Глава 32

Прислонившись лбом к стеклу, я закрываю глаза. Машина едет. По моему лицу текут слезы. Опять меня куда-то везут. В неизвестность. Что будет завтра — не знаю. Что сегодня — даже страшно подумать.

— А, ну-ка прекращай болото разводить. Чего ревешь?

— Страшно… — вздыхаю я.

— Ничего страшного. Приедешь, жена моя покормить тебя, спать положит.

Жена у него есть. Хорошо.

— А Маша там…

— Чтобы вытащить Машу, ты должна написать заявление.

— Нельзя… Надо по-другому. Отдать золото.

— Почему нельзя-то?

— Сестры… девять младших… Я опозорить мужа, тогда их никто не взять никогда. От семьи люди отвернуться. Уважения нет. Позор. Лучше тогда раз и все… умирать, чем всем жизнь ломать. Отданная девочка ничего не стоит. А чистые девочки — дорого стоят. Ценность.

Вздыхает.

Его жена встречает меня ласково. За стол садит. Гладит, гладит по спине. Как мама…

Передо мной лежат бланки.

Уговаривают.

— Как ты жить-то будешь дальше, Жасмин? С этим золотом можно хоть как-то устроиться. А без него…

— Джан обещать буду жить в Турция, если отдать. Прислуга. У родни его. Далеко… Никто не узнать, что здесь было.

— Мхм… отличное предложение для восемнадцатилетней девочки. А ты понимаешь, что он может тебя обмануть? Задушат где-нибудь по дороге и все.

— Я понимаю.

— Ой, мне плохо, — обмахивает лицо руками его жена. — Накапай мне там чего-нибудь. Ну что ты ее отдашь туда?!

— Она сама пойдет. Пойдешь, ведь.

Киваю, опуская глаза.

— Здесь кому нужна? Каждый взять, потом прогнать. Не хочу так жить. Лучше служанка.

— Подпиши, дурочка!

— Нельзя.

Как не понимают?!

— Девять чистые хорошие девочки. И я, одна грязная. Можно сравнить? Честь отца, братьев. И моя судьба. Можно сравнивать?!

— Почему вдруг грязная-то?! — удивляется его жена.

— Леша трогал, — опускаю я глаза.

— Вот, скотина!

— Не надо так сказать, — качаю я головой. — Моя вина.

— Чего с ней делать??

— В общем, так, Жасмин. Дай мне этот телефон, на который тебе позвонить должны.

Отдаю.

— Идешь сейчас спать. Утром едем заберем твое золото из ячейки. Я буду сам говорить с твоим мужем. А ты поедешь в… сейчас… — ищет что-то на полках. — Вот. Прошлый раз не смогли они помочь, может быть в этот выйдет. Это благотворительная организация мусульманская. Они помогают вашим женщинам, попавшим в сложную ситуацию. Пока ты в программе, будешь жить в пансионате. Забрать тебя оттуда может только муж или прямые родственники. Законный муж. Слышишь? Джан не сможет, если ты сама не захочешь пойти. Эта организация не признает ваши ритуалы выше нашего закона. Адекватные там люди. Отец может забрать, братья могут, мать. Тебе предложат какие-то социальные варианты выживания здесь. Не захочешь, поедешь тогда к себе в Турцию с Джаном, — вздыхает он. — Но я бы на твоем месте хорошо подумал.

— Я буду думать. Спасибо.