Глава 13. Блюдечко с голубой каёмочкой
Любая в чувствах мучает отсрочка,
Особо если ждёт любовный пир…
Но что на карте выглядит как точка —
Кривой, безумный и опасный мир.
Карта оказалась огромной и самой что ни на есть магической. Ник, ожидал, конечно, и трёхмерности, и детализации объектов, однако не в таких же масштабах. Собственно, вовсе и не карта — когда Тэль развернула небольшой свиток, на зеркальной столешнице попросту вырос заросший соснами холм. Конечно, уступающий в размерах оригиналу. Холм огибала самая настоящая река, а на вершине, за знакомой серой стеной, торчали пять мрачных башен. Даже флюгера на шпилях слегка колыхались. А вот нижние ярусы замка скрывались в чёрном тумане, словно залитом во внутренний двор до самого верха ограды. Хорошо определялся и источник этой тьмы, водопадами и ручейками хлеставший из сгустка тёмной субстанции, гулявшей между донжонами.
— А что там вообще за стеной? — поинтересовался Ник. Очень хотелось просто поворошить туман пальцем, но он опасался. Слишком уж реально всё выглядело. — Минное поле? Или гоблины маршируют?
— Думаешь, там плац? — задумчиво спросил Лекс. — Хотя почему бы и нет… Площадь достаточная — то есть для личной гвардии… Вполне можно учения проводить, голов эдак на сто…
— Не знаю я, — отмахнулась Тэль. — Нам туда и не нужно. Вот, смотрите…
Недолго думая, она воспользовалась столовым ножиком в качестве указки.
— Видите, здесь река не полностью окружает холм. И начало ближайшего к замку хода здесь.
Она ткнула длинным, узким лезвием в группу деревьев у подножия, потянула — и перед изумлённым Ником словно страница перелистнулась. Башни и сосны, исказившись, поехали вбок и исчезли, а холм стал почти прозрачным.
— Ух ты! — восхитился Лекс. — Будто кожу с трупа содрали!
Под «содранной кожей» ясно проступили внутренности: сложный лабиринт, подсвеченный мягким зелёным светом.
— На самом деле там темно, — пояснила Тэль. — Это для наглядности. Нам нужно вот это направление…
От начала холма по лабиринту поползла красная искорка, двинулась вверх зигзагами и спиралями, по путаной траектории, ближе к вершине описала полукруг и вылезла на поверхность. Барышня дотронулась до неё ножиком, перелистывая следующую страницу. Холм дрогнул, сместился в сторону, словно завернувшись за несуществующий монитор, явив угол тускло освещённой комнаты. Каменная плита пола приподнялась и выпустила всё ту же искорку, которая метнулась вправо и погасла.
— А здесь нас встретит проводник, — подытожила Тэль.
— А на следующей странице что? — с любопытством спросил Ник. — Сам замок-то есть тут?
Тэль с удивлением посмотрела на него.
— На странице?..
— Ну ты как будто страницы переворачивала, разве нет? — растерялся Ник.
Девчонка на мгновение надула щёки и обиженно спросила:
— А как ты заметил? Ничего себе глаз…
— Пер-ред вами маги, уважаемая бар-рышня, — назидательно поизнёс Ганс, устроившийся на спинке стула в образе ворона. — И как вы сами заметили — далеко не слабые маги.
— А то! — ухмыльнулся Ник.
Уже без колебаний он протянул руку и ткнул двумя пальцами вглубь карты. А затем быстро настучал на виртуальной клавиатуре несколько команд.
— Вполне приличный три-дэ макет, — похвалил он. — Я скопировал.
— Как это? Уже?! — удивилась Тэль. — Да её лет двести составляли! Кстати, давно хочу спросить… Ник, а ты кто по специальности?
— Я? — расцвёл улыбкой Ник. — Учился на программиста. Говорят, недурно вышло! Заказами не обижен.
Ворон прокашлялся, а девчонка задумчиво проговорила:
— Странно… А ты, Лекс?
— Думаю, моя специальность будет там полезна, в подземных ходах, — обтекаемо ответил Лекс. — Мало ли кто там может обитать… Да и допросить, скорее всего, получится. У меня и инструментарий соответствующий есть.
— Кого допросить? — подозрительно спросила Тэль. — Я бы вот ни с кем там разговаривать не стала.
Ник, и без того стоявший к ней очень близко, не выдержал — приобнял за плечи, притянул и, склонившись к самому уху, прошептал:
— Саня — страшный-престрашный колдун, на самом деле. Так что ты предупреди своё привидение, чтоб вело себя прилично, цепями не гремело, завывало потише… А то будет беда-а…
Его пальцы сыграли на плече Тэль несколько нот из похоронного марша. Она коротко вздохнула, но выворачиваться из-под руки Ника не стала, а наоборот, чуть прижалась и уточнила:
— Так какой специальности колдун-то?
— Некромант, — спокойно сказал Лекс и на недоверчивое хмыканье девчонки развёл руками. — Так уж вышло.
— Да уж! — саркастически подтвердил ворон. — Ума только не пр-риложу, каким обр-разом могло получиться, что у Светлого р-рыцаря такой… кхм-м…
— Такой диплом? — подхватил Ник. — Как по мне — так это большой плюс, Ганс! Мало ли что взбредёт на ум нашему дорогому, любимейшему темнейшеству? Может, он поле великой битвы мертвяками окружит для устрашения противника. И просчитается — Санчо их раз — и уложит всех!
— А Тёмный лор-рд р-раз — и подымет! — съязвил Ганс. — Пр-ревосходное р-развлечение! Вот только поле боя его свита лишь наполовину контр-ролирует.
— Интересно всё-таки устроено мировое равновесие… — с большим недоверием сказала Тэль. — И Белый Клинок тоже… Ведь среди белых магов некроманты вообще огромная редкость.
— Ну конечно! — вспыхнул Лекс. — Скажи ещё, что некроманты — адепты зла! Тебе в голову не приходило, что убийцу легче найти, расспросив убитого? А вопросы наследования при внезапной смерти — зельевары решать должны? И, кстати, поднявшееся кладбище кто тебе будет укладывать, тёмные? Да они только угля подбросят в эту печь! Снобизм и глупость — так относиться к этой профессии!
— Я нормально отношусь! — возмутилась Тэль. — Это ваш фамилиар — сноб! И в Белом Совете — сноб на снобе сидит! Потому и странно, что Белый Клинок в кои веки проявил широкие взгляды на проблему и мудрость… Я, между прочим, вообще только об одном белом некроманте слышала.
— Непрестижная работа, что ж ты хочешь, — вздохнул белый некромант. — Но зато интересная!
— Ну да… Но тот, про кого я слухи поймала, он вообще странный. На эльфийской принцессе хотел жениться. Даже свататься ходил… Но уж это наверняка враньё. А твою невесту как зовут? Она кто вообще?
Лекс печально улыбнулся, а Ник, знавший историю о принцессе от первого до последнего поцелуя, обречённо вздохнул и предложил:
— Давайте обойдёмся без длинного рассказа? Вернёмся к карте, а?
— Так я уже всё показала, — сообщила Тэль и выписала ножиком замысловатый зигзаг в воздухе.
Торчавший из стола кусок незнакомой комнаты задрожал, схлопнулся, и карта свернулась в свиток. Девчонка перевязала его толстым синим шнурком и сунула за пояс кожаных штанов. Юбки из её гардероба исчезли вместе с образом селянки, и Ник слегка об этом сожалел. Или не слегка.
— Карту, естественно, возьмём с собой, — деловито сказала она. — По маршруту нас огонёк проведёт, а как в замке выйдем — дальше дело призрака. Лекс, ну ты чего молчишь? Должна же я знать, кого спасаем? А то нечестно получается!
— Пожалуй, — согласился Лекс. — Только вдруг ты спасать тогда откажешься?
— Почему это? — насторожилась барышня. — О-о-о… Только не говори, что ты и есть тот самый некромант из Тигерской академии! Слушайте, я вспомнила, как его зовут! Александр Тор-Кэриат! Ле-екс? Так это ты?!
Она вытаращила глаза на жениха эльфийской принцессы и опустилась на стул. Ганцонгер недовольно каркнул, а Ник был вынужден отпустить плечо девчонки и, вздохнув, отправился ставить чайник.
Надо отдать белому некроманту должное — к потрясению Ника, с повестью о любви и разлуке он уложился примерно в сорок минут. Правда, и Тэль, как ни странно, не проявляла обычного женского любопытства. Просто слушала. Ни лишних охов-ахов, ни выспрашивания мельчайших подробностей. То ли душу парню травить не хотела, то ли некромантия её интересовала больше, чем дочь Короля эльфов… По крайней мере, она сумела перевести разговор на профессию Лекса, и они, переместившись в его комнату, принялись оценивать вытащенные из шкафа ритуальные кинжалы, спицы и щипцы. Вот здесь Тэль взорвалась целой кучей вопросов. Потом некромант и магиня обложились мешочками с косточками, флаконами с порошочками, камешками разных форм и прочей дрянью, с точки зрения Ника. Он дважды принёс им чаю, несколько раз как бы нечаянно коснулся плеча девчонки, а потом раздражение наросло и превысило все пределы.
— Господа и дамы! — воззвал он и, полюбовавшись отсутствующими выражениями лиц, предложил: — А не пойти ли нам на ближайшее кладбище? Там вам будет гораздо уютнее!
— Ох, нет, Ник! — помотав головой, отказалась Тэль. — А который час? Мне вообще-то домой надо…
— Ух ты! Да я тебя заболтал совсем, — спохватился Лекс. — А главное мы так и не решили. Когда идём?
— А я не сказала? Следующей ночью очень удобно. Лорда не будет в замке. Он отправляется на Дикую Охоту. Поэтому…
— Тётка моя лимонная цедра! — позавидовал Ник. — Настоящая Дикая Охота?! Я бы тоже прокатился…
И поймал странный взгляд барышни.
— Думаешь, это весело?
— Не думаю. Но вот чисто прокатиться, посмотреть…
— Катание в карете Кормчего я тебе устроить не могу! — язвительно заявила Тэль. — Извини! Разве что пойти пораньше и посмотреть на выезд… Но это же мгновения. Ничего и не разглядеть… Ладно, мне пора. Ещё с призраком надо встретиться до утра и всё обговорить…
— Я провожу, — вызвался Ник, останавливая жестом поднявшегося было Лекса.
В мире уже стояла ночь — прохладная, тихая и полная незнакомых звёзд. Выйдя с барышней за калитку, Ник молча обнял её и принялся целовать, с трудом подавляя желание немедленно забраться под блузку. Тэль отвечала — самозабвенно и увлечённо, и, наконец, запустила пальцы ему в волосы. Ник тут же стянул с её головы заколку, превратив хвост в соломенную копну, и даже рыкнул от острой потребности дать волю рукам. Необходимой, как утренний кофе, как солнечный свет, как одеяло в мороз, черти всё раздери!.. Да гори оно всё!
Девичья грудь, мягкая и одновременно упругая, легла в ладонь, и препятствием стала только тонкая ткань блузки. Ник подавил стон, с усилием оторвал дрожащую руку и отодвинул свою кареглазую погибель. Просто второй месяц без женщины… Только и всего. Не больше, так ведь? Ведь именно так?..
Они стояли, уставившись друг на друга, и держались за руки. Светила луна, почти полная, но лицо Тэль разглядеть всё равно не получалось. Ник чувствовал себя, как в восьмом классе средней школы.
Ну или мир изменился.
— Что мне с тобой делать? — вырвалось у него.
— Не знаю, — тихо ответила Тэль.
— Ничего нельзя делать, ты понимаешь?
— Мы ничего и не делали.
— Пока ничего, — усмехнулся Ник. — Почти.
— И я вовсе в тебя не влюблена! — зло заявила она.
— Я тоже.
— Ну и хорошо. Просто мне нравится с тобой целоваться.
Ник потянул её к себе, но поймал в объятия только воздух. Исчезла… Постояв немного, он крикнул в ночь:
— А может, и влюблён! Но самую капельку!
И рассмеялся, когда невесть откуда взявшийся порыв ветра сердито кинул в лицо горсть остро пахнущих, свежесорванных листьев.
***
Жилое помещение превращается в дом, только когда его холят и любят. Это относится и к крупногабаритной квартире, и к избушке дровосека, и к роскошному замку. Больше того — настоящий дом становится в какой-то мере (иногда и полностью) живым и разумным. Но вдобавок — ревнивым и злопамятным. Если хозяин не уделяет ему должного внимания или постоянно пропадает невесть где, забывая о доме заботиться, стоит ждать мелких, но противных неприятностей. Углы паутиной зарастут, маусы артефакты ценные погрызут, а то и тараканы заведутся… И тут уж никто не поможет — ни толпа дезинфекторов, ни нанятые маги, ни работящие горничные.
Именно поэтому дворецкий Чёрного замка ни словом не возразил юной хозяйке, среди ночи поставившей на уши всю прислугу. Миледи в личине лорда Кайтэла металась по этажам и башням, словно ей блох в штаны напустили. Тыкала пальцем в пыльные гобелены и тусклые стёкла, орала на лакеев, топала ногами, устроила скандал на кухне и вообще вела себя безобразно. Как будто не по её вине в замке уже третий месяц царило запустение! Но Белк даже гримасы у неё за спиной не корчил. Напротив! Покорно и подобострастно каялся в ответ на беспочвенные претензии, строчил в блокноте список требований и собственноручно надрал призрачные уши троим поварятам, ответственным за блеск кастрюль.
Истинное чудо, великое и нежданное, явилось в дом! Наконец-то хозяйка озаботилась состоянием замка! Правда, дворецкий решил, что причиной этому — грядущий бал. И жестоко ошибся…
Под утро, утомившись от изуверской ревизии, тщательных придирок и категоричных распоряжений, растрёпанная миледи, рухнув в центральном холле, слегка охрипшим голосом потребовала ужин. В один присест слопала омлет из шести утиных яиц, придвинула к себе блюдо с эклерами и заявила:
— У меня будут гости!
— Вне сомнений! — радостно подтвердил расслабившийся Белк, наливая ей третью чашку клубничного чая. — И они придут в восхищение! Я уверен, что грядущий бал…
— Завтра, сразу после полуночи! — перебила Тэль.
— Простите?..
— Гости будут завтра. Мои, личные. И это не обсуждается, Белк!
Дворецкий слегка напрягся. Конечно, личные гости — огромное благо для хозяйки, но памятуя о последних её вывертах…
— Меню сами составлять будете или приказать повару?
— Повару прикажи. Но по высшему классу — как для вассалов, ясно? И чтобы всё было готово часам к двум ночи. Накрыть в моей башне, в малой столовой. И так, непарадно… Не для гостей, в общем.
— Э-э-э… В каком смысле, миледи?
— Ну как будто ужин на одного. Но еды должно на троих хватить. И никаких лакеев! Даже тебя! Вообще никого в моей башне чтобы не было. И в центральной — тоже. Пока я не покину замок. Не появляться! Не препятствовать! Не мешать никаким образом! И никого не пускать! Ясно? Шэрра я сама предупрежу, но он и без того охотиться собирался.
— Позволено ли мне будет узнать, с чем связан именно такой… странный приём гостей? — осторожно осведомился Белк.
— Пожалуй, — кивнула миледи и откусила сразу половину пирожного. — Это будет ограбление.
Дворецкий решил, что ослышался. Немудрено — последнюю фразу Тэль проговорила с набитым ртом.
— Прошу прощения, миледи, но я, кажется, не совсем понял…
Хозяйка проглотила эклер, отхлебнула чаю и чётко повторила:
— Ограбление! И я в нём участвую.
— А кто ещё примет участие? — ошеломлённо спросил Белк.
— Не твоё дело. Всё, я спать! — объявила она, поднимаясь. — К полуночи чтобы замок блестел!
Юный Тёмный лорд сладко зевнул, расправил плечи и, на ходу оборачиваясь девицей, шагнул в ближайшую стену.
Дворецкий знал единственное чадо Хальгера с младенчества. И как никому другому ему было известно, что, едва выйдя из пелёнок, чадо обнаружило большую склонность к самым разнообразным играм — настольным, подвижным и особенно ролевым. А поскольку играть с ребёнком никто никогда не отказывался и ни в чём не перечил, партнёров своих Тэль воспринимала не столько как игроков, сколько как шахматные фигурки. И прекрасно! Для Тёмного лорда это был совершенно правильный и всячески поощряемый подход.
Но выбрать очередной игрушкой Светлого рыцаря?..
Призрак Чёрного замка вздохнул и покачал головой. Читать хозяйке нотации или кидаться в ноги с уговорами смысла не имело. Если что вбила себе в голову — хоть камнем по той голове колоти, не поможет. Тьма свидетель — вся в отца!
***
Почти в полночь, толкнув незапертую калитку, я ступила во двор рыцарского дома в сопровождении своего фамилиара. Ни души во дворе. Не то чтобы я надеялась на мгновенные объятия под духовой оркестр, тем более мы с Ником вроде как слегка поссорились… Правда, один встречающий всё-таки появился.
Полосатый енот вперевалочку приблизился к белому коту, и у обоих пушистиков торчком встала шерсть на загривках.
— Да пребудет с вами Свет! — нехотя приветствовал Ганс.
— И тебе не хворать во тьме! — прошипел, оскалившись, Йош.
Я слегка пнула его, обошла Лексова фамилиара и направилась в дом. На пороге поздоровались и со мной: нахальный оруженосец, как ни в чём не бывало схватив меня в охапку, чмокнул в щёку.
— А мы заждались уже, — сообщил, выпуская и оглядывая. — Тэль, а ты платья вообще не носишь?
Наглец, да ещё и дурак!
— Какое платье? — Я покрутила пальцем у виска. — Мы, на минуточку, Тёмного лорда грабить идём!
— Так уж сразу грабить! — хохотнул Ник. — Своё возвращать! Или ты думаешь там парой крутых артефактов разжиться?
А вот об этом я как раз и не подумала… Ладно, там видно будет!
— Лекс где?
— Их светлость изволят доигрывать в свою идиотскую игру, — буркнул за моей спиной енот. — Ему это, видите ли, помогает снять напряжение.
Йош, чиркнув хвостом по Нику — не иначе в знак приветствия, прошёл к открытой двери в комнату Лекса, заглянул и вдруг нервно дёрнул ушами.
— Интересный способ сбрасывать адреналин, — прошипел он. — И, главное, мусорное ведро интересное…
Кот вздыбил шерсть и заорал дурным голосом. Мы с Ником едва не подскочили от неожиданности. Заскрипел стул, и в дверном проёме показался недовольный Светлый рыцарь.
— Тьма! Ещё бы три минуты…
Однако момент осознал быстро и вопросительно посмотрел на меня.
— Всё в порядке! — заверила я. — Готовы?
— Готовы, — сказал Лекс, взвешивая на руке небольшой кожаный рюкзак — наверняка с некромантским инструментарием. — Только что-то мне не верится в происходящее…
— Тебя ещё разок ущипнуть? Или пинка дать? — участливо спросил оруженосец.
— А что случилось? — удивилась я.
Лекс помотал головой.
— Ничего такого, Тэль. — Он забросил рюкзак на плечо. — Просто ты мне кажешься нереальной… Как будто я сплю… Понимаешь? Как говорит Ник — колодезный парадокс! Ну сама посуди, прошло всего несколько дней, как ты у нас появилась, а уже…
Я быстро посчитала и сама удивилась.
— Ну да, неделя всего.
— Нет, Тэль, это у тебя неделя. А у нас пятый день только. Тьма забери, я ж полгода головой об стенку бился! Подходов найти не мог! Не знал, что делать! Всех обошёл, все меня послали! А потом это вот всё… — Рыцарь крутанул рукой в воздухе. — Замаячила надежда лорда победить. Но ждать ещё сколько… И тут ты! И карта твоя. Да ещё и знакомец в замке лорда. Так просто не бывает, Тэль! Понимаешь?
— Как раз так и бывает… — задумчиво сказала я.
— Я ему это и вдалбливаю, — заметил Ник. — В мире-то время перемен, верно, Тэль? Тёмный лорд умер, да здравствует Тёмный лорд! Согласись, Тэль, между этими двумя событиями и надо золото мыть. Считай, Санчо, что это компенсация событий, шанс, карт-бланш от судьбы… Ну что-то такое.
— Чушь не говори, а? — поморщился рыцарь.
— Тогда, значит, блюдечко с голубой каёмочкой, — усмехнулся Ник.
— Какое блюдечко? — удивилась я. — Слушайте, хватит уже болтать! Ночь короткая! Лекс! Я реальная! Потом обсудим ваши блюдечки и тарелки! Давайте отправляться уже!
Парни вдруг как-то замялись. Переглянулись, и Лекс едва заметно пожал плечами. А Ник, взъерошив волосы на затылке, со вздохом спросил:
— Тэль, а портал туда можно создать? Мы тут подумали, кто знает, как на тебя меч среагирует. То есть я-то Лексу вроде как родной теперь, а вот будет ли меч чужих переносить — большой вопрос.
Сама я про возможности Белого Клинка напрочь забыла. Да и не было ни малейшего желания пользоваться его помощью, даже из любопытства. Та ещё гадость… И на меня он, конечно, среагирует, ещё бы! Как поварской нож на мясо!
— Вы собрались Спасителя Мира в Чёрный замок тащить?! — очень вовремя удивился мой котик. — Очень умно! Без вариантов идём порталом! Ваша светлость, мы с Тэль хотели настроить переход по карте. Но вы можете помочь, вы же там как бы уже бывали.
— Для создания портала к обители Зла потребуется слишком много сил, — вступил в беседу фамилиар Лекса. И очень неохотно обратился к Йошу: — Я тоже там как бы побывал… И мы можем справиться без них, уважаемый… как там тебя?..
— Ёшкин кот, — шёпотом подсказал Ник, за что немедленно удостоился уничтожающего взгляда зелёных глаз с мгновенно сузившимися горизонтальными зрачками. — Ну прости, прости!
— Меня зовут Йош! — фыркнул кошак. — И я согласен с уважаемым фамилиаром его светлости. Силы всем присутствующим магам ещё понадобятся.
— Ганцонгер Тарский! — представился енот, гордо распушившись. — Приступим, коллега?
Через секунду оба перекинулись и портал создавали уже птичками. Рядом с величавым вороном мой облезлый полуорёл выглядел весьма неказисто. Но разница в форме сильно сглаживалась содержанием: на самом деле Йош мог сделать проход за полсекунды — он-то шёл домой. Хотя в процессе их работы я оценила и Ганса: ворон управился за несколько минут. Конечно, с помощью моего фамилиара, но очень, очень незначительной помощью! О чём Йош действительно позаботился — так это о размере портала. В пылающую арку мы шагнули все трое, плечом к плечу.
У подножия холма бушевала любовно устроенная мной буря. Она мотала вековые сосны, ломала кусты, швырялась сухими ветками и мелкими камешками. Сбоку явственно доносился рёв реки, сверкали жирные, длинные молнии… Красота, короче!
Но небо над замком было ясным и звёздным.
— Спасибо, дождя нет… — пробормотал Лекс.
— Да, повезло, — согласилась я.
Коснулась невидимого отцовского браслета, подавая сигнал герцогу, и резко дёрнула за руку Ника:
— Смотри! Вон там!
Но маги сами уже увидели. И замерли. Зрелище действительно того стоило.
С вершины холма с визгом, свистом и гиканьем взвились призрачные всадники в окружении завывающих гончих. В середине кавалькады неслась открытая карета, и кучер трубил в рог, перекрывая жуткой мелодией даже раскаты грома.
За секунды Дикая Охота пронзила небо, и притихшая было буря тут же усилилась.
— Сейчас ливанёт! — предупредил Йош, и я, схватив парней за руки, потащила их ко входу в подземелья. Оба не то что сопротивлялись, но невольно притормаживали, пялились вверх.
Искомое начало лабиринта было скрыто кустами терновника и запечатано огромным валуном. Оба препятствия быстро и чисто убрал Лекс. Он же осветил открывшийся в холме проход — натуральная нора, только очень большая. Из норы с шумом ринулась навстречу целая стая летучих мышей, и их мгновенно разметали взлетевшие фамилиары.
Парням на входе пришлось пригнуться, а я прошла свободно. Йош, обернувшись котом, шмыгнул вперёд, обгоняя магов. Фамилиар рыцаря последовал его примеру, сразу зафыркал, забурчал, и совершенно обоснованно — под ногами то и дело хлюпала жидкая грязь.
Сам лабиринт замковых подземелий начинался выше и устроен был кем-то из моих предков. Интересно, что бы тот предок сказал, узнав, что Тёмный лорд лично поведёт здесь грабителей в замок? Вряд ли одобрил бы. Даже как-то неудобно перед ним, честное слово…