Глава 28

Мы возвращались с Элтарионом в Предгорье. Я обняла его за крепкую мужскую руку, положила голову ему на плечо и с удовольствием закрыла глаза. Дракон нежно меня обнимал за талию, носом уткнувшись в мою макушку. Казалось, нам не нужно лишних слов. Они сейчас могли нарушить всю идиллию. И без этого обоим было хорошо и всё понятно.

Не верится, что мои приключения наконец-то закончились. Тогда, на приёме у короля, я поняла, что исход нашей встречи может быть любой. Но молчать я не намерена. Не на ту напал! Когда я услышала, что он собирается затащить Стению в постель, чтобы проверить их истинность, а в случае неудачи ещё и меня казнить вознамерился, я не сдержалась.

– Слышала от Ваших подданных отзывы, что Вы очень мудрый и дальновидный правитель, король Раймонд, но сейчас я вынуждена в этом усомниться.

Уверена, что раньше, себе никто не позволял разговаривать с монархом в подобном тоне, так как его брови поползли вверх. Тем не менее, он быстро взял себя в руки и довольно спокойным голосом, с нотками удивления спросил:

– Почему?

– Во-первых, потому что даже если я Вам сказала не правду, то казнив девушку из пророчества, Вы не только можете спровоцировать войну, как эльфы недавно, но и потерять свой авторитет. Многие верят в то, что я спасу Мезляр от проклятия. Во-вторых, принуждать свою будущую супругу к интимным отношениям, ради проверки правдивости моих слов, тоже не разумно. Ведь, допустим, Вы узнаете, что я сказала правду, только доверие между Вами и своей истинной парой разве можно будет так легко восстановить? Или Вы своей истинной паре, которую другие ждут десятки лет, и матери своих будущих детей уготовите участь бесправной рабы?

Раймонд хотел что-то возразить, но я ему не позволила это сделать, продолжив свою речь и немного увеличив громкость. Остапа, как говориться, понесло:

– И, наконец, в-третьих, давайте порассуждаем, как вся сложившаяся ситуация будет выглядеть глазами Ваших же подданных. Думаю, Ваш народ, конечно, обрадуется тому, что их король нашел свою пару, если завтра у вас появятся брачные татуировки на руках. Однако, представьте себе, какой слух пойдёт среди горожан, и не только в Менраре, если Вы женитесь на обычной девушке, а в храме при обряде у вас с избранницей появятся метки истинности. А уж если всё это дополнить легендой о вашей неземной любви…

Я многозначительно замолчала. Раймонд прищурился, глядя на меня, а затем, на его лице расплылась улыбка.

– А ты не так проста, как кажешься, человечка из пророчества.

– Она просто дурит нам мозги! – Громко произнёс Антонио. – Если она один единственный раз угадала на счёт истинности кого-то, это может быть и обычным совпадением. Пусть докажет. Если у неё есть такие способности, значит, ей не составит труда на одном из наших раменов это продемонстрировать!

Раймонд глянул на меня и спросил:

– Екатерина, а и правда, Вы ведь сможете определить ещё какую-нибудь пару, чтобы основательно развеять наши сомнения.

Я хмыкнула в ответ.

– Не горю желанием кому-либо доказывать и рассеивать ваши сомнения! Это ваше право – верить мне или нет. И это не делается по мгновению волшебной палочки. Для этого минимум нужны двое, которые могут быть предполагаемой парой, а могут ей и не быть. Конечно, если что узнаю о ком-либо из раменов, то обязательно об этом скажу…

– Вот видишь! – Радостно произнёс Антонио.

Но в этот раз король меня удивил. Он обратился к Стении и спросил:

– Стения, а ты что об этом всем думаешь?

Стения посмотрела на него своими выразительными глазами, расправила плечи и сказала:

– У меня нет оснований не доверять Кате. Я была тогда в Предгорье, когда ей удалось определить истинную пару для мрагомистра. Более того, на их свадьбе к нам подошла сама Верховная ведунья и порекомендовала мне быть рядом с Екатериной, если я хочу получить ответ на свой вопрос. В тот момент меня волновал лишь один единственный вопрос: кто моя истинная пара. Именно на него я мечтала получить ответ. Что же касается моего замужества: я не хотела тогда, семь лет назад, и сейчас не хочу, выходить замуж за обычного подходящего по дару рамена. И мне совершенно неважно, является он обычным работягой, племянником короля или даже самим королём, извините, Ваше величество. Для меня всегда гораздо важнее было найти своего суженного, предназначенного судьбой. И Катю я сама просила определить: Антонио моя истинная пара или нет. Очень боялась об этом узнать в храме и потерять лицо. Я не горю желанием стать королевой ради титула и власти. Лично мне это не нужно. Но если, как утверждает подруга, Вы моя истинная пара, то я почту за честь и буду счастлива стать Вашей супругой. Кате и её дару я верю, как себе. Она мне жизнь спасла.

Закончила свою речь Стения, сверля взглядом короля. Да уж, не каждая такое решиться озвучить своему королю. У меня очень смелая подруга.

– Я, именем короля, то есть своим именем, разрываю Ваши договорённости с моим племянником о помолвке!

– Но… – Пытался сказать Антонио. Однако он наткнулся на бескомпромиссный взгляд своего дяди и замолчал. А затем и вовсе поклонился королю.

– Стения, спасибо за откровенность. Вы очень смелая. Именно такая мне жена и нужна. Та, которая не лебезит и пытается угодить, а способна сказать всю правду в глаза. Вашему мнению я доверяю. Что же касается Вас, Екатерина – предлагаю погостить в Менраре до нашей свадьбы.

– Извините, но я вынуждена отказаться. Мне непременно нужно к драконам. У меня есть там незаконченное дело…

– Могу я полюбопытствовать какое?

Я отрицательно помотала головой и добавила:

– Но, если Вы меня пригласите, то я непременно приеду на Вашу свадьбу. Через неделю?

Раймонд улыбнулся и произнёс:

– Мы со Стенией пока не определились на счёт даты, но думаю, сильно торопиться с ней смысла нет. Нам нужно вначале ближе познакомиться друг с другом. Да, и к такому значимому для страны событию, подготовиться нужно тщательно. Так ведь?

Стения одобрительно махнула головой, улыбнувшись. А король продолжил более суровым голосом:

– Думаю, что не стоит всем вам напоминать, что всё, что вы здесь услышали – это государственная тайна. И любая утечка сведений равна государственной измене …

Когда мы с подругой дошли до моей комнаты и вошли внутрь, Стения обняла меня за шею и поцеловала в щеку, а затем, оторвавшись, настороженно спросила:

– Катя, это действительно правда, что я и король Раймонд…

– Да. Я так увидела. И вообще с такими вещами не шутят.

– Ты даже не представляешь, насколько я тебе благодарна за это. Я и подумать о нем, как о потенциальной паре не могла… И вряд ли бы об этом узнала, будучи замужем за его племянником.

Наш разговор перебил стук в дверь, и запыхавшийся слуга доложил, что меня вновь вызывает король.

– Опять? Я только от него, Вы ничего не перепутали?

– Нет. И это срочно.

Пошла вслед за слугой в тронный зал. А когда туда вошла, меня ждал приятный сюрприз.

Напротив трона короля стоял одетый в дорожный плащ с капюшоном Элтарион. Чуть за ним, стоял его брат и ещё делегация из шести драконов. Эл повернул голову в мою сторону и, когда увидел меня, он облегчённо выдохнул:

– Катя.

Я не сдержалась. Настолько сильно была рада его видеть, что в данный момент мне было совершенно по боку на всё. Не остановило, что мы в тронном зале, перед нами настоящий король и необходимо соблюдать этикет и определённые церемонии. Не устояла на месте, побежала и бросилась в объятия своего дракона. Важно было одно: он за мной приехал.

Элтарион крепко обнял меня в ответ, тихо прошептав на ухо:

– С тобой всё в порядке?

Я утвердительно махнула головой. Оторвавшись от его груди, чуть ослабив объятия, посмотрела на Эла. Яркие голубые глаза сверкнули в ответ. В них я увидела долю беспокойства и безмерную нежность по отношению ко мне. Только сейчас заметила у него синяки под глазами, как будто он много работал и долго не спал. А может так и было? Это он из-за меня так переживал?

Раймонд тактично покашлял и проговорил:

– Жаль прерывать сложившуюся идиллию и все же, Вы не ответили на мой вопрос: моё послание о том, что гостья у нас, до вас ещё не дошло. Откуда Вы узнали о её пребывании здесь?

– У меня к Вам встречный вопрос, король Раймонд, – произнес мой дракон стальным голосом, поставив меня слева от себя, но всё также не выпуская из объятий. – Почему Вы нам не сообщили о том, что моя невеста находится у Вас?

Невеста? Это он меня так назвал? Сердце бешено забилось в груди. Не фаворитка, не девушка из пророчества, а именно невеста…

– Невеста? – Удивлённо переспросил король раменов. – Меня никто не известил о подобном статусе этой девушки. Да и об объявлении Вами помолвки я не слышал…

– Мы об этом пока не афишировали. – Ответил Элтарион.

И вот мы с ним возвращаемся назад в страну драконов. Наши с принцем ссоры, недоразумения, мои обиды на него представляются сейчас такими не существенными, ничтожными. Есть он и я. На данный момент никого больше не нужно. Его запах обволакивал, и рядом с этим мужчиной было очень легко и спокойно.

Уже когда подлетали к Предгорью, Элтарион шепнул мне на ухо:

– Я тебя больше никуда не отпущу. – И от его шёпота у меня вдоль позвоночника пробежали толпы мурашек.

Я улыбнулась в ответ, никак не комментируя его слова, а он продолжил шептать, выводя узоры на моей руке:

– Только когда потерял тебя, понял, насколько ты мне дорога.

Млела и таяла от этих слов. Но сейчас поднимать эту тему, и выяснять отношения не хотелось.

"Я обязательно спрошу, что ты имел ввиду, называя меня своей невестой" – подумала я, но сейчас совершенно не хотелось что-либо обсуждать и уточнять. Было настолько хорошо и беззаботно, что я наслаждалась каждым моментом, как губка впитывая в себя заботу, теплоту и нежность, которые исходили от моего дракона.

Мы приземлились и вышли из кабинки мандрасар. Элтарион спросил:

– Чем займёмся сейчас? Ты, наверное, голодная?

– Голодная, – игриво, с нотками флирта, многозначительно проговорила я и увидела, как темнеют зрачки глаз у принца. – Но прежде, чем пойти обедать, мне бы очень хотелось серьёзно поговорить с твоим отцом.

Элтарион удивился. Но перечить мне не стал:

– Хорошо. Тогда пойдём к отцу, он должен быть у себя в кабинете.

Принц взял меня за руку, и мы, как парочка влюблённых, неспешно пошли в сторону дворца.

– А может стоит его предупредить о нашем приходе? – Уточнила я, так как не хотелось к повелителю драконов врываться и заставать его в врасплох.

Эл улыбнулся мне очаровательной улыбкой и повел по лестнице на второй этаж в сторону кабинета повелителя.

– Нет уж, – промурлыкал он интригующим голосом. – Давай сразу решай все свои задачи, а потом ты будешь только моя. Я так соскучился, что боюсь, позже у меня не хватит выдержки надолго тебя от себя отпустить.

Постучавшись, Элтарион вошёл и потянул меня за собой.

– Папа, мы прибыли. Без происшествий. О подробностях моего визита к раменам я позже тебе отчитаюсь. А сейчас не мог бы ты немного времени уделить Екатерине, у неё есть к тебе серьёзный разговор. Выслушаешь?

Я обратила внимание на родственное обращение "папа" к повелителю.

– Конечно. Рад Вашему возвращению, Екатерина. Ну и наделали Вы шума своим побегом. Надеюсь, эльфы Вас не обидели?

– Всё хорошо, спасибо. Но поговорить я хотела совсем о другом.

Мою речь прервали, так как дверь в кабинет отца принца распахнулась, и на пороге появилась Марлиона. Она стремительно подбежала ко мне и заключила в свои объятия.

– Я рада, что ты жива и невредима. И с тобой всё хорошо! Очень переживала за тебя, все эти дни я ходила в храм и молилась, чтобы с вами, мои девочки, было всё в порядке. Кстати, где Стения, почему она не вернулась?

Меня до слез растрогала такая забота.

– Дорогая, не отвлекай. У девушки ко мне серьёзный разговор. Присаживайтесь, – сказал повелитель драконов.

– А мне можно поприсутствовать, я не помешаю? – Уточнила его супруга.

– Не помешаете. – Ответила я, присаживаясь на стул напротив повелителя.

– Собственно речь пойдёт о людях и отношении к ним в вашей стране.

Отец Элтариона нахмурился и при этом сделал совершенно не понимающий вид.

– И что с людьми не так?

– Не с людьми, – терпеливо поправила я его. – А с отношением к ним других рас. Вот, скажите, вам, драконам, понравилось, если бы к вам все другие расы, живущие в вашей стране, относились презрительно, в любой ситуации при равных условиях всё решалось бы не в вашу пользу, потому что вы не одарённая раса? А ваших женщин маги и вовсе без согласия делали наложницами?

Тишина. Молчание. Вероятнее всего повелитель тщательно продумывает ответ. Его опередила жена:

– Про снисходительное отношение к людям я знаю, такое есть. И, к сожалению, оно практически в менталитете других рас, так как складывалось десятилетиями. Людей привыкли воспринимать как ущербных. Согласна, что это не совсем правильно. А вот про женщин-наложниц я впервые слышу. Это правда?

Вопрос был обращен к её супругу. И повелитель драконов, вместо ответа Марлионе, громко крикнул слугу:

– Лоренс, – и позвонил в колокольчик.

Через мгновенье дверь открыл слуга, поклонившись, и повелитель драконов скомандовал:

– Позови сюда Тартариона и мрагомистра. – Слуга ещё раз поклонился и удалился.

– Чего именно ты хочешь? – задумчиво спросил он меня.

– Справедливого отношения к людям в Вашей стране. Марлиона сейчас сказала, что такое отношение к людям «не совсем правильно». Я же считаю, что это вопиюще не правильно! Знаете, как у меня в мире относятся к тем, кто чем-либо отличается от остальных: взглядами, национальностью, или чём-то другим? Их называют меньшинства и дают им права. Их защищают. Сторонники меньшинств выходят на митинги в их поддержку и защиту. А что у Вас? У вас в стране гнобят и делают невозможным существование людей, и на всё это вы закрываете глаза!

О, как меня понесло! В процессе моей речи в кабинет по очереди вошли мрагомистр и затем Тартарион. Не обращая внимания на их появление, я продолжила, благо меня никто не перебивал и не останавливал:

– Наверное Боги, создавая этот мир, и людей в том числе, для чего-то их создали. И никто кроме Богов не вправе определять преимущество одних рас над другими. Более того, если у вас, драконов и магов, больше способностей и силы, разве сложно помочь тем, кто живет с вами под одним боком? Сложно создать для них приемлемые условия? Вы – повелитель целой страны, Вам ничего не стоит издать подобный указ и проконтролировать его исполнение.

После того как я закончила, повелитель драконов повернулся в сторону стоящего в сторонке мрагомистра и спросил у него:

– Екатерина до твоего прихода утверждала, что маги делают человеческих женщин своими наложницами без их доброй воли. Это так?

– Как сказать, – произнес мрагомистр. – Да. Среди магов существует такая практика, как иметь несколько наложниц. Сами понимаете, что истинную пару даже до проклятия нам было очень сложно найти, мы, маги, их и тогда не чувствовали. Но у нашей расы потомство, к счастью, может быть не только от истинной пары. Правда, к сожалению, такие дети не всегда рождаются одарёнными. Поэтому, для того чтобы хотя бы один из 10 детей у мага получился один одарённым, они пытаются иметь детей от разных женщин, как вы их назвали – наложниц. Но зря вы думаете, что наложниц насильно заставляют. Если такое и есть, то это единичные случаи. Чаще всего человеческие женщины сами рады быть наложницами. Приобретая такой статус, они полностью попадают на содержание магу. Их балуют шелками и дорогими украшениями, водят на светские мероприятия, и многим такая жизнь по душе. Не всё люди хотят брать на себя бремя тяжкого труда. А с учётом того, что люди не имеют дара, то в большинстве случаев, чтобы себя прокормить, им нужно много пахать. Поэтому отдельные женщины даже дерутся между собой за статус содержанки.

Я не стала молча стоять в стороне на подобную реплику мага:

– Я знаю другое: ситуацию, когда маг в качестве наложницы принудительно выбрал 15 летнюю девочку. И за то, что семья ему отказала, их преследовала группа магов до самой границы с Менраром! Также знаю, что в государстве раменов есть целое поселение, куда мечтают попасть люди, бежавшие из Предгорья. Учитывая то, что рамены тщательно проверяют таких людей на благонадежность и отсутствие претензий со стороны властей вашего государства, из страны драконов бегут достойные граждане.

Повелитель драконов сидел, задумчиво глядя перед собой. Мрагомистр тоже молчал, поджав губы, вроде, как и за магов ему хочется заступиться и возразить нечего.

Неожиданно для меня заговорил Элтарион:

– Да, отец, Екатерина права. Мне на стол неоднократно попадали отчёты, что количество эмигрантов среди людей значительно выросло.

Повелитель драконов глянул на сына:

– И что, прям всё так серьёзно?

Элтарион пожал плечами, а вместо него ответил его брат Тартарион:

– Я тоже периодически обращаю внимание, что среди преступников, отбывающих наказание, много людей. Вначале полагал, что это натура у них такая, в истории всякие влипать и раса людей самая неблагонадежная. Однако стал замечать, что наши дознаватели очень часто при расследовании дело извращают так, что именно человек крайним остается, даже если улики против него сомнительные.

– Проблему я понял. – Заговорил отец, выслушав сыновей. – Спасибо, Екатерина, что обратила на это внимание. Думаю, пора выпустить закон в поддержку людей, а вам, сыновья с инспекцией на местах проверять его исполнение.

– И это всё? – Делано удивилась Марлиона к моему не малому изумлению. – А девушек и девочек пусть маги продолжают насиловать и наложницами делать?!

– Что ты предлагаешь?

– Запретить это! Разогнать бордели и наложниц в домах магов! А тех девушек, кто пострадал и сейчас находится в унизительной роли, я возьму под своё крыло. Создам школу благородных девиц, где их научат грамоте, манерам и ремеслу: шить, кроить, делать изделия из глины…

– И тогда маги начнут бежать из страны. – Громко проговорил мрагомистр, обратив на себя внимание.

– От того, что им не дают заниматься развратом? – Съязвила Марлиона.

Не ожидала от неё таких идей и поддержки!

– От того, что им не дают рожать одарённых детей! – Сердито пробубнил маг.

– Это когда из 10 детей, один может быть с даром? – Послала в ответ его же слова. Мрагомистр молчал. А я продолжила его спрашивать:

– Скажите, мрагомистр, а если рождается ребёнок у мага от истинной пары, там тоже расклад 10 к одному?

– Конечно, нет! От истинных всегда одарённые рождаются. И довольно часто с более сильным даром, чем у родителей или даже с несколькими разными способностями.

– И от ведуний и магинь одарённые дети рождаются у таких как Вы?

Мрагомистр явно занервничал, понимаю куда я клоню, но всё же ответил:

– В большинстве случаев да. Может не такой сильный дар быть, но дети, однозначно, рождаются одаренными.

– При этом вместо того, чтобы ухаживать за одной женщиной-магом или ведуньей и с ней создавать полноценную семью, маги предпочитают множество человеческих женщин, где вероятность 10 к одному? Может тогда и не стоит в Предгорье поощрять любвеобильность таких магов? Ведь эффективность произведения одарённых детей у них всё равно низкая.

Мрагомистр молчал. А повелитель драконов подвёл нашему разговору черту:

– На том и решим. Марлиона, мне понравилась твоя инициативность, –сказал он, тепло улыбаясь супруге. – Значит, я перед советом драконов на ближайшем собрании поставлю эти вопросы на рассмотрение. С этим беспорядком, действительно, пора кончать. Иначе, скоро и власть можно потерять, если все подданные начнут устанавливать свои правила жизни в нашей стране. А тебе дорогая, я даже приличное количество золотых выделю для реализации твоей блестящей затеи обучения женщин – бывших наложниц.

– Спасибо, дорогой, – пролепетала нежнейшим голосом повелительница.

– А теперь я всех приглашаю к обеденному столу.

Обед прошёл довольно мило и дружелюбно. Мне даже никто ни разу не задал ни одного неудобного вопроса. Напротив, я видела, как Марлиона и её сыновья рады меня видеть. Они постоянно спрашивали моё мнение по тому или иному вопросу и шутили, поднимая настроение.

После обеда, когда мы вышли из-за стола, Элтарион спросил:

– Какие у тебя дальнейшие планы?

– Я хотела бы для начала переодеться, а потом видно будет.

– Хорошо. Мне тоже нужно закончить одно дело. Только пообещай, что вечер уделишь мне, и ужинать мы будем вместе…

– Хорошо.

Он уже собрался уходить, но я его оставила:

– Элтарион.

– Да?

– Скажи, а если мне нужно отправить послание одному… Знакомому, как это можно сделать?

– Магической почтой быстрее всего. Если хочешь, я освобожусь, и мы с тобой сходим к мрагомистру для этого…

– Спасибо, – произнесла я.

Мне очень хотелось сообщить дедушке, что я здесь и со мной всё в порядке, чтобы он не волновался, а завтра я бы хотела его навестить. Но стоит ли дожидаться Элтариона для отправления письма? Я видела, как мой вопрос ему не понравился и застал врасплох. Может самой сходить к мрагомистру? С другой стороны, кто сказал, что мрагомистр обязательно сохранит мою тайну? Ага, особенно после того, как я инициировала проверку и разбирательство в отношении его магов!

Пока рассуждала дошла до своей старой комнаты. Надеюсь, она за мной ещё сохранилась?

Да. В комнате всё оставалось на прежних местах, как будто я и не уходила. Полезла в гардероб и сразу вспомнила о Стении. Интересно, как она там сейчас? Смотрю и не могу налюбоваться какими изысканными и потрясающими нарядами, благодаря её умению, пополнился мой гардероб.

Кто-то громко и очень нетерпеливо постучал в мою дверь. Кто же такой нетерпеливый? Не успела должным образом на это отреагировать, как дверь распахнулась, и в комнату буквально влетела Степанида. Не передать, насколько я рада её видеть!

Ведунья сграбастала меня в свои объятия, и, обнимая её, я поняла, что Степанида представляется мне очень близкой, практически родной. У меня сами по себе на глаза навернулись слезы. А моя наставница начала приговаривать:

– Как ты могла? Почему сбежала, ни слова мне не сказав? Это, вообще-то именно я несу за тебя ответственность!

– Решение уйти было принято сразу после твоей свадьбы, тебе тогда точно было не до меня.

– Мне всегда до тебя! Ты знаешь, сколько всего я после твоего исчезновения передумала, как переживала и места себе не находила?!… Разве так можно, а?!

Мне нравилась Степанида, её доброта и непосредственность. И мы говорили и говорили, много, обо всём. Я рассказа ей все подробности с того момента, как вышла из дворца и до своего возвращения…

Не сдержалась и рассказала ведунье свою тайну о том, кто была моя бабушка и мой дедушка. Она была в шоке, хотя призналась, что глубоко в подсознании неосознанно меня сравнивала с бабушкой. Со слов Степаниды есть что-то у нас похожее с бабушкой, и дар у меня такой же сильный. Поведала я и про Белаву. О том, какое участие эта женщина приняла в судьбе моей бабушки. Постаралась передать дословно всё, что говорил про Белаву третий сын эльфийского короля. Услышав информацию, Степанида нервно заходила по комнате:

– Вот Белава, подлюка! Пригрели змею у себя на груди! И столько лет так умело притворяется… А мы всё не могли найти, кто у нас сливает важную информацию. У Верховной были на эту змеюку подозрения, но она умело их все отбивала и алиби себе придумывала, не подкопаешься. Только сейчас понимаю, что Белава защиту какую-то себе поставила, что не раз сканировали её проделки и даже наши лучшие провидицы не могли определить, кто же их совершает. Сейчас, после твоего рассказа, у меня всё встало на свои места! Срочно нужно довести это до сведения Верховной. Должен собраться ковен и решить судьбу Белавы…

– Что с ней будет?

– Посмотрим. Самое мягкое – это изгнание. А так, у неё всего лишь дар 3 степени, можем и часть её способностей заблокировать. Убивать не будем, не настолько мы кровожадные, не переживай. А может, вообще, на общественный суд сдадим, ведь она помогала эльфам, и препятствовала поискам Розалинды, а это вообще измена государству и предательство тех рас, которые все эти годы искали возможность избавиться от проклятия!

– Степанида, мне дедушке нужно сообщение передать, что со мной всё в порядке, и завтра я его навещу…

Она задумчиво на меня глянула, а затем расплылась в улыбке:

– Дартариону? Так не привычно, что его дедушкой называют… Зато теперь понятно, от чего он тут шороху всем навел, после твоего исчезновения. Он хороший дракон, не зря его сторонники воодушевились и требуют возвращения прежнего повелителя на престол. Ты напиши записку, или мне давай продиктуй, отправлю в лучшем виде и точно адресату. Получит через пару минут. У меня свои возможности, даже мужа для этих целей привлекать не буду. Вот, оказывается, почему у тебя дар сильный. Ты внучка особенных родителей…

Заинтересовалась моя наставница также информацией о моих способностях. В деталях выспрашивала и уточняла о призыве крыс, там, в темнице эльфов, а также о моей встрече с магами и то, как деревья, земля и лес откликнулись на мой призыв.

– Катя, смею предположить, что твой дар второй, или даже вполне возможно, первой степени, как у Верховной! Она точнее скажет. И это ведь он у тебя только стал появляться. С твоими способностями, я уверена, что ты точно можешь проклятие снять. Не зря пророчество именно о тебе было.

– Как? Я хочу его снять, и мне кажется, готова… Но я не знаю, как это сделать.

– Хм, если бы мы знали как. Но, я уверена, что тебе эта информация обязательно откроется. Всему свое время… Хотя можем попробовать ускорить этот процесс и потренироваться на чём-то малом, чтобы потом и столь сильное проклятие ты поняла, как снять.... Вот, например, Литонья, помощница Верховной, помнишь её?

Я вспомнила открытую и лучезарную девушку, которая нас встречала у Верховной, и выполняла там всякую работу.

– Так вот, мы думали, что её дар слабый, максимум 9 уровня, так как он долго не раскрывался, а оказывается, у неё была психологическая травма. На её глазах убили её родных. Она ребёнком совсем была. Так вот, она практиковалась в мелочах, а сейчас ее дар всё сильнее и сильнее проявляется. Наверное, отогрелась у Верховной и психологически защищённой себя почувствовала…

Пока ведунья говорила, мне вдруг в голову пришло осознание: Литонья! Вот кого я увидела в видении, когда проверяла является Стения парой Даниэля или нет. В тот момент, я его увидела рядом с совершенно другой девушкой, лица её не разглядела, а силуэт мне казался смутно знакомым… Очуметь! Теперь я поняла – это была Литонья! Она, оказывается, является истинной парой рыжего рамена – главы тайной канцелярии Менрара! Вот это да.

– Степанида.

– А? что?

– Я знаю, чья она истинная пара.

– Ты про кого? Литонья?

– Да.

– Чья?

– Одного рамена. Очень одаренного, между прочим, у него двойной особый дар – чувствовать и опознавать любые магические воздействия и определять правду ли говорит собеседник. Он глава тайной канцелярии их королевства.

– О как интересно! А ты точно уверена в этом?

– Мне кажется, что да.