Глава 16

Лера сидела на остановке болтая ногами, когда Макс, включив аварийку, открыл ей пассажирскую дверь.

— Прости, Гайка, работа не отпускала, — вместо приветствия сказал он.

Лера спешно пристегнулась. Захлопнула дверь. Макс обратил внимание, как по-свойски она ведёт себя в его машине. И что выглядит она сногсшибательно.

У Леры впервые была возможность подготовиться к встрече, и она ею воспользовалась. Ничего вызывающего, вычурного, чересчур нарядного в её образе не было. Но одежда подчёркивала фигуру, глаза были по-кошачьи подкрашены, а волосы аккуратно уложены завиток к завитку.

"Хороша, блин", — подумал Макс оценивающе оглядывая спутницу, — "не могла в мешке каком-нибудь прийти."

— Я парканусь куда-нибудь? Извини, что опоздал, давно ждёшь?

— Недавно подошла. Там "кармашек" есть, чуть подальше.

Остановив машину, Макс посмотрел на девушку. Последнее, что ему сейчас хотелось, — это разбираться в математических уравнениях.

— Как ты? — спросил он участливо.

Ему хотелось поговорить.

— Как обычно, — пожала плечами Лера, — учеба-дом, дом-учеба. Стараюсь гулять побольше, не в лесу, правда.

Они оба улыбнулись.

— Стало легче?

— Да, — кивнула девушка, глядя ему в глаза, — намного. Мне кажется, я почти смирилась. Или просто времени нет об этом думать, я устала очень, если честно, — она посмотрела на его синяки под глазами. — Проблемы первого мира[31], не обращай внимания.

— Да брось ты. Каждому своё. Не обесценивай. Но я тоже задолбался, если честно. Время такое, жаркое.

— Извини, — потупив глаза, сказала Лера, — не хотела тебя дёргать, но тут совсем труба, а репетитор моя в отпуск уехала.

Это была ложь. От первого до последнего слова. Лера всю неделю думала, как организовать эту встречу, и сложная задача была лишь удачно подвернувшимся поводом.

— Забей. Что там у тебя? Давай посмотрим.

Макс взял задачник и какое-то время вчитывался в условие, затем положил книгу на колени.

— Дай что-нибудь, где писать, — обратился он к Лере, крутя запястьем в просящем жесте.

Девушка поспешно достала из сумки тетрадь и ручку. Макс расположил тетрадь на руле и стал делать заметки, беззвучно бормоча губами, то и дело, заглядывая в задачник. Воспользовавшись тем, что парень всецело был поглощён решением, Лера, не отрывая глаз смотрела на него. Ей хотелось, чтобы это длилось вечно. Максим хмурился, иногда закусывал губы и изредка произносил короткие фразы: "а если так?", "а, вон оно что", периодически откидывал назад лезшие в глаза волосы. Лера чувствовала, как начинает сбиваться дыхание, как потеют ладони. Неимоверной силы было желание положить руку ему на бедро. И в момент, когда она, наконец, решилась, Макс вдруг выпрямился, повернулся к ней и сказал:

— Всё, Гайка! Кажется, решил.

— Здорово, — нервно улыбнулась Лера, — объяснишь?

— Конечно, иди сюда, — Макс сдвинул корпус к ней, держа тетрадку на весу, поманил её рукой.

Лера подвинулась, заглянула в тетрадь. Она была уверена, что ничего не поймёт. Его голова была очень близко, голос, запах… В какой-то момент Лерину щёку задели отросшие светлые волосы. Это было невыносимо. Девушка резко отстранилась, максимально отодвинувшись от Макса.

— Что такое? — удивлённо спросил парень, прерывая объяснение.

— Ничего, — соврала Лера.

— На тебе лица нет, тебе плохо? Может, воды? — Макс бросил тетрадку и потянулся к задним сиденьям за бутылкой.

— Держи, — протянул он ей воду. — Надо на воздух выйти, в тенёк.

Макс быстро вышел из машины и открыл Лере дверь. Эта забота не радовала её. Его хорошее отношение, без каких-либо подвижек к сближению, начинало бесить.

— Да всё нормально, — отмахнулась Лера, вылезая наружу. — Что там по задаче?

— Что-то случилось? — спросил Макс, игнорируя последний вопрос.

Лера тяжело вздохнула и грустно улыбнулась.

— Случилось.

— Не расскажешь? — спросил Макс, складывая руки на груди.

Лера посмотрела на него снизу вверх. Ей хотелось стукнуть спокойную невозмутимую фигуру под дых.

"Боже, какая же я дура", — подумала Лера и отрицательно покачала головой. Макс дунул вверх на надоедливые волосы.

— Не мешало бы подстричься, — с улыбкой сказала Лера.

Привстав на цыпочки, она фамильярно запустила ладонь в густую чёлку, открывая миру большой серый глаз.

Губы Макса дёрнулись, на секунду проявляя бороздку под скулой на заросшей щетиной щеке, но сам парень не шелохнулся.

— Не мешало бы, — согласился он, не отрывая пристального взгляда от собеседницы.

Лера отошла. Продолжать игру в добрососедское общение ей не нравилось, но страх услышать отказ был сильнее.

— Могу я чем-то тебе помочь? — спросил Макс.

— Может быть, а может и нет, — с узнаваемой интонацией сказала девушка, отворачиваясь.

— А может, пошёл я[32]? — рассмеялся он.

Лера расплылась в широкой улыбке. Её каждый раз поражало это попадание. Никто бы не ответил правильно. Он ответил.

— Много раз смотрел? — спросила Лера, оборачиваясь.

— Три, так точно, может и больше. Очень близко мне по духу, знаешь ли.

— Ну ещё бы, — сказала Лера. — Так что с задачей?

— Прогуляться не хочешь? — вопросом на вопрос ответил Макс. По правде говоря, ему не было дела до этой задачи. — Поехали, посидим на воздухе, постараюсь общий принцип тебе объяснить.

Лера пожала плечами, Максим открыл ей дверь.

— Куда поедем? — спросила Лера, пристёгиваясь.

— Да хоть в Пушкина[33], — ответил Макс, отъезжая. — Не против?

— Мне всё равно, если честно.

Макс цыкнул, бросив на Леру быстрый взгляд. Такая резкая перемена настроения была ему не понятна, но он счёл её дозволительной. Девочки, есть девочки: эмоции, гормоны, все дела.

— Хочешь, домой тебя отвезу?

— Нет, — Лера, беря себя в руки, повернула к нему лицо. — Извини, всё нормально, правда. Поехали в Пушкина.

Она понимала, что выглядит глупо.

— Просто это личное. Не хочу это обсуждать.

— Проехали, — ответил Макс, глядя на дорогу, — не за что извиняться.

В машине повисла неловкая тишина.

— Любишь Скорсезе? — наконец спросила Лера.

— Удивлён, что ты любишь.

— Ну не всё, — ответила Лера, отхлёбывая из бутылки, — "волк"[34], например, фу.

Макс двусмысленно улыбнулся.

— Не говори, что тебе понравилось!

— Хорошо, не скажу, — продолжил улыбаться Макс, — и что же там конкретно фу, Лер?

— Серьёзно? — спросила, горячась, Лера. — Да там с первой сцены… Хотелось отмыться. Аморальщина полная.

Макс бегло посмотрел на неё, взгляд был игривый.

— Да ну? Это хорошая история. Да, про плохие вещи, но хорошая. Дурь, обман, секс, проблемы с законом… В жизни такое бывает, представь себе. Да и насчёт морали, поспорил бы. Ну и Робби[35], конечно там…

Лера, почувствовала, как краснеет. Выражение лица её спутника было таким, как будто обнажённая актриса прямо сейчас стояла перед ним, готовая ко всему. Лера чётко ощутила, что, несмотря на схожие интересы, они стоят на совершенно разных уровнях. То, о чём ей было даже стыдно подумать, этот парень, скорее всего, спокойно вытворял в жизни. Макс повернул к Лере голову. В его взгляде не было ни тени стеснения. Лера опустила глаза. Увидев её смущение, Макс самодовольно улыбнулся и вернул внимание к дороге.

— Ладно, о вкусах не спорят, — сказал он, притормаживая на светофоре. — Давай дальше, "Остров проклятых"?

— Да.

— "Банды Нью-Йорка"?

Лера скорчила гримасу раздумья.

— Скорее, нет.

— "Авиатор"?

— Нет.

— "Таксист"[36]?

— Не смотрела.

Макс припарковался и протянул руку к бутылке, лежавшей у Леры на коленях. Девушка отдала ему воду. Наблюдая, как он жадно пьёт, она снова подумала, почему они так по-разному восприняли "волка". Для Леры пить с человеком из одной бутылки было максимально интимно. Она позволяла себе такое разве что с мамой и парой парней, с которыми крутила раньше романчики. Для Макса это было совершенно обычно. Как и брать за руку, как и убирать с лица волосы. Он не вкладывал в эти жесты того же смысла. Для него всё было проще.

— Ты всё больше меня удивляешь, Гайка, — сказал Макс.

— Я знаю, что он культовый, как-то руки не дошли, — оправдывалась Лера, запихивая тетрадь и задачник в сумку.

Макс снял сумку с её плеча, положил туда бутылку и понёс дальше сам.

— Дело не в этом, я удивлён, сколько ты всего видела, составила мнение. Я думал Скорсезе не для нежных девочек.

— Много ты знаешь про нежных девочек? — съязвила Лера.

— Не считая стереотипов, похоже не особо, — улыбнулся Макс, глядя на неё. — Просветишь?

— Могу говорить только за себя, — пожала плечами Лера, усаживаясь на зелёный склон.

Макс, вернув ей сумку, сел напротив.

— А за других и не надо.

Лера посмотрела на него с вызовом.

— Даже не знаю. Я не люблю аниме, мелодрамы, кучу смайликов в переписке, обезжиренный йогурт, недалёкие песенки попсовые, розовое, блестящее, пп-шное[37], мягкие игрушки… Это если по стереотипам.

Макс внимательно слушал. Она не могла разгадать выражение его лица.

— Не люблю выпрямлять волосы, сочетать оттенки в одежде, каблуки ненавижу!

— У тебя есть свой стиль, — вставил Максим, — тебе очень идёт, кстати.

— Мама говорит, что у меня полное отсутствие стиля, — засмеялась Лера. — Так кому верить?

— Самой себе, — ласково сказал парень, придвигаясь чуть ближе. — Но я с твоей мамой не согласен. А такие волосы выпрямлять — преступление.

Лера смотрела на него, пытаясь понять, что у него на уме. Что заставило его после работы вместо отдыха или тусовки с друзьями приехать к ней на другой конец города? Уж точно не желание ковыряться в задачнике советского математика. Она не понимала, нравится она ему или нет. Воспринимать ли полутона и жесты, как флирт, либо для парня это всего лишь социально приемлемое общение? И если первое, то почему ничего не происходит дальше? Макс потянулся и лёг на живот, отпираясь на локти.

— Ну а как насчёт того, что любишь?

— С этим сложнее, — честно ответила Лера.

— Танцы, серьёзное кино, мясо, прогулки, зелёный цвет, плохих парней, "Наше радио", хорошую литературу, — перечислил Макс, — пока ничего сложного.

— Ух, ты… — тихо сказала девушка.

Он попал в самую точку, просто пообщавшись с ней пару раз. Лера подумала, что она сама не сообразила бы так быстро.

— Мне сложно понять, что нравится. Обычно я точно понимаю, что нет.

— Что, если понаблюдать? — посоветовал Макс. — Например, когда голодная, подумай, что именно сейчас хочешь съесть. Ну и так, шаг за шагом.

— Всегда понимаешь, что тебе нравится? — спросила Лера, укладываясь рядом в такой же позе.

Макс слегка улыбнулся.

— Можно сказать, что да.

— И что же?

— Не уверен, что тебе нужно это знать.

Макс пристально посмотрел девушке в глаза. Он заигрывал с ней, хоть и не вполне осознанно. Но ему это нравилось. А ещё он любил продолжительный непрерывный сон, когда день перетекает в ночь. Долгий жёсткий секс, сигареты, валяться в наполненной тёплой ванной, вести машину. Вкусную еду, особенно, когда её не надо готовить. Приятную компанию, ощущение опасности, щекочущее нервы. Когда что-то получалось с первого раза. Шататься всю ночь по злачным заведениям города или весь день шляться по лесу. Любил, когда его предположения оправдывались. Любил деньги, хорошую драку, когда не разогнуться, но и сам кому-то изрядно попортил лицо. Он любил очень многое, но на половину его интересов Лера совершенно точно сказала бы "фу".

— Посмотрим твою задачку, Обезжиренный йогурт?

Лера фыркнула, достала из сумки бумаги и книжку.

— Тебе понравился "волк", и нравится то, что там происходит, — прозорливо заметила девушка. — Ты, типа, плохой мальчик?

— Типа того, — подтвердил Макс, глядя ей в глаза. — Уж не положительный персонаж точно.

Игра в гляделки затянулась.

— Задача, — сглотнув, напомнила Лера.

— Да, точно, — Макс раскрыл книгу. — Короче, смотри…

На этот раз Лера максимально сконцентрировалась на том, что он говорит. На удивление, бывший наркоман без высшего образования объяснял стереометрию гораздо понятнее высококвалифицированных педагогов. В голове у Леры как будто укладывался кирпичик за кирпичиком.

— Понимаешь? — спросил Макс, глядя на девушку.

— Да! — радостно сказала Лера. — Кажется, да. Можно попробую решить похожее, а ты посмотришь?

— Конечно, — он подвинул тетрадь к ней ближе.

Лера старательно стала записывать. Макс ухмыльнулся, глядя на размашистый неразборчивый почерк, чем-то схожий с его собственным. Ничего общего с округлыми буковками аккуратисток отличниц. У Леры вообще было мало общего с этим образом. Мимолётное внешнее, но совершенно точно не внутреннее. Эта милая девушка, любившая взрослые жёсткие фильмы, не была занудной зубрилкой, не была скромницей. В ней был огонь, который постоянно топтали и заливали водой. Макса разъедало любопытство, что будет, если всё-таки дать ему разгореться.

— Вот, держи, — Лера вернула тетрадку.

— Да, — бегая глазами по решению, ответил Макс, — да, всё правильно, умница.

Лера широко улыбнулась, обнажая красивые ровные зубы.

— С ума сойти! Спасибо, Макс, спасибо большое! Я действительно поняла. Ты препод от Бога!

Максу захотелось её поцеловать. Прямо сейчас. Момент был, как нельзя более, подходящий.

"Даже не думай", — одёрнул он сам себя и, на всякий случай, перевернулся на спину, подальше от её лица.

— Рад помочь, Гаечка.

— Можно, я спрошу? — Лера поднялась и, стоя на коленях, собирала вещи в сумку.

— Валяй, — ответил Макс, прищуривая один глаз — девушка сидела напротив солнца.

— Тебе не кажется это странным? — Лера села рядом, вытянув ноги, угнездиться в любимую позу по-турецки мешала узкая юбка. — То, что мы оба вспомнили эту фразу Дигнама. Мы что, так похожи?

— Мы не похожи, Лера, — ответил Макс, тоже присаживаясь, — у нас просто много общего.

— Пусть так, — согласилась Лера, — по мне, это довольно странно.

— Почему? — повернул к ней голову Макс.

— Ну, — девушка замялась, — мы же с тобой очень разные.

— Ты только что говорила, что мы похожи.

— В том-то и дело, — Лера растерянно улыбнулась, — что это как-то непонятно сочетается.

— Две разные кривые в разное время могут проходить через одни и те же точки, — сказал Макс, смерив девушку взглядом, — не факт, что у них при этом схожая траектория.

Ему казалось, что воздух между ними щёлкает искрами. Со времён своей неудачной влюблённости Макс никогда не позволял себе доводить взаимодействие с девушкой до такого состояния. Запах, взгляд, губы… Мягкие, полноватые. Интересно, как она целуется? Один наклон головы, еле заметное движение, несколько секунд — и узнаешь.

Нельзя, нельзя, нельзя…

— Уф, — надула щёки Лера. — А который час? — девушка спешно достала телефон. — Мне надо ехать.

— Давай отвезу, — предложил Макс.

— Нет, не надо. Спасибо. Мне надо с тётей встретиться. Я лучше на маршрутке.

— Уверена? — парень поднялся и протянул ей руку.

Лера крепко схватилась за большую тёплую ладонь, встала на ноги, чуть не упёршись носом Максу в грудь.

— Уверена. Спасибо за задачу, это просто космос!

"Ох, детка, показал бы я тебе космос," — подумал Макс, а вслух сказал:

— Посажу тебя на маршрутку.

Он не хотел с ней расставаться. Лера, как Золушка, убегала неожиданно. Ему было мало. Ему хотелось ещё. Посадив девушку в маршрутку и попрощавшись, он решил бросить машину и пойти пешком. Было ощущение, что у него вынули кусок изо рта. Весьма паршивое.

Ему нравилось их общение, это был эндорфин в чистом виде. Макс задумался. Впервые со времён последнего выхода из лечебницы он испытывал такие ощущения без какого-либо физического стимула. Это было круто.

Лера была как айсберг. То, что он успел увидеть, было лишь его вершиной. Самое интересное крылось в глубине. Он считывал это. В интонациях, случайных фразах, во взгляде, в интересах. Это была отнюдь не тихая скромная девочка, такая бы с ним даже не заговорила. Они были похожи, хоть ей он и говорил обратное. Он чувствовал её дерзость, страсть, чувствовал, что её тоже влечёт опасное и новое. Стоит немного поворошить, и она вспыхнет. Ох, как хотелось поворошить.

Макс достал сигарету. Обладая богатым воображением, он мгновенно представил ощущения от несостоявшегося поцелуя: мягкие осторожные губы, язык… Выдохнул дым и широко улыбнулся. Эта фантазия раздразнила его.

Он достал телефон и написал сообщение. Хотелось рвать себя на части.

"Надо развеяться," — подумал Макс.

Это никак не связано с Лерой. Просто он давно был один, просто приятное общение, красивая девчонка. Просто нежные пальцы, красивые губы, волосы, запах… Просто надо развеяться. Надо снять напряжение.

Девушка ответила, завязалась лёгкая беседа. Он не мог отказать себе в этом удовольствии.

Надо развеяться. Надо удовлетворить потребность. И всё пройдёт.

В списке контактов Макса нашлась бы парочка девушек, с удовольствием разделивших с ним этот вечер. Но ему не хотелось разговаривать с ними, не хотелось тащить никого домой. Он вновь достал телефон и набрал номер Виталика.