Глава 31

Подперев щёку, мать ласково смотрела, как Макс уплетает приготовленный ей пирог. От внимательного родительского взгляда ничего не ускользало, но женщина решила пока не спрашивать про пробивающийся лёгкой желтизной под левым глазом синяк.

— Спасибо, ма, оч вкусно, — с набитым ртом поблагодарил Макс, — совсем как в детстве прям.

— Ты ешь, ешь, — улыбнулась мать, внимательно глядя на парня.

Помимо разбитого кем-то лица в сыне были другие очевидные перемены. Наконец, она решилась спросить:

— У тебя кто-то появился, Максим?

Макс, поперхнувшись пирогом, посмотрел на неё, сдерживая улыбку.

— А что? Так палевно?

Мать улыбнулась.

— Да слепой надо быть. Приходить стал редко, всегда чистый, выбритый, куревом почти не несёт. Исхудал весь опять, в чём душа держится, а сам светишься, как ёлочка новогодняя. Ежу ясно, что влюбился.

— Тебя не обдуришь, мам, — с лёгкой улыбкой ответил Макс.

— Давно?

— Месяца три, наверное.

— Хорошая девчонка-то?

Он перестал жевать и посмотрел матери в глаза.

— Хорошая, мам. Для меня даже слишком.

— Рада за тебя, — с теплотой сказала мать, — по тебе видно, что счастливый.

Макс мечтательно улыбнулся.

— Она классная, тебе понравится.

— Ты только смотри, осторожнее, сынок.

— Вот этого не могу обещать.

Макса подмывало рассказать матери, о ком идёт речь, но это было не честно по отношению к Лере. К тому же, мама вряд ли восприняла бы эту новость с восторгом, хоть всегда и хорошо отзывалась о соседской девочке.

— Если что, приходи. Поговорить просто, или помощь если какая нужна…

Макс нежно похлопал мать по плечу.

— Мам, давай без "если что", ладно? Всё хорошо.

Женщина согласно кивнула.

— Подрался из-за неё?

— Ты про это? — парень провёл рукой по желтоватой щеке. — Нет, это мои тёрки, она тут не при чём.

— Ох, Максимка, Максимка, — тяжело вздохнула мать.

— Да ладно тебе, ма, — примирительным тоном сказал Максим и поцеловал женщину в макушку, — всё хорошо, правда. Спасибо. Бежать надо, на работу пора.

* * *

Подходя к автосервису, Макс обратил внимание на отсутствие припаркованных поблизости машин. Лёхин Solaris одиноко ютился на просторной стоянке. Это было довольно странно.

— Явился, не запылился, — улыбнулся Лёха заходящему в гараж Максу.

— Здорова, а чего пусто так? — указал парень на улицу. — Случилось чего?

— Случилось, — с хитрой улыбкой ответил Лёха.

Из подсобки вышел Никита с двумя набитыми пакетами. На лице у него была похожая улыбка.

— Мы сегодня не работаем.

Настала очередь Макса улыбаться, он всё понял.

— Ну вы даёте, мужики, — сказал он по очереди пожимая товарищам руки и похлопывая по плечам.

— С днём рождения, дружище, — с теплотой сказал Лёха. — Погнали на ерик[58], посидим, порыбачим. Шашлык-машлык, с погодой вон как повезло тебе.

— Да не то слово, — подтвердил Макс. День действительно выдался тёплым и солнечным.

Ехать было недалеко, не прошло и часа, как парни обосновались на берегу ерика. За болтовнёй и шутками они развели костёр, установили небольшой складной стол. Никита ворочал нанизанное на шампуры мясо, Лёха распутывал рыболовные снасти, Макс сидел у костра в раскладном кресле, блаженно вытянув ноги.

— Мож, по пиву? — предложил Никита, сгребая в миску первую порцию ароматного мяса.

— Я ток банку, мне за руль ещё, — ответил Лёха.

Макс вместо ответа в очередной раз посмотрел на часы.

— Ой, да на уже, — Лёха, улыбаясь, вынул из кармана ключи от Solaris и швырнул их сидящему в кресле парню.

Макс неловко поймал связку.

Никита вопросительно посмотрел на Лёху.

— Ты не против, если он барышню привезёт? — спросил парня Лёха.

— Я вообще думал, мы без баб, — ответил Никита. — Но хозяин-барин. Твоя днюха, в конце концов, тащи кого хочешь.

— Спасибо! — сказал Макс, подрываясь с места, на ходу закидывая в себя кусок мяса.

— Только, чур, без пошлостей! — пригрозил Лёха.

— Ты ж меня знаешь, — улыбнулся Макс, садясь в машину.

— Потому и говорю, — рассмеялся приятель.

* * *

Увидев вместо привычной девятки другую машину, Лера вопросительно посмотрела на него.

— Эт Лёхина, долго объяснять, — сказал Макс, открывая ей дверь.

— Сильно устала? — спросил он, когда оба они устроились внутри.

— Смотря для чего, — двусмысленно улыбнулась девушка.

Диалог прервался парой страстных поцелуев.

— Там пацаны шашлык организовали в ерике, поедешь со мной?

— Что за пацаны?

— Никитос с Лёхой.

— У вас корпоратив? — улыбнулась Лера.

— Не совсем, — уклончиво ответил Макс, — просто у меня день рождения.

Глаза девушки округлились, на лице появилась смесь удивления и возмущения.

— И ты не сказал?!

— Да я обычно не праздную, — оправдался Макс, выезжая на дорогу, — эт пацаны удивить решили, подсуетились. Поедем?

— Спрашиваешь! Конечно, поедем!

— Ток я дяде Лёше обещал без пошлостей, — усмехнулся Макс, бросая быстрый взгляд на Лерину ладонь, лежащую на его бедре.

— Само собой, — ухмыльнулась девушка, с нажимом проводя рукой глубже и выше.

— Я серьёзно, Гайка, — улыбаясь, сказал парень, — не дразнись.

— Ладно тебе, я шучу, — сказала Лера, убирая руку, — я всё понимаю.

— С ума сойти! — она была очень воодушевлена. — Сколько тебе? Двадцать три? Двадцать четыре?

— Двадцать шесть, — ответил Макс с лёгким оттенком грусти в голосе.

Его расстраивали не цифры, а разница цифр.

— Молодой ещё совсем.

— Смотря для чего.

— Да для всего, — утвердительно сказала Лера. — Считай, вся жизнь впереди.

— Хотелось бы верить, — задумчиво ответил Макс, перестраиваясь в другой ряд.

* * *

— Привет. Налетайте, пока не остыло, — приветливо сказал Никита, встречая ребят.

— Ник, Лера, — кивнул в сторону девушки Макс. — Лера, Никита.

— Виделись, — протянул парень руку.

— Будем знакомы, — улыбнулась Лера, пожимая протянутую ладонь. — Давай, со столом помогу.

Вдалеке по пояс в воде с удочкой стоял Лёха, он помахал Лере рукой, девушка помахала в ответ.

Макс неуклюже опустился в кресло, незажившие синяки и ушибы давали о себе знать, сидеть ему было удобнее всего. Он с интересом наблюдал, как Лера с Никитой хлопочут у импровизированного стола. Парень подходил Лере куда больше Максима. Ник был всего на пару лет старше её, простодушный, весёлый, девчонки таких любят. Бесхитростный, без подноготной, без секретов. Хороший парень, из таких обычно выходят надёжные хозяйственные мужья.

Стоило бы ревновать, Макс помнил, какую оценку приятель дал когда-то Лере. Но ничего похожего на ревность внутри не было. Удобно расположившись в скрипящем раскладном кресле, вдыхая запах жареного мяса на берегу тёплого, залитого солнцем ерика, он чувствовал себя абсолютно счастливым. Макс был уверен в своей девочке. Слепо и непоколебимо. И то, что она могла нравиться другим, ему, скорее, льстило. Да, в своё время Никита разглядел под облегающим топом очертания красивой груди, Макс же знал, какова эта грудь на вкус и на ощупь.

Разбирая тарелки, ребята позвали Лёху.

— Здорова, Гаечка, — приветливо сказал он, таща на леске приличных размеров рыбёшку.

— Привет, дядь Лёш, — улыбнулась Лера. — Тебе не холодно?

— Не, я закалённый, — ответил он, споласкивая руки.

— Скорее отмороженный немножко, — засмеялся Никита.

Они жевали ароматное мясо, смеялись, болтали. На удивление, никого ничего не смущало. Макс вспоминал висящую в воздухе неловкость, когда, по какой-либо причине, он приезжал в сервис с какой-нибудь девушкой. Сейчас неловкости не было. Лера была какой-то универсальной деталью, с добавлением которой практически ничего не менялось.

— Помочь почистить? — спросила Лера, кивая на рыбу.

— Сиди, ради Бога, — заботливо сказал Лёха, — сам справлюсь.

Никита достал из багажника гитару.

— Я смотрю, вы по полной подготовились! — улыбнулся Макс, принимая у парня инструмент. — Расстроенная небось?

— В мясо, — подтвердил Никита.

— Не говори мне, что ты играешь, — прищурилась Лера.

— Не скажу, — улыбнулся Макс, наклоняя голову и подтягивая струны.

— Он хоть чего-нибудь не умеет? — спросила девушка, поворачивая голову к Лёхе.

— Не исключено, не проверял.

Лера заняла второе кресло, Никита, открыв очередную банку пива, уселся на разложенный у костра плед, Лёха чуть поодаль на корточках чистил рыбу.

Через какое-то время Макс стал подбирать мелодию, Лера практически сразу узнала её.

— Пой мне ещё, — тихо себе под нос пропел парень.

— Тихо, — несмело подхватила Лера.

Макс расплылся в улыбке.

— В обратную сторону крутится…

— Ма-а-агнитофотон, — смелее продолжила Лера.

— В доме темно…

— Шорохи, скрипы…

— Сводя-я-я-ят с ума-а-а, — протянули они хором[59].

Они продолжили раскладывать песню на партии. У Леры был красивый мелодичный голос, Макс пел так себе, но от души. Со стороны можно было подумать, что это заранее отрепетированный номер, но дело было в том, что ребята никогда даже не слушали эту песню вместе.

В этом была причина всего. Причина того, почему вообще эти двое оказались сегодня вместе у этого костра.

После случившегося на даче у Виталика Лера всерьёз задумалась, что привлекает её в Максиме, кроме тела. В невероятной физической тяге была своя магия, но девушка влюбилась не только в острые скулы и широкие плечи.

Макс был мутный, закрытый, но в то же время лежал у неё на ладони. Он любил ту же музыку, те же фильмы, знал те же стихи. У него был похожий стиль в одежде, вкус в еде, биоритмы, темперамент. Он слышал, понимал, предугадывал. И делал это легко, играючи, естественно, не натужно. Он просто подходил ей, как деталька от пазла.

Он знал, когда она голодна, замечал, если она была расстроена, угадывал, когда ей хотелось болтать обо всём на свете, а когда помолчать, когда нужно было просто погладить по голове, а когда залезть ладонью под юбку. Попадание было в девяти случаях из десяти. И эта невероятная схожесть магнитила Леру ничуть не меньше, чем серые глаза и длинные пальцы. Ей не приходилось стараться, чтобы угодить ему, и он не старался тоже.

Допев песню, компания продолжила незамысловатые беседы. День клонился к вечеру, Лёха разделил по тарелкам запёкшуюся на костре рыбу. Макс запрокинул голову назад, протянул к стоявшей за его спиной девушке руку. Лера, обогнув кресло, села ему на колено. Лёха поймал себя на мысли, что умиляется этому зрелищу: высокий длиннорукий Макс нежно обнимал Леру, подобно зверьку, обхватывающему лапами детёныша. Девушка отщипывала от рыбы небольшие кусочки, по очереди отправляя их то себе, то ему в рот. Он что-то сказал ей на ухо, она улыбнулась, ласково посмотрела на него. Макс, улыбнувшись, взъерошил ей волосы.

Лёха не одобрял увлечения друга этой девушкой. Он считал это неправильным. Но, наблюдая за парочкой, его сердце дрогнуло.

В их взаимодействии не было игры, понта или пошлости. Ребята чувствовали друг друга, вели себя так, как будто давным-давно были вместе. Лёха видел, что Лера для друга куда больше, чем новая игрушка, чем сексуальный интерес. Макс смотрел на девушку со смесью нежности, страсти и обожания, просто наблюдая, как она собирает грязные тарелки, как моет овощи, бродит по берегу. В его жестах, в прикосновениях, в том, как он говорил о ней — во всём ощущалась ценность. Он по-настоящему влюбился, и это обстоятельство обеляло его в Лёхиных глазах. Ему показалось, что этих двоих объединяет действительно сильное чувство. А сильное светлое чувство, в его понимании, всегда было прекрасно.

— Мне неудобно, что я без подарка, — сказала Лера, расчёсывая пальцами густые светлые волосы.

— Брось, — поморщил нос Макс, — не думай даже. Хорошо сидим же.

— Очень, — улыбнулась девушка, — спасибо, что позвали.

— Куда я без тебя, — ласково посмотрел на неё парень.

В небе над ериком начали проклёвываться алые оттенки. Компания засобиралась домой.

Непринуждённая болтовня и шутки продолжились в машине. Лёха с Никитой, сидящие впереди, делились наблюдениями за движением и его участниками, уставшая Лера дремала у Макса на плече. Сам именинник был счастлив. Ему хотелось сложить этот день в карман и носить с собой у сердца. Он, как можно крепче прижимая к себе сонную девушку, поблагодарил ребят за организацию вечера.

— Говно вопрос, — ответил Никита, — хорошо посидели, куда лучше, чем в гараже спину гнуть.

— Для дружка хоть серёжку из ушка[60], — улыбнулся, в свою очередь, Лёха.

Первым делом он ехал к Лериному дому.

Десяти ещё не было, поэтому Макс с Лерой самозабвенно целовались на лестничной клетке между этажами.

— Иди спать, детка, — сказал Макс, ласково гладя девушку по щекам большими пальцами, — ты устала.

— Ещё немножко, — прошептала Лера, балансируя на цыпочках.

— Спасибо, что поехала. Без тебя не то пальто.

Она улыбнулась.

— Я тут подумала, у меня есть для тебя подарок.

— Гайка, — нежно произнёс Макс, гладя её по волосам.

Он хотел бы сказать, что свой главный подарок уже получил, но облекать эту очевидную мысль в слова ему показалось слишком пошлым.

Девушка протянула ему левую руку, на которой всегда были два незамысловатых самодельных браслета.

— Поможешь развязать?

Макс знал историю этих браслетов: они неизменно были с Лерой много лет. Это была памятная вещь, связанная с детством, с отцом, они были очень важны для неё.

— Я не могу его взять, — сказал Макс, — я знаю, что они для тебя значат.

— Потому и хочу тебе дать, — ответила девушка. — Я хочу подарить что-то важное.

Парень улыбнулся.

— Но я не смогу его носить.

— Я понимаю, пусть просто будет у тебя.

— Ты не поняла, — Макс внимательно изучал её, будто пытаясь что-то найти в её образе, — я хочу что-то, что можно носить. Ну, например…

Он стянул с её волос неприметную смоляную резинку и надел себе на руку рядом с часами.

— Вот, идеально.

— Серьёзно? — недоумённо усмехнулась Лера. — Резинка?

— Она помнит твои пальцы, волосы, пахнет тобой, — он провёл большим пальцем по её губам и нежно поцеловал, — и как тут и была.

— Это безделушка, — улыбнулась Лера, — мог бы в любой день попросить.

Макс умильно улыбнулся, проскользнул одной рукой ей под кофту, другой в джинсы.

— Это не безделушка, Гайка. Это метафорично.

Лера положила ладони ему на лицо.

— Какой ты красивый, я не могу.

Макс широко улыбнулся.

— С лица воду не пить.

— С твоего я бы попила, — загадочно улыбнулась девушка.

Макс возбуждённо вздохнул, поцеловал её в шею.

— Можешь с ним делать всё, что захочешь. И не только с лицом.

Расставаться не хотелось. Это был единственный минус: Леру нельзя было забрать с собой на всю ночь.

Вдыхая запах любимых волос, Макс посмотрел на часы.

— Тебе пора, без трёх минут десять.

— Встретимся завтра?

— Само собой, но вечером.

— Хорошо, — Лера крепко прижалась к нему всем телом. — С днём рождения, Максим.

Он поцеловал её в макушку.

— Спасибо, Гаечка.