12

Я сидела и смотрела прямо перед собой. Иван ушел. Просто взял и уехал, оставив мне лишь ужасающее ощущение пустоты. Чем я это заслужила? Почему должна была стать кем-то не тем, кем являлась, чтобы он не просто остался, но меня оценил? Понял, как много потеряет, если его жены рядом не станет.

А Ваня не сделал ничего, чтобы я осознала, насколько он раскаивается. И раскаивался ли он, в самом-то деле?

— Миюсь… я сегодня останусь, — сказала мама, которой я была безумно благодарна за все, что она для меня делала.

— Да, — хрипло произнесла я, вскидывая голову и глядя на мать. — Никитку покормить нужно?

— Ты его кормила полчаса назад, — сказала мама. — Сейчас просто отдохни.

Мы с ней не обсуждали случившееся. Не говорили о Ване, Свете, о произошедшем. Мама просто была рядом и все. Чувствовала, что я попросту не справлюсь морально, если мы начнем говорить о моей жуткой боли и обиде.

— Отдохну, — заверила я ее, и она, немного посомневавшись, постояла рядом и все же ушла.

Звонок в дверь прозвучал так внезапно, что я некоторое время сидела, вперившись взглядом в собственные руки.

Это Ваня! Никто иной просто не мог оказаться на пороге нашего дома. Он, едва очутившись вне нас с сыном, понял, сколько всего потерял. И вот приехал… Чтобы что? Вымолить прощение? Рассказать, как раскаивается?

Я открыла и тут же замерла на пороге. Передо мной стояла Света.

— Мия, мы можем поговорить? — спросила она, и я криво улыбнулась.

Сложила руки на груди. Взглянула на нее оценивающе. Передо мною находилась женщина, которую я бы при всем желании не назвала бы красивой. И почему я сейчас об этом думаю? Так и продолжаю задаваться вопросом — чем она лучше?

— Поговорить о чем? — вскинула я брови. — О том, чтобы я приняла Ивана обратно? Или вас обоих? Сразу — нет.

— Нет, конечно, — помотала она головой. — Я хотела сказать…

Она на мгновение задумалась, как будто бы подбирала слова. Интересно, Ваня уже успел уведомить ее, что мы с ним теперь живем не вместе? А может и вовсе, уже распаковывал вещи у Светы дома, пока она в качестве переговорщика отправилась ко мне?

— Я хотела сказать, что между мной и Иваном сейчас ничего не было, — повторила она то, что я уже слышала от мужа.

— Сейчас — это когда? — уточнила я с издевкой в голосе, которую даже невозможно было скрыть. — Сегодня? Час назад?

Я не должна была всего этого говорить. И вообще общаться с этой женщиной в принципе.

— Мия…

Мы смотрели друг на друга, и я понимала — Света не знает, что говорить и что делать. Казалось, она в этот самый момент задается одним-единственным вопросом: что она здесь забыла? Впрочем, это было полностью созвучно и моим мыслям.

— У вас есть минута, чтобы сказать то, что хотели, — проговорила я. — У меня нет времени.

Она так и продолжала стоять, переминаясь с ноги на ногу. И ничего больше не говорила. Да и слышать я от нее ничего не желала — все ведь было ясно и так.

— Больше мне добавить нечего, — все же сказала она, когда я уже собиралась закрыть дверь. — Кроме того, что Ваня тебя любит.

Я фыркнула и, взявшись за ручку двери, завершила этот странный визит и дурацкий разговор:

— С этим мы с ним разберемся как-нибудь сами, уж поверь.

После чего закрыла дверь перед носом Светланы, очень надеясь, что больше я ее никогда не увижу.