Глава 20

Слёзы – универсальное средство справиться с болью. Только возможность плакать дал мне Шен – он же её и забрал. Глаза оставались сухими, а боль сжирала изнутри. Как во сне, я переоделась в свою кергарскую одежду. Собрала вещи, уложила сумку. Вспомнила обещание, данное Нуаре, и бережно упаковала платье из шёлка Пайю. Проверила вифон – множество входящих сообщений и непринятых звонков от дяди. Решительно стёрла внесённое когда-то «Юлика Дигиш» и вбила «Юлиана Велон». Затем набрала Бриша.

– Юли? – встревоженно спросил он.

– Когда мы отплываем?

– Мы? – опешил он. – Ты же невеста лоу…

– Больше нет, – перебила я. – Так во сколько отходит «Белинда»?

– В пять. Юли…

Я нажала отбой, перевела вифон в беззвучный режим и засекла время: без трёх минут четыре. Значит, у меня ещё час. Можно попрощаться, но с кем? Нуара вряд ли захочет со мной разговаривать, а кроме неё у меня здесь друзей не появилось. Нел разве. Осторожно выглянула в коридор, однако охранника там не было. Наверное, Шен велел своему воиру оставить пост. Больше меня не нужно охранять, жаль, Лаиса об этом не знает. А Шен не знает о поступке своей бывшей невесты… Вот забавно – во дворце две его невесты, и обе бывшие. И третья настоящая в Грасоре. Лиолена славная девочка, хорошенькая, весёлая… Ненавижу!

Мой кулак впечатался в стену. Швы заныли, выступила кровь. Я слизнула каплю языком. Ничего, Юли. Ты всё переживёшь. Пережила же утрату родителей и смерть Зеи. А теперь похоронишь своё несбывшееся счастье. В сторону кровати я смотреть не могла – воспоминания жгли душу. Шен с разметавшимися волосами, Шен, шепчущий бессвязные нежности…

Дверь жалобно скрипнула. Кого я не ожидала увидеть, так это Майро.

– Лучше бы вы меня убили, – бросила я на островном.

– Юлика… простите, Юлиана…

– Юли.

– Юли, пожалуйста, не делайте глупостей, – Майро оглянулся на дверь, покосившуюся ещё сильнее. – Ирши остынет. Все Соайро вспыльчивые и отходчивые.

– Вы это мне говорите, потому что я – Юлиана Велон?

– Нет. Потому что я знаю брата. Знаю, что он к вам испытывает.

– Тогда вы знаете, насколько Шен горд. Всё кончено, лоу Майро. Это было обречено с самого начала. Будьте так любезны, попросите кого-нибудь проводить меня до порта.

– Обязательно, Юли. Сразу после того, как вы расскажете, что произошло. Из-за чего брат сейчас заявил отцу, что женится на Лиолене Ренир, а потом взял спортивную машину и умчался в неизвестном направлении. Хорошо, что у него хватило ума сделать это не в присутствии послов. Второго военного конфликта острова не выдержали бы. Я правильно понимаю: Бришар Велон ваш родной дядя, а Андер Ренир – двоюродный?

– Да.

Майро подал мне руку, усадил на кровать и сел рядом.

– Рассказывайте. Представьте, что я ваш старший брат и готов защищать вас, как сестру.

Он слушал очень внимательно и не перебивал, оттого я постепенно рассказала всё, начиная с истории моих родителей и заканчивая подробностями моего похищения с Яроу. В паре мест Майро закусывал губу, где-то посмеивался, порой хмурил тонкие брови. После он несколько минут молчал.

– Знаете, Юли, вы сейчас удивитесь, но я вам искренне завидую. Вам и Ирши. Не спешите ухмыляться, объяснение вовсе не то, о чём вы подумали. Вы – младшие дети у тронов. Вам позволено жить так, как вы хотите. Играть в тайных агентов, в героев… Светлые духи, вам даже любить позволено! И быть с тем, кого вы выбрали.

– Можно подумать, вам не позволено!

– Юли, когда мой отец приказал мне жениться на Ильве, к которой я не испытывал ни малейшей симпатии, он поступил мудро. Тем самым он избавил меня от необходимости поступить так по своей воле. Князь Сайо с рождения женат на своём острове, к нему он привязан всей душой. Любовь в этом случае зло, потому что в решающую минуту я начну думать не о государственном благе, а об одной-единственной женщине.

– По-моему, вы перегибаете, – усомнилась я. – Алонсо Великий был счастливо женат, и это ему не мешало.

– Исключения лишь подтверждают правила, Юли. По крайней мере, творить безумства, как вам с Ирши, мне не суждено. А вы – вы счастливцы. Любимые, балованные дети, которым все идут навстречу. Таких совпадений не бывает: я вижу в этом знак судьбы. Возможно, вы – мостик между нашими странами. Подумайте об этом прежде, чем уедете.

Майро поднялся.

– Я пришлю вам сопровождающего, который проводит вас, куда вы скажете.

Дверь окончательно отвалилась, едва он дотронулся до ручки. Майро приставил её к стене и проворчал под нос: «С этим надо что-то делать». У меня вырвался тяжёлый вздох. От того, что я думаю, ничего не изменится. Хорошо, долго сидеть мне не пришлось: в проёме показался Арш.

– Идёмте, – велел он довольно грубо.

Сумку он словно не заметил, но она и не была тяжёлой. Я послушно последовала за Аршем, глядя только под ноги. Мой сопровождающий молчал и шёл очень быстро, я старалась не отставать. Неладное заподозрила лишь тогда, когда мы оказались в узком полутёмном коридоре.

– Льен, простите, – окликнула своего спутника. – Куда вы меня ведёте?

Он огляделся и шагнул ко мне.

– Уже никуда.

Нож в бледной руке выглядел совсем не страшно. Гораздо больше пугали кривая усмешка и ледяной блеск глаз.

– Лоу ты больше не интересуешь, имперка. Я слышал, как он кричал, что ненавидит тебя. Жаль, что нет времени отомстить так, как я собирался. Но твой изуродованный труп в машине послов тоже неплохо.

– Пожар! – заорала я со всей силы. – Горим!

– Не старайся – это служебные помещения, здесь никого нет, – Арш сделал ещё шаг. – Боишься смерти? Правильно. Мой брат не успел испугаться. От него осталась лишь воронка на берегу – ни тела, ни даже пепла. Легко расстреливать безоружных, имперка?

Лезвие ножа в тусклом свете зловеще поблёскивало. Сначала надо бросить ему в ноги сумку. Затем бежать…

– Взять его! – раздался голос Нела – Юли, к стене!

Арш взвыл. Рванулся и ударил. Нел скользнул наперерез и прикрыл меня. Второй охранник не терял времени – бросился на Арша и повалил его на пол. Щелчок наручников совпал с болезненным стоном. Нел оседал к моим ногам.

– Поганая имперка! Никакого мира! Вас всех надо утопить, как насекомых!

Вопли Арша били по ушам. Я встала на колени рядом с Нелом. Нож попал чуть ниже ключицы, костяная рукоятка торчала, словно нелепая нашлёпка. Крови почти не было, но меня это не успокоило. Внутреннее кровотечение могло быть гораздо опаснее.

– Вызовите доктора! – крикнула я охраннику.

– Уже, – кратко ответил он. – Лоу, не дотрагивайтесь до ножа. Льен Нелао, вы меня слышите?

– Утопить, утопить! – надрывался Арш. – Стереть проклятый материк с лица земли!

Охранник невозмутимо и весьма профессионально стукнул его в основание черепа. Арш обмяк.

– Дышать трудно, – тихо отозвался Нел. – Но не переживай, Юли, я не умру. Ничего важного не задето. А была бы такая красивая смерть – у тебя на руках.

– Лоу, его надо посадить, – обратился ко мне охранник. – Давайте медленно и осторожно. Я поднимаю, вы придерживаете.

Вдвоём мы прислонили Нела к стене.

– Видишь, в этот раз я успел вовремя, – слабо улыбнулся он. – Теперь ты будешь вспоминать меня с благодарностью, а не с досадой. Хотя на твоём месте я вообще постарался бы забыть острова – столько раз здесь тебя пытались убить.

Его губы окрасились в розовый цвет.

– Нел, пожалуйста, помолчи, – взмолилась я. – У тебя наверняка лёгкие повреждены, пена идёт!

– Ерунда… Зато ты обо мне думаешь. Не о лоу, а обо мне… Я люблю тебя, Юли. Такое вот проклятие. Любить чужую женщину и не сметь даже намекнуть. Спасибо этому психу… Не зря я за ним пошёл…

Послышались громкие шаги. Доктор бежал первый, бесцеремонно отпихнул меня и наклонился над раненым. Следующими появились слуги с носилками и не менее шести охранников. Арша куда-то поволокли, Нела погрузили на носилки. В последний момент он потянулся, поймал мою руку и под возмущённое восклицание доктора прохрипел:

– Моё желание, Юли… Назови сына моим именем.

Нела унесли. Про меня все словно забыли. Ах нет – не забыли: незаметно подошедший пожилой водник поклонился мне.

– Лоу Юлиана, прошу вас за мной.

Он поднял мою сумку и сделал шаг ко мне, я непроизвольно отпрянула.

– Простите, лоу Юлиана, в той стороне выход.

Мысленно я обругала себя. Водник подал руку, я в неё буквально вцепилась. Слишком много потрясений для одного дня. Хотелось прижаться к острому плечу Шена и выплакаться, но больше не было ни этого плеча, ни слёз. У развилки мой сопровождающий остановился.

– Направо – лифт на ярус князя. Четверть часа назад он велел вас разыскать и привести к нему. Налево – лифт на выход из дворца, я подгоню машину, вы успеете к отплытию яхты посольства.

– Как вас зовут, льен? – спросила я.

– Рéймо Герео.

– Вы знаете, зачем меня ищет князь?

– Нет, лоу.

– Он лично обещал утопить меня в океане, если я разобью сердце его сыну. Я разбила.

Водник опять поклонился и без дальнейших вопросов повёл меня к левому лифту. Снаружи ярко светило солнце, чему я бесконечно удивилась. Время измеряется не часами, а событиями, и для меня по ощущениям давно наступила ночь. Немного очнулась я лишь в машине, которую Герео гнал на огромной скорости. Хорошо, что ехать было недолго, стальной корпус «Белинды» показался минут через десять.

– Спасибо вам, – поблагодарила я водника.

Герео грустно улыбнулся, высадил меня у самого пирса и уехал. Я торопливо набрала дядю.

– Юли, ты сумасшедшая?! – Бриш рванул сумку у меня из рук. – Что ты творишь, родная?!

– Взрослею, – тихо откликнулась я. – Ты что, ждал меня здесь?

– Я пообещал князю Алвио, что ты не покинешь остров!

– Он так хочет разделаться со мной лично?

– Он боится за сына!

– Его сын женится на Лиолене. Какая князю разница – мы обе императорской крови.

– С чего ты это взяла? – Бриш нахмурился.

– С собственных слов Шена… Дядя, я устала. Сегодня меня дважды пытались убить, я мало спала и ничего не ела. Если ты собираешься не пустить меня на «Белинду», я найму другой корабль до архипелага.

– Прекрати, – Бриш подтолкнул меня к трапу. – Никуда бы я не уплыл, пока не убедился, что ты или вернулась во дворец, или рядом со мной. Я меньше всех понимаю, что происходит, Юлика…

– Юли. Или Юлиана.

– Юли. Но этот страшненький мальчик…

– Он не страшненький! – почти выкрикнула я.

– О, Всевышний! – Бриш схватился за голову. – Почему у Робера не родился сын! Поднимайся шустрее, Юли. Что-то мне подсказывает, что если мы не отчалим сейчас, то не уплывём никогда.

Спорить не стала. Но яхту выпустили свободно. Я стояла на палубе и неотрывно смотрела на остров. Светло-бирюзовые волны сменялись насыщенными изумрудными, таяли очертания берегов. Ветер трепал мои волосы и холодил кожу. Предложи мне кто-нибудь сейчас иглу с настоящим ядом рыбы-камня – не раздумывала бы ни секунды. Если бы можно было выпрыгнуть и побежать по воде обратно – я бы это сделала.

– Милость Всевышнего! – ахнул кто-то из команды.

Я повернулась на голос и обомлела. Перед носом «Белинды» поднималась гигантская волна, словно из океана вырастала гора. Очень скоро плотная чёрная масса закрыла небо и угрожающе зависла над палубой. Кому-то было плевать и на только что подписанный мирный договор, и на последствия гибели императорских послов – лишь бы выплеснуть свою боль, такую же огромную, как та, что раздирала меня изнутри.

«Ну, что же ты медлишь! – крикнула я мысленно. – Давай, топи! Докажи себе и мне, что мы с тобой – заигравшиеся дети, готовые за наши ошибки наказать весь мир!»

Волна обрушилась всей своей чудовищной мощью, подхватила «Белинду», закрутила и подняла вверх, на такую высоту, что весь остров открылся как на ладони. Я вцепилась в поручень и молилась, чтобы смерть была лёгкой. Кажется, остальные поступили точно так же. Только волна медленно снизилась, мягко опустила яхту и напоследок с силой ударила в корму.

«Убирайся!»

Повелитель волн пощадил меня.

Конец второй части