- Ага, можно даже перепутать с сугробом, пока пасть не раззявит, - пиетет к старшей сестре отсутствовал у него априори.
- А какие ещё бывают драконы, я вот про золотых слышала и красных, правда, это мифы из моего мира.
- Сама ты миф, - усмехнулся парень и снял с моего плеча травяного клопа, - у нас этих мифов можно бочками солить, ещё останется.
Вздрогнув от прикосновения, я потёрлась головой о мощное плечо. Тёплые руки решили приостановить сбор полезной ягоды и увлеклись исследованием иных плоскостей, хотя местами встречались и округлости. Как ни странно, но он вёл себя весьма деликатно, по крайней мере, по сравнению с представителями моего измерения, что пока вполне устраивало. Ибо сны снами, но в реальности как-то страшновато переходить грань флирта, вдруг за ней окажется пустота…
- Нас, драконов, действительно немало, - вновь заговорил Тирз, - особенно здесь, в Змеином поясе. В паре часов лёта на север от долины Исарно живёт клан медных драконов во главе с очень древней и не менее вредной тёткой.
Я рассмеялась над его терминологией, под последним словом можно было ожидать чего угодно, вплоть до полуторатысячелетней матроны.
- Вот ты смеёшься, а мне приходилось терпеть её закидоны на протяжении долгих, просто бесконечных речей во время всех торжеств при дворе.
- А где у вас двор? И вообще, как может выглядеть двор драконов? Это, наверное, что-то очень величественное, - фантазия понеслась вскачь.
- Действительно, денег и сил туда угрохано немерянно, да только жить там невозможно – любое неосторожно брошенное слово или косой взгляд может навеки испортить жизнь тебе и всей твоей семье. С другой стороны, кто-то позволяет себе такое, от чего чешуя встаёт дыбом, и ничего, подумаешь, пошалили. Этакая кровавая роскошь.
Мужественные черты застыли от неприятных воспоминаний, зубы непроизвольно стиснулись, характерная складка прорезала лоб, настолько глубокая, что даже не верилось во временность её пребывания.
- Ты даже не представляешь, насколько тонка нить разума, на которую подвешены головы сильных мира сего: лёгкое дуновение, и начинается шатание. Только и слышен перестук пустых черепушек.
- Но почему? – практичный склад ума не понимал, зачем доводить всё до такого драматизма. – Почему все терпят это, а не поставят во главу кого-нибудь вменяемого?
Горький смех вырвался из груди.
- Да потому что таких, как ты, то есть мыслящих подобным образом, отслеживают и ликвидируют. Многие маскируются, кто-то искренне верит в правоту нынешней власти, а кто-то просто пользуется общей неразберихой в свою пользу.
- Если честно, оно везде так, - с грустью пришлось констатировать очевидное. – Ты не ответил, где расположено сие гнездо пороков.
- На Эфалии, - увидев непонимание в моём взгляде, поспешил уточнить, - это остров вблизи Италии: достаточно обширный, чтобы вместить «элиту» и в то же время отдалённый от человеческих поселений. Тёплый климат, опять же.
- Хорошо устроились, - шутливо толкнула локтём в бок всё ещё сердитого парня. – Наконец-то хоть что-то знакомое! Италию я знаю, а вот об острове Эфалия не слышала. Но я и не претендую, кто знает, что в Средиземном море обретается! Ладно, кто там ещё у вас есть?
- Очень далеко на северо-западе, на земле, омываемой Белым морем, живут фиолетовые. Там весьма мерзкий климат: всё время сыро и промозгло, только такие спокойные ребята в силах терпеть это безобразие.
Наконец-то в этих невероятных глазах вновь проснулись искорки смеха!
- В горах, конечно, посуше, но пока долетишь – весь изматеришься.
- А тебя-то туда каким ветром занесло?
- Я же говорю, это одни из самых терпеливых и доброжелательных драконов. Общаться с ними – одно удовольствие! Их трудно разозлить, для этого надо сильно постараться, но если у тебя получилось, то оптимальное решение проблемы – глухая пещера в районе Афгана, благо, их там навалом.
- Афган? В смысле Афганистан, я не ослышалась?
- Наверное, - пожал плечами собеседник, - я слышал только короткий вариант, а полный мало кто знает. Слышал только, что там шикарные горы и отличный климат.
- Интересненько… а Китай у вас есть?
- Такое название мне не знакомо. Где он?
- Э-э, где-то на востоке… точнее юго-востоке отсюда, вроде недалеко от Афганистана, там тоже, кстати, горы: Тибет, Тянь-Шань.
- Не знаю, я в ту сторону не летал, и из моих знакомых тоже. Если честно, я и в Афгане-то не был, просто поговорка есть такая. Он очень далеко отсюда, тем более от Эфалии, всего несколько оранжевых оттуда живут здесь – вышли замуж за местных, а так о них мало что известно. Говорят, сейчас там прячутся некоторые политические беглецы, кто успел, конечно, спастись. Мы-то считаемся окраиной, дальше Урала никто не летает, по крайней мере, из тех, что живут на западе.
- Ха, это не значит, что там никого нет!
- Понятно! Но даже если и есть кто, то к нашему двору они доступа не имеют.
- Боюсь тебя огорчать, но вполне возможно, они и без него прекрасно обходятся, а то и свой имеют. Я так поняла, что в любом более-менее крупном горном массиве обитает семейка чешуйчатых?
- Не везде, предкам пришлось попотеть, чтобы найти долины, подобные этой.
- Как всё сложно, а зачем вам вообще жить в человеческом облике? Валялись бы себе на груде золота и ели желающих оным поживиться, ну, или на худой конец баранинку, - игривое настроение до добра не доводит: Тирз посмотрел на меня, как на слабоумную.
- Откуда такие странные стереотипы?
- Это всё Толкиен виноват. По крайней мере, в моём случае, а откуда ноги растут у здешних небылиц, я не в курсе. И ты не ответил на вопрос.
- Если честно, я не представляю себе иной жизни, чем та, которую мы ведём. Вторую ипостась мы используем в основном как средство передвижения на дальние расстояния и для развлечений.
Мой подозрительный взгляд вызвал возмущённую гримасу.
- Вообще-то я имел ввиду: мышцы размять, козлов погонять… Почувствовать ветер в крыльях, заглянуть за облака, - чарующий голос завораживал, погружал в некое подобие транса. – Взмыть до самой стратосферы, где пахнет грозой и небеса озарены переливчатым сиянием. Как будто в небо опрокинули кувшин с туманным зельем и подсветили. Долго там не пробудешь – воздуха мало и панцирь может пострадать, но любой уважающий себя дракон обязательно туда поднимается хотя бы раз в жизни.
После таких слов у меня даже спина зачесалась, как будто она возжелала обрести крылья и воочию увидеть описанное. Интересно, если каким-нибудь образом решить проблему с кислородом и, насколько я помню из школьного курса, радиации, он возьмёт меня наверх?
- Да, кстати, охотиться тоже удобнее с улучшенным комплектом зубов, - опустил на землю ехидный собеседник.
- Зато целоваться совсем не вариант, - аналогично подколола я.
- Ну, вот ты сама и ответила на свой вопрос, - его пальцы вдруг решили поближе познакомиться с выбившимся из причёски локоном.
Кожа на шее покрылась мурашками, причём такими гигантскими, что только слепой бы не заметил.
- Ты забыл упомянуть про кулинарные изыски, - нахально вклинился в разговор третий голос, - кто у нас первый любитель тортиков?
- Отвали, а, - он не особо церемонился с любимым братцем, вылезшим из окружавших нас кустов.
- Вообще-то, я пришёл позвать вас обедать, а вы, - нижняя губа «обиженно» задрожала.
- Мы не голодны, - ответила я за двоих.
В ответ он лишь расхохотался.
- Ты не знаешь нашу маму, - продолжал развлекаться Окс.
Тирз виновато развёл руками:
- Придётся идти, иначе она потом ещё месяц будет нудеть, что мы полные бестолочи.
- И будет абсолютно права, - подытожила я, вылезая из малинника и горячих объятий мужчины. Мама есть мама, тем более, когда она дракон!
- Кстати, ты рассказывал ей о наших кузенах со Скандинавских гор? – проболтался про свою подслушивательскую деятельность Окс. – Да ладно, я тут совсем недавно, так что ничего такого не слышал, разве что в конце.
Краска смущения растеклась по лицу, окончательно сдавая меня с потрохами.
- Не волнуйся, я никому не скажу. Ты дивная, несмотря на то, что человек.
Я с интересом взглянула на собеседника.
- Наша мама родом из заполярья, у них там полгода день, а потом столько же ночь, - сменил тему Тирз.
- Какой кошмар, - изумилась я, вспоминая свои немногочисленные познания про кочевников крайнего севера, - как они выживают в таком холоде?
- Белая масть даёт свои преимущества, - гордо выпятил грудь блондин, - наша чешуя, а в этом облике кожа отлично экранируют мороз.
- Получается, что вам по большому счёту всё равно, что в долине тёплый климат?
- Ну, уж нет! Одно дело выдерживать холод, другое – наслаждаться комфортом.
- Ясно, - усмехнулась я, - а какая масть самая крутая?
- Вообще золотые, у них самое жаркое пламя, при желании они могут спалить любого из нас.
- Ого, вот это власть! – ужаснулась я, - несправедливо же получается!
- Зато я могу улететь на север и заморозить своих преследователей, – пожал плечами гиперактивный братец, - так что пусть сначала доберутся, а потом посмотрим, чью шкуру продадут на чёрном рынке!
- Долго лететь придётся, могут и догнать…
- Ха, а мозги на что? Кстати, если совсем прижмёт, можно и в мезосферу метнуться, воздуха только побольше набрать…
- Вы и такое можете? - глаза сами собой округлились.
- Из известных мне белых только он, - уважение выглянуло из бирюзовых глаз, – да и то на спор.
- А что ты хотел, всему нужна мотивация, - усмехнулась белобрысая егоза.
- А если за тобой не полетят так высоко, а подождут внизу, пока сам не вернёшься? – решила подколоть экстремала.
- Плохо ты пока знаешь драконов, - снисходительно погладили меня по голове, - в ярости мы можем даже не заметить горящий хвост, лишь бы добраться до противника.
- Или отмороженные мозги? – подначила я парня.
- Ну вот, начинаешь соображать, - довольно осклабился он.
- А стальные чем отличаются? – интрига нарастала, кто бы мог подумать, что такой фактор, как окрас, имеет далеко идущие функциональные особенности.
- Повышенной прочностью брони, а поскольку у меня дополнительный серебряный отлив, то ещё и от нечисти экранирует, - не менее задиристо ответил Тирз.
Ей-богу, была бы возможность, наверняка бы устроили соревнования, кто дальше плюнет, лишь бы перед девчонкой повыкаблучиваться!
- Можно подумать, нечисть осмеливается связываться с вами, - скептичная гримаса мало порадовала хвастуна.
- Она тоже разная бывает, я имел ввиду ту, что из высших слоёв пищевой цепочки. В одиночку даже вампиры с их силой и хитростью не осмеливаются нападать, а вот стаей на одинокого заплутавшего балбеса…
- С раной в боку, - подхватила я.
- Вот-вот, - развёл руками красавчик.
- Как же твоя сверхпрочная броня пропустила ту стрелу?
- Стечение обстоятельств, - брови вновь хмуро сошлись на переносице, - удачный угол попадания.
- Опять, поди, почесался на ходу, вот и оттопырилась пластина, - ехидно прокомментировал братец, - сколько нам родители твердили не нарушать покров.
- Отвали, - повторился младший.
- Так вон где собака-то порылась! - куски мозаики сложились воедино.
Недовольный взгляд исподлобья ответил красноречивее слов.
Как ни странно, но от намечавшейся выволочки его спас именно брат.
- На самом деле, основная сила серебряных в их крике, который не способны выдержать даже золотые. Именно поэтому их относят к высшей касте. О, вот мы и на месте! Позвольте отодвинуть даме стул…
Определённо, подобной информации не фигурировало ни в одном учебнике, даже самом пыльном.
***
На практикуме по изготовлению амулетов, во время сравнительного анализа свойств золота и серебра, преподаватель заметил драконий гребень в моих волосах и решил использовать в качестве наглядного примера.
- Позвольте, уж больно любопытный экземпляр, - попросил магистр Радислав.
Признаться, я и сама планировала обратиться к нему за консультацией и поджидала подходящий случай. Что ж, хоть в чём-то повезёт.
- Так, интересно, - внимательно осматривал амулет преподаватель, - судя по всему, он не из чистого серебра – нехарактерный светлый оттенок, к тому же металл слишком крепкий и упругий. Любопытно, что же это за примесь?
Он капнул какую-то жидкость на кончик зубца, отчего та зашипела. Удивлённое выражение худощавого лица заставило меня занервничать. Пусть только попробует подпортить мой подарок! Впрочем, металл остался цел и невредим, чего нельзя было сказать о состоянии рассудка учителя. Он стал его тереть, пробовать на зуб, сыпать каким-то порошком, а потом лихорадочно закопался в нижний ящик стола и долго шуршал древними залежами. Вынырнув, наконец, к нам и пристально изучая пожелтевший от времени свиток, Радислав неразборчиво бубнил под нос что-то о редкости как металла, так и технологии его изготовления.
- Откуда он у тебя? – настала стадия допроса, миновав объяснения.
- Подарок – в очередной раз ответила я, - от поклонника.
- Ничего так, поклонничек-то, - и без того подвижные губы начали жить совсем уж странной жизнью: то вытягивались, то сжимались, то вообще кривились вниз. – А он где взял?
- Семейная реликвия, от бабушки, - ещё немного и из разрешённого отвечать будет нечего.
- Серьёзный подарок! – неожиданная суровость пришла в разговор, - такими вещами не разбрасываются.
- Такими отношениями тоже, - не выдержала я упрёка и выдала ещё немного информации, практически на грани допустимого. Внимательный взгляд прожёг меня, получив равноценный в ответ.
- Это уникальный сплав серебра и верулиния, делающий вещь очень прочной и дающий дополнительный защитный компонент амулету в целом, - решил снизойти до объяснений преподаватель. - Технология изготовления утеряна, остались только теоретические выкладки, и то касательно свойств уже готового материала. Судя по всему, твоему «подарку» не менее тысячи лет.
Несмотря на то, что я прекрасно осознавала реальность сказанного относительно возраста досточтимой бабули, всё равно прозвучавшие цифры произвели на меня большое впечатление, не говоря уже об остальных присутствовавших.
- А что вы скажете о камнях? – пора поменять русло разговора.
- Думаю, что это сапфиры. Аквамарин более голубого оттенка, хотя встречаются исключения, но очень редко. В вашем случае, правда, слово «редко» нередко, - он засмеялся над получившимся каламбуром, - в конце концов, можно и их проверить.
Сомнения пополам с любопытством боролись на кончике моего языка, пока учитель задумчиво сканировал злосчастный гребень пассами правой руки.
- Всё-таки аквамарин, дополнительно подвергнутый калению, поэтому такой глубокий цвет, - резюмировал магистр. - Он охраняет от опасностей и обмана, талисман любви, бережёт дружбу и сохраняет справедливость.
Что-то в его словах показалось смутно знакомым, но мысль мелькнула и исчезла, махнув хвостом досады на прощание.
- Что касается символа, то это знак Сварога, он сохраняет в первозданном виде всё многообразие форм жизни во вселенной. Оберегает их от деградации и полного уничтожения, как разумного вида.
Хм, хороший символ, ещё бы донести до всех, что драконы тоже разумная форма жизни, а не только источник ценных компонентов. Хотя, судя по всему, кто-то был уже в курсе, раз изготовил подобную вещь, жаль давно. Глядя на мой удовлетворённый вид, преподаватель выгнул бровь и странно дёрнул уголком рта.
- Вы не хотите пояснить нам его назначение?
- Отнюдь, сама в шоке от вашей информации! – надо лучше следить за своей мимикой! - Просто то, что вы сказали очень близко к Тирзу.
- Его зовут Тирз? Какое странное имя, - вторая бровь присоединилась к первой.
- Это кличка, сокращение от… Терентий, - еле выкрутившись, отдышалась я.
Наконец, внимание профессора вернулось к основной теме занятия, но его изучающий взгляд время от времени останавливался на моей персоне.