Два месяца спустя.

- Луиза, дорогая, правда, сегодня чудесная погода? – новый соседушка старательно растягивал губы в улыбке. Из-за оплывших от жира щек мышцы аж скрипели от непомерных усилий.

- Ветрено не много, - я бросила взгляд в окно, за которым деревья касались кронами земли от налетающих порывов. – Зато свежо и не жарко.

- Вчера говорил с погодником, через пару дней ураган стихнет, и разрешат вылеты, - обрадовал меня господин Ромлес, жадно с причмокиванием хлебая кофе. Я непроизвольно поморщилась. – Где там живет ваша тетушка? Серднирс? Или Керднирс?

- Ферднирс, - поправила толстяка, избегая маслянистого взгляда. Увы, легенда с вдовством дала трещину – как-то не рассчитывала на повышенное внимание мужского пола к трауру.

На удивление мне везло, словно изобрела зелье удачи и выпила его целую бочку. На всякий случай проверила свои пузырьки, но новых не обнаружила.

Сначала я отправилась в город Дервинс в часу лета на драконе. Мое первое везение. Если бы выбрала другой – это уже три часа. И тут бы меня сцапали, поскольку в плане побега я не учла одну деталь – портальщика.

Уже переодетая в толстую матрону с жжено-пшеничными волосами и объемными формами, которые создавала клетка с петухов в стазисе, я с кряхтением поднималась по трапу в кабину, крепящуюся к драконам для длительного перелета, как увидела знакомое лицо. Парнишка стоял посреди посадочной площади и вертел головой в разные стороны. Надвинув глубже капор, я активней закряхтела. Стражники, охраняющие трап, чтобы пассажиры не умыкнули ценный насыщенный запахом драконьего навоза воздух с собой, нервно переглянулись.

- Госпоже нужен целитель? – стюард не торопился брать у меня билет, а наоборот встал в проходе. Ценою жизни, видимо, решил не пускать больную пассажирку на борт.

- Я прекрасно себя чувствую, - зашипела на него.

- И повитуха не требуется? – подозрительно уточнил мужчина, изучая мои необъятные формы.

Представила роды клетки с петухом. Сдержать истерический смех удалось. И все благодаря портальщику. Парнишка рысцой бросился к соседнему дракону и о чем-то заговорил со стражниками. Те в ответ покачали головами. Если я не успею сесть до того, как он доберется до моего транспорта, то…

Но спас меня второй стюард. Вынырнув из нутра кабины, он недовольно посмотрел на напарника:

- Чего возишься? Не видишь, госпожа просто летать боится. У меня опыт ого-го какой, таких за милю чувствую. – Почти угадал, только я боюсь не летать, а не улететь. И уже мне: - Давайте ваш билет, уважаемая. Простите парня, он новенький и слишком усердствует.

Я позволила себе величественный кивок и, наконец-то, вошла в кабинку. Да я сейчас кого угодно прощю, даже серийного маньяка-убийцу, только полетели уже скорее.

Краем глаза увидела русую макушку, спешащую в толпе к стражникам возле моего дракона. С каким же облегчением я плюхнулась на жесткое сидение! В маленькое окошко было прекрасно видно, как ему опять отрицательно машут головами и расстроенный портальщик спешит дальше. Ура!

Сон на откидных местах – то еще удовольствие. Но позволить себе полет в ВИП классе, значит потерять и без того скудные сбережения.

А в Дервинсе мне снова улыбнулась удача. В поисках жилья подешевле, я забрела в трактир. Явление девицы (облачения я сменила на строгое дорожное платье, а волосы решила пока оставить ужасного желтого оттенка) с петухом вызвало нездоровое оживление у трактирщика. Оказалось, что вчера приблудная собака задрала его птицу, и кур топать некому, а надо. Причем срочно. Забияка был сдан в аренду на два дня за комнату. В результате остались довольны все: трактирщик, петух, курицы и я.

Снова перелет на восток. Городок Старь. Помогла старухе донести корзину с фруктами и за бесплатно получила ночлег.

Оттуда день паром по реке Янтарь и я в Полянске. Старый лекарь благосклонно пустил меня в лабораторию в обмен на порошок из бивня редкого серого тигра. На самом деле абсолютно бесполезный ингредиент, мало в каких зельях применяется. Обычно храниться для коллекции.

На юго-запад выдвинулась через две недели. Саквояж значительно отяжелел, зато способ оплаты расширился. Путешествия в крытой повозке с десятью пассажирами – настоящее чистилище. На второй день хотелось плюнуть на сомнительный комфорт и залезть к Забияке на крышу. Кучер гнал лошадей как ненормальный, опасаясь разбойников. Рессоры у повозки были прилично изношенными. Нас с пассажирами мотало по лавкам. Единственный кто не ругался на очередном ухабе или яме – младенец. От усиленной качки он просыпался только поесть и выключался обратно. Мы с завистью смотрели на ребенка. В рот кусок не лез ни у кого.

В Налине мы все скопом вывались из повозки и на радостях обнялись. Один пожилой дядечка даже принялся целовать землю. И снова удача – на днях сгорел гостевой дом и приезжих селили у горожан. Молодая чета с меня плату брать не стали, но взамен попросили зелье от простуды для сынишки. А я умная и запасливая.

Южнее на восток драконом и я в Плистоне. Зигзагом по стране. Забияка на удивление спокойно воспринимал путешествие. Только иногда из клетки доносилось деловитое «Ко-ко».

Но вот в следующем городе Уличе я и застряла. Расположенный у подножья южных гор он служил перевалочным пунктом. Отсюда обычно летели в три городка: Серднирс – торговый, Керднирс – промышленный и Ферднирс – воровской.

Удивление моего соседа понятно, что могла забыть молодая вдова в столь злополучном месте. Еще и тетка сомнительная имеется. Будем считать, я не заметила как он кошель с деньгами поглубже в карман запихнул.

Правда я задерживаться там не собиралась. Оттуда до конечно точки моего путешествия три дня пути в повозке. Милый городочек Розенбург славиться лекарским училищем. Я рассудила так: зельевар мне не быть, справка привлечет излишнее внимание – будут посылать запрос в академию и его можно перехватить, тогда выучусь на лекаря. В училище обучение длится два года, и готовят там только узконаправленных специалистов. Зато в последствие без работы не останусь. Опять же доступ в лаборатории. Не самый плохой вариант при отвратительном раскладе. Особенно в свете последней новости, настигшей меня буквально вчера.

С тоской взглянула в окно. В запасе есть две недели, чтобы подать документы и сдать вступительные экзамены. Хоть учебный год уже и начался, опоздунов принимают, но заставляют догонять группу. Но, видимо, мой лимит везения был вычерпан досуха. Деревья продолжали трещать и гнуться под порывами ветра.

Что может быть страннее, чем явления путника в такую непогоду? Скрипнула дверь, пропуская закутанного в плащ гостя. Все в зале дружно посмотрели на отчаянного храбреца, рискнувшего прогуляться.

Визитеров было два. Второй в теплой куртке, не скрывал лица под капюшоном. Хищным взглядом, обежав застывших постояльцев, он остановился на мне. Как насмешка судьбы за стенами раздался раскат грома, сверкнула молния, и хлынул поток дождя.

- Нашел! – радостно оскалился Шило.

Я на нетвердых ногах подняла со стула. Очень надеюсь, что меня разыскивали не по основной профессии.

Второй скинул капюшон… и мое тело само метнулось в заднему выходу. В спину полетело «Стой паршивка!», а пальцы уже крепко держали ручку. Рывок. И я захлопнула дверь обратно. Далеко ли убегу под проливным дождем среди ударяющих в землю молний без денег, вещей и документов?

Тяжелые черные тучи низко нависали над горными пиками, намекая - там мне не рады.

Метнулась к лестнице на второй этаж, чтобы закрыться в комнате, взять вещи и сбежать через окно, но путь мне преградил Шило. Он уселся на нижнюю ступеньку и иронично приподнял одну бровь. Мол, что дальше делать будешь?

Носиться по залу и блажить «помогите, убивают!» не вариант. Посетители с заинтересованностью провожали мои перемещения, но на защитника не тянул никто. Промышленники и торговцы с пальцами толще сардельки. Пара женщин в возрасте вообще на суету взирали брезгливо, как пансионерки на декольте.

Единственное укрытие – барная стойка, опробованная еще на брате. Нырнула туда и затаилась у ног трактирщика. Мужик удивленно скосил глаза, но выкидывать меня не стал.

- Эльза, - раздался сверху крайне сердитый голос, - это глупо. Вылезай немедленно!

- Он очень злой? – шепотом спросила у мужика, к чьим ногам усиленно прижималась.

- В ярости, - хохотнул трактирщик.

- Тогда точно не вылезу, - храбро пропищала я.

Над головой раздался тяжелый вздох, и наглая рука нащупала мой воротник. Ткань протестующе затрещала, я захрипела и ухватилась за какое-то кольцо в полу. Умру, а не сдамся.

- Эльза, прекрати дурить! – прорычал сквозь зубы Жорж.

Замотала головой. Лучше уж пускай прилюдно убьет, чем потом неизвестно где под кустом прикопает.

Далее последовало цветастое выражение, изобилующее нецензурными словами и звуками, и в мои пальцы прилетел разряд. Руки тут же онемели и повисли плетьми.

В комнату меня внесли вперед попой к верху. Так себе поездочка. С виду красивые плечи на деле оказались жесткими и неудобными. Два звучных шлепка при попытке брыкаться вызвали у Шила, оставшегося внизу в зале, идиотскую ухмылку.

Меня, не церемонясь, сгрузили на кровать. Еще и руки прижали к покрывалу, чтобы не сопротивлялась. К спасительному саквояжу, притаившемуся в углу, пробиться без боя не получиться.

Я замерла под хищным взглядом Жоржа. Похоже, меня собрались не просто убивать, а с особой жестокостью.

- А ты молодец, - неожиданно начал следователь с комплемента. – Нет, правда, молодец. Если бы Шило не запомнил твое новое имя, искать пришлось бы в два раза дольше.

Вот зря он меня хвалит. Я дура, причем полная. А ведь надо было подумать, когда просила сделать липовые документы, что Шило по своей сути продажная личность. У наемных убийц обычно совесть заменяют деньги. Кто больше заплатил, тот и прав.

Жорж, налюбовавшись моим отрешенным видом, продолжил:

- Но петух тебя бы все равно выдал. Глупо таскать его за собой по стране. Оставила бы у трактирщика и дальше кур топать.

А я молчала. И сожалела. О том, что недальновидно выложила сегодня из кармана свое новое изобретение: капсулы с жидкой взрывчаткой. Идея, конечно, украдена у парфюмеров, предоставляющих пробники духов а малюсеньких флаконах. Зато «бабах» выходит не столь масштабный. Чтобы оглушить противника и сбежать вполне хватит.

А еще сожалела, что ненавидеть эту сволочь ну никак не получается. Предательское сердце радостно стучало об ребра вовсе не от страха. От предвкушения, чтоб его.

Не дождавшись от меня ответа, Жорж нервно втянул воздух сквозь зубы:

- Эльза, нам надо поговорить.

- Храна не отдам, - отмерла я. – Можешь обыскать вещи, артефакта тут нет!

- Спрятала? Умница, - Жорж вопреки логике расплылся в улыбке. – В надежном месте?

Я фыркнула. Что может быть надежней, чем банковская ячейка? С условием, заберу содержимое через два года. Если не явлюсь, книгу следует отправить Эмме. Кто лучше знает, что делать с опасными знаниями, чем Видящая?

- Можешь не стараться – не найдешь, - вложить в голос презрение не получилось. Зато воинственный писк вышел на зависть.

- И не хочу. – Тяжелый вздох и неожиданное признание: - Эльза, ты все не так поняла. Я не собирался жениться на Фло. Да, подписал брачный договор, но это лишь наживка для Мэрса, чтобы он расслабился и выболтал кое-какие свои секреты. Я честно хотел тебе все рассказать, но случая не подвернулось…

Подозрительно сощурилась. Пускай этот гад не думает, что я возьму и поверю предателю с первого же слова.

- Естественно, трудно найти время, когда живешь в двух шагах. Еще и за невестой, небось, ухаживать надо, - Жорж вздрогнул – попала в цель, - ручки лобызать и к Мэрсу подмазываться. Бедный ты, бедный. А вот Фло нашла время. На следующее утро прискакала с радостной новостью и мешком сюрпризов. И Мэрс нашел время просветить. А ты нет.

- Ты сама от меня бегала! – рявкнул невоздержанный тип.

- Зато отпраздновать помолвку, затащив в постель другую, ты не забыл!

Следователь сдулся. Лицо, растерявшее воинственный настрой, казалось уставшим и посеревшим. Особо примечательными были темные мешки под глазами.

- Послушай, Эльза. Да я виноват. Дурак. Не сдержался. Но я давно так об этом мечтал… - Мое сердце пропустило удар. – А ты пьяная, ласковая. Я просто не сопротивлялся. И на утро ничего против не сказала. И на следующую ночь… Поступок свинский, понимаю, но это не повод вот так пропадать с поддельными документами! Еще и письмо Диону шикарное оставила. Он, между прочим, со мной разговаривать отказывается, пока тебя не верну.

- Беда, - согласилась я тоном добренького лекаря, - и как же теперь он тебя регентом назначит?

Жорж закатил глаза. Прямо святой великомученик. Пора дары преподносить и в ножки кланяться.

- Да не нужна мне корона! И даром, и с доплатой! – От эмоционального выкрика вздрогнула и я и кровать. – Я просто хотел прижать Мэрса! Смотреть, как вы с ним бодаетесь, конечно, занимательно, но в отличие от тебя, дурехи, я понимал – он отмстит. Ты скинула его с должности, отняла дом. Но выгнать из города - возможности нет. Никто же не мог гарантировать, что на тебя, чисто случайно, упадет кирпич. Или на улице бандит ударит ножом. А еще тривиальней – ты просто исчезнешь. – Поежилась, вспоминая похищения. – Я знал, что Мэрс при всей послушности короне играет свою партию. Он хотел власти. Все что требовалось получить доказательства и слить их Терецию. Мэрс перестал бы быть проблемой. Потом я бы слетал в столицу и поговорил с твоими родителями. Все было бы сделано по правилам… А ты взяла и сбежала, несносная ведьма!

Не дожидаясь, пока я выдам какой-либо внятный звук, кроме возмещенного бульканья, он, не отпуская моих рук, перекинул через мои бедра ногу. И проделывал это с такой предвкушающей миной, что я почувствовала подставу.

- Теперь ты не встанешь с кровати, пока не согласишься вернуться! – с радостной улыбкой сдал свой план Жорж.

- Ты не думай, я может и дура, но никак не доверчивая, - очень умно заявила я. – Брачный договор я видела своими глазами. Мало ли что ты хотел или не хотел – но на нем твоя подпись.

- Протестую. Там вписано не совсем мое имя. Может Жорж Эдин и согласился жениться на Фло, а вот Жорж Квентин Эдин – точно нет. - Эффектная пауза. - Договор не действительный, солнышко. Тебе следовала сначала поговорить с Дионом или Храном, прежде чем убегать. Они оба в курсе.

За грохотом сердца еле различала слова. Неужели все было зря? Идиотский побег. А самое главное – тридцать пять золотых жалко.

Дион и дух. Одному я оставила истеричное письмо, другого просто усыпила. Ох и припомнить мне Хран это.

Жорж склонился надо мной практически чокаясь носом:

- Произошло ужасное недопонимание. Своей вины не отрицаю – нечего было секреты разводить. Я хотел тебя оградить по возможности. Весь спектр наказания я уже испытал, гоняясь за тобой целых два месяца. Верить трудно, я понимаю, но давай вернемся. Дион, Хран, Уатерс, Вакс, Ким, Эмми – любой подтвердит мои слова.

Мысли метались как тараканы. Разум пытался подавить чувства, но позорно проигрывал.

- Что с чайной, - постаралась увести разговор в нейтральную территорию.

Но по хитрому блеску глаз Жоржа поняла, мою уловку раскусили.

- Все нормально. Дион справляется. Эмми временно помогает ему. Горелые печенья с предсказаниями вызвали сострадание в Видящей. – Он выдержал паузу, пристально глядя в мои глаза. – Эльза, как-то ты сказала, что я не предел мечтаний в качестве супруга, но все же может, согласишься выйти за меня?

Мир поплыл. Или просто мои глаза наполнились слезами.

- А куда ж я денусь. Ведь рецепт противозачаточного так и не узнала. А теперь поздно метаться.

Жорж нахмурился, сосредоточенно пытаясь найти что-то в моем ответе. А я лежала, прижимаясь к любимому мужчине и ждала. И дождалась.

- Эльза?! – следователь подскочил на кровати. – Паршивка! И ты посмела сбежать?! Одна с петухом по стране! В отвратительных условиях! Надрать бы тебе задницу, да нельзя. Но ничего я подожду. Сколько там осталось?

- Семь месяцев, - скромно улыбнулась я.

- Ведьма ты и есть, Эльза. Но такая любимая.

И меня наконец-то поцеловали.