Дела семейные

Домой мы успел как раз к прибытию грузчиков. К арке подъехал микроавтобус, на борту которого были изображены два мужчины в синих робах и кепках. Нарисованные трудяги тащили громадный рояль и крышка его скривилась в улыбке, состоящей из белых клавиш.

Пассажирская дверь открылась, из кабины выпрыгнул мужчина. Подошёл ко мне и уточнил с коротким поклоном:

— Вы господин Чехов?

— Все верно, — я взял протянутые мне листы.

— Вот документы. Хозяин предупредил, что вы внесли задаток…

Я бегло просмотрел договор. Взглянул на остаток суммы, которую остался должен мебельному салону:

— Да, сейчас схожу за деньгами.

Сам подумал, что все же нужно завести личный сейф, как любому достойному гражданину. Пора привыкать, что я стал адвокатом — серьезным человеком. Да и сейф для офиса тоже пригодиться. Пожалуй, даже два — в приемную, где будут храниться важные документы, и в мой кабинет, где я смогу спрятать что-то особо ценное для работы.

— Только покажите, куда ставить мебель, — попросил водитель.

Грузчики уже вышли из машины и топтались у открытой двери салона. Выглядели парни колоритно. Одни был низким, коренастым и широкоплечим, второй же высоким и тощим, как щепка.

— Да, идёмте.

Я провёл грузчиков к порогу. Обвел помещение рукой и начал указывать, куда и что поставить:

— Стол сюда, — я махнул ладонью в сторону стены справа от входа. — Шкаф рядом. А диван и кресла вон в тот угол.

— А второй стол? — уточнил водитель.

— В кабинет. За дверью.

Водитель кивнул и обратился к грузчикам:

— Все поняли?

Парни кивнули.

— Тогда начинайте разгрузку.

Работяги вышли из дома, направились к машине. Уже у кузова, высокий и тощий сжал кулак в ладонь, и рядом с ним появилось два сотканных из мутных водяных вихрей элементалей. Они застыли у кузова, тощий же запрыгнул в микроавтобус. Приземистый же создал трёх черных медведей, которые встали на задние лапы и зарычали. Парень же спокойно вытащил из салона микроавтобуса стол. И мне показалось, будто мебель была игрушечной. Парень же спокойно достал из салона второй стол и понес груз к дверям.

Я усмехнулся. Хитрая связка. Мастер школы магии воды уменьшает вещи, природные же использует "медвежью мощь", которая помогает стать бойцу сильнее в несколько раз, и спокойно перетаскивает эти вещи.

Поднялся на второй этаж, вошел в свою комнату, открыл ящик стола, где лежали сбережения, и отсчитал нужную сумму. Прикинул, что оставшихся денег с лихвой хватит на технику. Стоит составить список покупок, а следовательно расходов. Прикинуть сколько в месяц уйдет на всякие мелочи, которых потом докупать не придется. А также на расходники, что понадобится постоянно добирать. С сожалением подумал, что придется завести журнал для бухгалтерии. Я очень не любил всяческого рода расчеты, но похоже настало время заниматься этим неприятным делом.— Деньги в ящике, — тихо произнес шелестящий голос у меня над плечом. — Какая звенящая пошлость.— Любовь Федоровна, я сейчас немного занят, — выдохнул я, сетуя про себя, что призраку удалось застать меня врасплох.— А ведь я могла бы помочь… — сказала женщина беспечно и растаяла.

Когда я спустился, вся мебель уже была расставлена. Отлично. Считай, офис укомплектован. Грузчики же стояли у крыльца, курили и о чем-то переговаривались.

— Вот, — я передал водителю остаток суммы и подписанный экземпляр договора. — Тут немного больше. Бонус за скорость.

Водитель взял деньги, быстро пересчитал купюры и кивнул:

— Благодарствую, барин. Поехали, парни.

Грузчики выбросили недокуренные сигареты в урну, и направились к машине. И микроавтобус покатил от арки. Я же осмотрел помещение, которое разом преобразилось.

Фома уже успел переодеться в чистую домашнюю одежду и вышел из кладовой со свертком.

— Тут аппараты телефонные, — пояснил он. — Хоть и старенькие да пыльные, но вроде как целые. Я их проверю и подключу.

— На первое время сгодятся? — с сомнением протянул я.

— С ума сошли? — возмутилась Любовь Федоровна, появившаяся на ступенях холла. — Эти вещи — раритет. По ним еще с покойным батюшкой нашего императора говорила его фаворитка!

— Да неужто? — хмыкнул я и заметил, как призрачная дама потупила глаза. — ты поосторожнее с телефонами. Может статься, что они весьма ценные.

— Вашество, я же аккуратно все сделаю, — пообещал работник и поставил сверток на подоконник.

Бережно развернул пожелтевшую от времени газету. Под ней оказалось несколько слоев пергамента и уже под ним нашлись два аппарата с дисками и изогнутыми трубками, которые заканчивались изысканными чашечками.

— Старинные, не старые, — догадался Фома. — Небось стоят дорого.

— Я оплачу их стоимость хозяйке дома. На случай поломки.

— Только попробуй сломать, охальник, — сурово предупредила меня Любовь Федоровна, и тут же мягко добавила, — Не испортишь Вещи эти крепкие. На века деланные. Диски из слоновой кости, циферки камнями инкрустированы…

Глаза призрака затуманились, а потом она вздохнула и истаяла.

Осталось только купить два компьютера и принтер. И все. Я даже прикинул, успею ли доехать до магазина электроники. Но потом подумал, что на сегодня сделано уже достаточно.

В дверь постучали. Я нахмурился и направился к порогу. По пути махнул рукой Фоме, чтобы не отвлекался.

Снаружи стоял невысокий парнишка в яркой оранжевой кепке. На куртке красовался логотип курьерской службы.

— Добрый вечер, — звонко воскликнул паренек. — У меня доставка для господина Чехова Павла Филипповича.

— Я перед вами, — вынул корочку адвоката и развернул ее.

Довольно ощерившись, курьер кивнул и метнулся к арке. Вскоре приволок огромный сверток.

— У вас створка закрыта. Не получилось въехать, — пояснил он.

— Нам так удобно, — бросил я.

И подумал, что и впрямь неплохо, что въезд на территорию ограничен. А чуть позже можно будет оформить на воротах замок с видеоглазом и автоматическое открытие.

Меж тем на пороге появился второй сверток.

— Нужна ваша подпись, — парень протянул мне квитанцию. — И отметку, что упаковка не повреждена.

Я оставил автограф и галочку в нужной графе. А потом протянул парнишке пару монет.

— За беспокойство, — пояснил я и обратился уже к Фоме. — Помоги с посылочками.

Мой помощник молча ухватил свертки и внес их внутрь, словно они ничего не весили.

В первом оказалась моя свернутая одежда в вакуумных пакетах и обувь. В другом стопка новых полотенец, постельное белье и огромная скалка, от вида которой Фома аж присвистнул.

— Это от бабули, — улыбнулся я, оценив ее намек. — Мои вещи с общежития отвезли к ней. Вот она и решила переслать мне часть их. Заодно и нужного в хозяйстве текстиля отвесила.

— А скалка?

— Намек, что мне стоит посетить ее намедни. Я и правда должен был…

Я заметил контейнер, запотевший изнутри и бережно взял его в руки.

В нем оказались невероятно пышные подрумяненные сырники, от аромата которых в гостиной материализовалась даже Любовь Федоровна.

— А можно я с вами? — вырвалось у Фомы.

— Что?

— К бабушке вашей отправлюсь. И на кухне вас обожду.

В голосе помощника было столько предвкушения, что я невольно заулыбался.

— Мне надобно оттуда вывезти еще часть вещей. Так что помощь будет кстати. Свертки разберу чуть позже. Поставь чайник. Надо попробовать угощение от княгини.

— Неужто сама готовила?

— Не удивлюсь. В моей семье принято уметь делать все, что делают наши слуги. Или почти все, — я подумал, что в этом правиле есть толк. Ни от кого не зависеть и впрямь было хорошо.

Прихватив с собой запечатанный сургучом пакет из жесткой крафтовой бумаги с моим именем, я направился к себе. По дороге набрал номер бабушки.

— Наконец-то обо мне вспомнили, — послышался на другом конце провода приятный низкий голос. — Или это скалка подействовала?

— Совесть, — ответил я с улыбкой. — Прости. Я совсем замотался. Мне стоило сообщить о том, как я устроился сразу же.

— Может и прощу, — хитро пообещала княгиня. — Мне было несложно узнать, где ты решил жить.

— Не сомневаюсь.

— Хотя местечко ты выбрал странное. Надумал эпатировать наше сонное общество?

— Просто тут и впрямь удобно. И дом хороший и условия.

— Понятно. Познакомился с местными духами? — буднично уточнила бабушка. — Помощь не нужна?

— Все в порядке. Изгнание не требуется.

— Жаль. Мне было бы полезно развеять скуку и пару злобных призраков.

— Никого злобного. Есть только приятная женщина, которая следит за порядком.

Краем глаза я заметил, как воздух в углу сгустился и понял, что у нашей беседы есть свидетель.

— Точно приятная? — сухо переспросила бабушка.

— Прямо как ты, — успокоил я родственницу.

— Тогда я за тебя не беспокоюсь. Но все же настаиваю, чтобы ты заехал вскорости и навестил старушку.

— Ты не старушка, — засмеялся я.

— Скажи об этом моим суставам, — с наигранной печалью отозвалась Софья Яковлевна.

— А не ты ли купила беговую дорожку в прошлом месяце?

Бабушка фыркнула, но возражать не стала. Я и сам знал, что она вполне самостоятельная взрослая женщина, которая только иногда прикидывалась слабой и немощной.

— Я с радостью навещу тебя на днях.

— Только не тяни. Сил у меня не так много…

— Как и терпения, — продолжил я за хитрую родственницу.

— Все ты понимаешь, — заключила она и тут же спохватилась, — у меня столько дел. А ты меня отвлекаешь.

— Прости, — улыбнулся я.

— Между вещами я положила тебе небольшой подарок.

— Скалку?

— Ты ведь наверняка нашел конверт?

— Верно.

— В нем и найдешь свой гостинец.

— Ты меня балуешь.

— Есть такой грех. Ты ведь мой любимый внук. Хотя и не ценишь свою старушку…

Я понял, что Софья садится на свою любимую метлу, пытаясь заставить меня ощущать вину за давнее отсутствие. Того и гляди сразу за этим начнет упрекать в том, что я не спешу со сватовством и свадьбой. И не хочу радовать ее скорыми правнуками.

Попрощавшись, я положил трубку и разломил сургучную печать с оттиском семейного герба. Внутри конверта оказалась толстая записная книжка в кожаной обложке с моей фамилией и инициалами, коробочка с именной ручкой из стерлингового серебра и печать, о которой я даже и не подумал сам. В короткой записке Софьи я прочел: «Уверена, что печать ты так и не заказал, адвокат Павел Чехов».

Я поблагодарил судьбу за то, что наградила меня такой чуткой бабушкой и сложил все подарки на стол. Сам же направился на кухню. Где меня уже ждал Фома с чаем. Правда к моему приходу он успел наделать бутербродов с копченой телятиной, чем в очередной раз уверил меня в том, что я нанял правильного работника.

Мы трапезничали по-свойски, прямо с разделочной доски.

— Придется нам искать кухарку.

— А надобно? — уточнил Фома.

— Нехорошо сваливать на тебя всю работу. Тогда со своей не справишься.

— Да я… — попытался возразить парень.

— Было бы удобно, если бы в дом будет приходить человек, который сможет следить за хозяйством и готовить. Может не каждый день, а хотя бы пару раз в неделю.

— И где такого человека найти? — полюбопытствовал Фома.

— Есть агентство по найму персонала. Через него я нашел секретаршу.

— Хорошую? — простодушно уточнил парень.

— Думаю, что да.

— И прямо с первого раза какая надо?

— Не совсем, — согласился я с усмешкой.

— Пожалуй, надобно поспрашивать в торговых рядах, — продолжил помощник. — Там много всяких баб хозяйственных закупаются. Авось кто и ищет себе работу в барском доме.

— Ну не знаю, — засомневался я.

— А в агентствах этих ваших подсунут кого ни попадя. Потом и ложки пропадать начнут, — флегматично заметила Любовь Федоровна, заглянув через плечо моему помощнику. — Вот с этим Фомой повезло. Годный парень, хоть и не совсем… — женщина не договорила, ухмыльнулась мне и исчезла.

— Так что ж, не стоит искать? — напомнил о себе помощник.

— Знаешь, а давай-ка поищи там, авось кто приглянется. Ты неглупый и вряд ли приведешь домой зазнобу какую.

Фома покраснел и поперхнулся.

— Не, — он мотнул головой. — Надо в дом бабу хозяйственную. А не то начнет суп пересаливать или полы мыть в одном неглиже.

— Откуда такие познания? — хохотнул я.

— Фильм видел, — смутился Фома и потупился.

Я не стал расспрашивать его о ленте, где он лицезреть полуголых девиц, моющих полы. Но подумал, что парень и впрямь может найти годную домоуправительницу. Учитывая его боязнь красивых девиц, которые могут покуситься на свободу.

— Там шкаф какой-то странный у стены поставили, — напомнил мне помощник. — Его похоже изрубили чем-то. Наверно перепутали на складе.

— Нет. Этот буфет мне дали в подарок. Он вроде из хорошей древесины, и я подумал, вдруг ты захочешь его починить.

— Это я с удовольствием, — Фома заулыбался. — У меня руки работу любят.

— Если получиться, то поставь его к себе. А ежели не сгодиться вещь для твоей комнаты, то продай и деньги на книжку положи.

— Да как можно…

— Просто. Придешь в банк, дашь деньги кассиру и книжку.

— Не об этом речь.

— Об этом, — я едва заметно повысил голос. — Тебе надо научиться уважать себя и свой труд. И еще мы подпишем договор, о которой условились. У меня теперь и печать есть. Вот придет наша секретарша и оформит бумагу.

— Барин, — расплылся в улыбке парень и поднялся из-за стола, — благодарю вас сердечно и за науку и за заботу вашу.

День оказался достаточно долгим. Я ушел к себе. Фома принес тюки с вещами. Пришлось их разобрать, развесить одежду в шкафу, расставить обувь на длинной полке и перестелить постель свежим бельем. Солнце за окном скатилось к закату.

— У дома крутился какой-то негодник неприятной наружности, — сообщила мне Любовь Федоровна, когда я лежал в ванной.

Женщина беззастенчиво устроилась на углу раковины и поправила волосы, прикрыв место встречи ее головы с топором.

— Вас ничего не смущает? — устало спросил я.

— Так говорю же — неприятной наружности, — с нажимом повторила она и задумчиво посмотрела на пенную шапку, что громоздилась на поверхности воды прямо над моим телом. — Тут и раньше появлялись всякие. Но сегодня мне не особенно понравилось, что парнишка не попытался забраться в дом. Он проверил окно, распахнул раму и хотел оставить ее приоткрытой. Наверняка чтобы вернуться потом.

— И что вы сделали? — я решил не обращать внимание на то, что пена мерно таяла.

— Поначалу я хотела посмотреть, как далеко этот негодяй собирается зайти. Но когда он попытался надломить язычок замка, терпение мое закончилось.

— И?

— И я расквасила ему нос, захлопнув раму. Думаю, пятна крови остались не только на подоконнике, но и на траве. Нос у него оказался на редкость хрупким. Иногда я забываюсь, насколько живые ранимые.

— Спасибо, Любовь Федоровна, — поблагодарил я и небрежно взбил воду, возвращая пену.

Женщина совершенно не смутилась и лишь лукаво усмехнулась.

— Не за что, юноша. Но все же я считаю, будет не лишним навесить на ворота замок. И завести собаку. Хотя бы в виде звука.

— Это как?

— Предыдущий арендатор ставил такую сигнализацию. Она ловила движение и раздавался лай собаки.

— Я подумаю, — отозвался я и с вызовом посмотрел на призрака. — Если на этом все, то я попросил бы вас покинуть комнату.

— Вода остыла? — невинно уточнила женщина. — Тогда вам стоило бы поскорее выбраться из ванны.

— Хотел вас попросить…

— Не стоит ни о чем просить меня, Павел Филипович, — призрак замахала руками. — Я женщина порядочная и не собираюсь исполнять эти ваши просьбы.

— Но…

— Ведите себя прилично, юноша.

Женщина легко соскользнула с раковины и прошла сквозь запертую дверь. Я потер лицо, понимая, что в следующий раз надо быть настойчивее, и пояснить Любови Федоровне правила поведения в нашем общем с ней доме.