Глава 25. Её жертва

Морозов пожал руку будущему новому владельцу своего ресторана. Также расстаться предстояло с ещё парочкой активов, в которых он задумывал принимать участие только номинально, а в итоге тратил на это слишком много времени и сил. Покупателем выступал брат Марии Озерной, той самой беременной, которая родила недавно здорового сына только благодаря случайному отравлению жены Севера.

— Я планирую, что Маша и моя жена будут этим заниматься, года через два, когда отойдут от ролей яжематерей. Маша родила, а моя жена только беременна. — улыбнувшись, окинул взглядом ресторан её брат. — А пока это хорошее вложение, помещение такого плана на дороге не валяется.

Через полчаса у Севера была назначена ещё одна встреча. Ида Ковалевская собственной персоной вошла в ресторан. Пока она шла по залу плавной походкой в женственном платье, Север поднялся, чтобы пододвинуть ей стул и поухаживать за ней. Ида была из тех женщин, которых Север относил к категории хороших жён, на таких надо жениться, рожать с ней детей, ухаживать и дарить своё время и внимание. Они того стоили… Лера была такой. Жаль, что Север к категории хороших мужей себя не относил, как и муж Иды был далёк от этого.

Кира не так давно поделилась с ним, что муж отправил её полечить нервы в санаторий для женщин, который Демоница назвала филиалом психбольницы на минималках. Видимо, чтобы оставаться хорошей женой нужно время от времени подлечивать голову.

Ида не стала ходить вокруг да около и сразу сообщила цель своего визита:

— Я долго думала, что подарить Кире, не хотелось бы дарить что-то ненужное. Она равнодушна к вещам, шмоткам, тем более украшениям. Что есть они, что нет, ей всё равно.

«Что? Как это?» — подумал Север, очень надеясь, что удивление не написано на его лице.

— И вот, я подумала и решила… — Ида протянула ему планшет, где Север пролистал несколько фотографий. — Я когда её встретила в первый раз, она была в таком красном платье, как у Джулии Робертс из Красотки, хоть ей этот фильм и не понравился. Опера! Римская! Она никогда не была в театре, так пусть начинает с этого! Травиата — шедевр мировой оперной классики! А если не зайдет, то там на последних трёх страницах точно ей понравится, закажу столик в мишленовском ресторане, лучшая итальянская кухня, она любит поесть.

— Я не могу вас отпустить в Италию, извини. — глядя на сияющую Иду, огласил свой вердикт Север. — Это слишком опасно, да и твой муж, думаю, будет против.

— Нас? Нет, вас! Я хотела для вас обоих организовать несколько дней в Италии. — ошарашила его своими замыслами Ковалевская. — Север, она же ничего в жизни не видела, вы даже в свадебное путешествие не поехали, она за пределами Москвы то не была, кроме вашей поездки в Питер… Ты знаешь, как ей понравилось? Она чуть не плакала, когда про Эрмитаж рассказывала, а представь, как она отреагирует на Флоренцию? Ты там был?

Ида всё говорила и говорила, с сияющими глазами описывая будущий восторг его жены, которая может открыть для себя Италию, да ещё и вместе с мужем. Север вдруг проникся этой идеей — провести с женой небольшой отпуск, в котором он не был с прошлого Нового года и согласился на затею Ковалевской с подарком, очень надеясь, что в отпуске он не встретит самого Кощея, памятуя подарок мужа Иды на свадьбу и встречу с Калдыром.

*****

Север делал вид, что смотрит в планшет, сидя в кресле гостиной, но на самом деле, он смотрел на свою жену, что поставила перед аквариумом два высоких барных стула с кухни, для себя и для Графини, и они обе пялились на рыб уже полчаса. Вместо человека и собаки, у Севера в доме были будто две любопытные кошечки.

Послезавтра у жены было день рождения, организацию Север взял на себя и он очень надеялся, что ей понравятся и подарки, которые он для неё приготовил, и то, что будет после. Он уже не ждал её решения, всё итак было понятно. Они уже вторую неделю спали только вместе, в обнимку. Кира не позволяла себя целовать, но ничего не имела против объятий, однако, спала всё в тех же детских пижамах.

— В темноте то не видно! — раздражённо фыркала она на его робкие попытки предъявить претензии, он боялся её спугнуть и поэтому не настаивал.

Кира чувствовала спиной его взгляд, она теперь постоянно чувствовала Севера рядом, и днём, и ночью. Она всё ещё раздумала над его непристойным предложением. Если им так хорошо целоваться, то что будет в постели? Может он сможет решить её некоторые проблемы с этим делом. Она пыталась расстаться с девственностью несколько раз и каждый раз всё заканчивалось ничем. И в этом была её вина, она сильно нервничала и боялась боли, к которой, казалось бы, давно привыкла, били то её часто. Но представляя у себя в голове, как ей будет больно «там», её бросало в дрожь. Даня в силу возраста и слабохарактерности не настаивал на сексе, ему за глаза хватало её выкрутасов ртом. Кира относилась к оральному сексу, да и сексу в целом, всё равно что никак, просто механические телодвижения, от которых бывает приятно, она не придавала ему большого значения. Ну, есть и есть, нет — так нет. И уж тем более она не хранила себя для первого, единственного и любимого. Даня вроде как был любимый, но сильного порыва ему отдаться она что-то в себе не чувствовала. Может с Севером что то изменится?

*****

Её день рождения был на самом деле не для неё, как и все светские торжества, которые она посещала, были не для виновника. А для его окружения, чтобы не потерять связь с нужными людьми, показать им их важность, пригласив их на праздник, выпить вместе, прийти к определённым договорённостям. Из всей сотни гостей, Кира была рада видеть только Иду, и очень была бы рада видеть Эдика, но он не пришёл, только подготовил её к выходу и сказал:

— Я одеваю стрекозочек для этих вечеринок, но сам никогда на такие не хожу. Я отдыхаю только со своими людьми. Это всё не мои люди, а трата времени. — вздыхал он, поправляя ей платье, сотканное будто из тысяч бриллиантов.

— А я не твой человек? — тихо спросила Кира, которой в сердце неприятно кольнуло его откровением.

— Ты мой человечек, Кирюша! — потрепал её за щечки Эдик, целуя в нос. — У меня для тебя сюрприз, в следующую пятницу, чтоб освободила день и ночь!

Кирюша… Так её только бабушка называла, Морозова смахнула слезу и крепко обняла Эдика, своего друга. Также крепко она обнимала мужа, когда увидела, что он для неё приготовил. Он запомнил!

Запомнил, как она однажды рассказала ему про цирк, куда её водила бабушка один раз, и как ей там понравились акробаты. Теперь акробаты были прямо здесь, в огромном саду загородного комплекса, где проходил фуршет на свежем воздухе. Кира с открытым ртом переходила от одних артистов к другим и хлопала в ладошки, за ней следом бегал Тимофей и ещё один охранник. Муж тоже иногда к ней присоединялся. Когда завороженная огнём Морозова смотрела огненное шоу, Север обнял её сзади, поправляя на плечах меховое манто, что подарил ей к платью по наводке от Эдика.

— Не замерзла?

— Нет. Так красиво, Север, спасибо! — улыбалась она, повернувшись к нему.

Он слегка нагнулся и прикоснулся к её губам своими, Кира глубоко вздохнула и позволила ему себя поцеловать, недолго и без языка.

— Я согласна. — тихо сказала она, когда поцелуй был закончен, и сразу отвернулась, только бы не смотреть ему в глаза, ещё передумает от страха.

Почти две недели она думала над его предложением, сначала, склоняясь в сторону «нет», но в итоге выбрала «да». Север в качестве первого сексуального партнёра казался ей хорошим вариантом, мало ли в кого она влюбится после того как начнёт новую жизнь? А тут надёжный, опытный, вроде как даже муж. Сделает всё быстро, может потом что интересного покажет. Если повезёт, так и научит чему. Севера она выбирала логикой, чувства к нему в принятии решения не участвовали. Да, бабочки тоже были, но стоило подумать о сексе, они тут же дохли от страха.

— Зачем ты пригласил ко мне на праздник эту королеву алкомаркета? — раздражённо выпалила Кира, кивая на Дину Юсупову, что выхватила стакан с шампанским у официанта и тут же залпом его осушила.

— Мне нужен был её муж. — оправдался Север. — Он не пришел.

— А без неё нельзя было пригласить? Она сохнет по мужу Иды, если опять подерутся, ты будешь разнимать. — фыркнула жена.

— Мы уйдём до того, как она нажрётся, сразу после десяти. — сообщил ей Север, нежно касаясь её щеки губами.

«Значит до двенадцати стану женщиной.» — сделала вывод Кира и вдруг передумала ею становиться. Зачем она сказала, что согласна? Зачем, его дразнила две недели, ложась с ним в постель? Как ему теперь об отказе сказать, она же только что согласилась?

Оставшееся на празднике время именинница получала подарки, их позже должна была проверить охрана. Муж вручил ей машину, большую и красивую, как она и хотела. Кира висла на его шее и пищала от восторга, пока он обнимал её под вспышки фотокамер.

Кощей, наконец, напомнил о себе, прислав ей в подарок две сотни черных роз, Север не дал ей даже до них дотронуться, приказав их убрать, а после отошёл переговорить с Ковалевским-младшим. Кира сгорала от нетерпения, интересно о чем они говорили?

Организаторы вечера собрали гостей с улицы в ресторан, где Кира, улыбаясь фальшивой улыбкой продолжала принимать подарки и поздравления, думая только о том, что случится сегодня ночью, и её решение всё больше казалось ей не таким правильным. Это всё усложнит. Сейчас они с Севером партнёры, а если будут спать вместе, как он тогда будет к ней относиться?

Терзаемая своими мыслями, она не заметила, как поздравления от одного из гостей закончилось почти оскорблением:

— … поздравляю, Север, с совершеннолетием твоей жены, теперь исполнять супружеский долг это не преступление.

Кира слегка приподняла брови, думая, как бы сломать языком хребет этому далеко не юному словоохотливому мужику, кажется, он был партнером Севера по строительству завода. Её опередила Ида, которая ловко и довольно вежливо поставила мужчину на место, а потом вызвалась сказать тост для подруги.

Чем больше Ида говорила, тем шире округлялись глаза Киры — муж и подруга дарили ей поездку в Италию! Морозова была готова кричать на весь зал ресторана от радости, что переполняла её. Она, наконец, увидит море! Морозова искренне благодарила своего мужа, который утверждал в начале их брака, что ни о каких поездках и речи быть не может, пока Кощей за их спиной. Север держал её дрожащую от волнения ладошку в своей и слегка улыбался.

— Это лучший подарок сегодня? — тихо спросил он, целуя её руку, от чего особо мерзкие дамочки за столом фыркнули.

Морозова закивала головой и обняла его обеими руками за шею, чтобы скрыться от посторонних глаз, пока она нашептывала ему на ухо:

— Я надеюсь, что все эти твои подарки это не плата за секс, а то мне было бы очень неприятно стать вместо невинной девы продажной шкурой!

Она строго взглянула на него, надеясь прочитать ответ в глазах, но нам был только Север, холодный и расчетливый, как всегда. Конечно, он себе этими подарками перинку подстелил!

Не успела жена как следует обидеться на своего мужа, как её опасения насчет Дины начали оправдываться — на глазах у всех гостей, она вывалила грязное белье в виде двух не объявленных общественности детей Ковалевских на стол.

Кира всегда внутренне восхищалась сильными женщинами, что могут держать удар, такой ей казалась Адель Бахтиярова, Александра Ким, Ида, но глядя сейчас на свою подругу, она начала догадываться какой ценой достаётся это умение — тебе придется себя убить. Себя прежнюю, что верила в хороших людей, что добро побеждает зло, в чистую и большую любовь, таких обычно растаптывают те, кто посильнее. Выжить будучи циничной эгоистичной сукой было гораздо легче.

Когда Север описывал Ковалевскую до того кошмара, что случился с ней, она в глазах Киры была мягкой доброй хорошей женой и матерью, теперь её место заняла женщина, что вынуждена была улыбаться ненавистному ей мужу и остальным гостям. И внешне всё выглядело даже очень неплохо голос, манера держать спину прямо, но вот её взгляд, будто убитой женщины внутри, он её выдавал — пустой и безжизненный, она словно смотрел сквозь людей, а они этого даже не замечали. Как на них смотрит женщина, что убивает себя по кусочкам день за днем. А почему не замечают? Потому что остальные сами давно уже сдохли, только конечности ещё шевелятся в агонии.

Кира вместе с ними быть живым мертвецом не хотела.

— Север, я хочу от тебя ребенка! — вдруг громко сказала она, перетянув внимание на себя, и она очень надеялась, что Ида свалит отсюда подальше и от души поревёт.

— Прямо сейчас? — спросил её муж охрипшим голосом.

— Ну, да, а чего тянуть то? — закивала она. — Лучше двух сразу, а ещё лучше трех! Чтобы сто раз в роддом не ходить! Как бы нам сразу трех бы заделать? Никто не знает верный дедовский способ? Чтоб наверняка сработало! Может отвар какой из диких трав выпить?

*****

— Мне сделали противозачаточный укол неделю назад. — тихо шепнула жена мужу, когда они стояли на улице в обнимку. — Но я бы всё же предпочла, чтобы между нами осталась тонкая прослойка презерватив, а то ты всяких шлюх грязных шпилишь без конца и края, не хотелось бы от твоей Веронички-клубнички букет венерички получить в подарок.

— Я, что по-твоему совсем идиот, чтобы не думать о своем здоровье?

— А зачем вы тогда у эскортниц справки требуете? И почему у них в прайсе всегда есть услуга секс без презика? И да, я считаю, что все мужчины идиоты, когда у них стоит член. Ты не исключение, можешь, что угодно о себе там думать в верхней твоей голове, нижняя за тебя решает, когда женщину голую видит.

Высказав своё веское мнение, она отвернулась от мужа, и в нетерпении вглядывалась в темное небо, она точно знала, что сейчас будет салют. Север, молча скрипел зубами, за один вечер она умудрилась довести и его верхнюю и нижнюю голову до исступления.

Пока Кира горящими глазами смотрела в о взрывающееся небо над их головами, её муж обдумывал детали сегодняшней ночи и пришел к выводу, что к ней он подготовился не так тщательно. Тут тебе и салют, и подарки, а дома даже свечей нет, никакой романтики, а она ей вообще нужна? Он думал увезти её отсюда сразу, как закончится салют, но Демоница куда-то запропастилась…

Ковалевская в это время схватила Морозову за хитрый зад — она её раскусила, она вывалила всё, что на самом деле думает о ней и почти всё оказалось правдой. Косить под пустышку-глупышку больше было перед ней не надо. Более того, она попросила Иду нарыть информацию на Филина, как будто знала, что они с Севером не так давно обсуждали, а вот муж Иды, похоже, свою жену держал в неведении. Ведь попросил Севера о том же самом. Кира согласилась помочь подруге, тем более были у неё кое какие идеи насчёт Филина, которые мужу она не озвучивала, ни времени, ни особого желания проверить их у неё не было. Надо бы найти, похоже Ида в панике, если не в отчаянии.

Кира на секунду задумалась, а что ей, собственно, взять с Ковалевской? У неё же нет ничего кроме денег мужа. Зато она хорошая мать и ей можно пристроить своего «ребёночка», которого бывшему мужу после развода оставлять она не собралась. На том они и порешили…

— Север тебя сегодня балует. — улыбнулась Ида, кивая на манто. — Столько подарков, я слышала, как зубы у завистниц крошатся.

— Так и было задумано. — вздохнула Кира, поправляя платье. — Но самый главный подарок Север готовит для себя.

— Какой?

— Он сегодня собирается лишить меня девственности, какой же он наивный. Этого в договоре прописано не было. — цокнула язычком Кира, расхохотавшись на всю округу.

Её мнение сегодня менялось, как настроение, у женщины с ПМС, минут десять назад она хотела ему дать, а теперь уже нет. Когда Ковалевская ушла, Кира решила немного прогуляться по саду и ещё раз подумать насчёт Севера.

— Кира Дмитриевна, одна и без охраны?

Морозова чуть не споткнулась о собственное платье, когда услышала голос Филина позади себя. Она резко развернулась, оглядываясь вокруг, она и вправду была без охраны. Куда делся Тимофей? Он же только что рядом был, а теперь только Филин. Он медленно приближался к ней, в одной рубашке без пиджака и привычного жилета. Его глаза блестели в темноте, как будто он и в самом деле был ночным хищником.

— Позвольте выразить вам своё восхищение и поздравить с днём совершеннолетия. — оскалился Филин, вставая в считанных сантиметрах от неё. — Сегодня он тебя не пожалеет…

— Что? — чуть приоткрыла рот от удивления Кира.

— Он не спал с тобой, пока тебе было семнадцать, ты ведь всё ещё девственница? Вот я и говорю, сегодня он тебя не пожалеет.

— А что это тебя так сильно волнует? — пожала плечами Морозова, принюхиваясь к запаху, исходящему от Филина.

«Да, он пьяный в стельку.» — пришла к выводу она.

— Хочешь, я сделаю так, что ты исчезнешь прямо сегодня и никто тебя не найдёт?

— Это ты так вежливо меня убить предлагаешь?

— Нет, я предлагаю тебе жизнь. Если останешься — сдохнешь.

— От руки Кощея?

— Не только его…

— Спасибо, я, пожалуй, останусь там, где была. С Севером мне безопасно.

— Да, что ж за тупые бабы меня окружают, а? — чуть ли не закричал Филин, взъерошив свои тёмные волосы. — Ни одна жить не хочет! Что вам рядом с мужьями мёдом, блядь, намазано?!

— О-о-о, кого-то через хер кинули, да, Филин? — хохотнула Кира, насмешливо глядя на мужчину, которому, похоже, сегодня не перепало. — Что, Идочка тебе сказала? Пошел в жопу, мужа люблю?

— Да пошла эта Ида! — процедил сквозь зубы Филин, сжимая кулаки. — Вместе со своим Владом долбаным!

Её встроенный в задницу датчик опасности запиликал противным звуком, что говорил только об одном — Филин что-то задумал против Ковалевских, и они оба это понимают, раз выперли его за круг избранных гостей в своей семье. Сегодня за столом они все втроем будто делали вид, что не знают друг друга. Надо помочь Иде, как можно скорее… И тут Кире поступило новое охренительное предложение.

— Я сделаю для тебя то, что ты просила, а ты свалишь со мной отсюда прямо сейчас!

— Ага щас, разбежался. — хмыкнула Кира, сложив ручки на груди. — Я тебе что — утешительный приз проигравшему? Тем более мне уже не надо. После секса, как известно, мужчины такие сговорчивые. Северу скажу и он моего папеньку за яйца подвесит, чтобы сказал правду про маму.

Филин чуть не подавился собственным языком, отошел от Киры на шаг и будто взглянул на неё другими глазами.

— Север? Тот самый? Которого чужое горе вообще не ебёт ни одним местом? Ты его попросишь и он сделает? А ты ему за это дашь?

— Настоящего мужчину ни о чем просить не надо, он сам всё знает и делает! — стрельнула Кира мудростью, которую подслушала однажды на афтепати в женском туалете.

— Крепко же ты его за яйца схватила, Демоница. — усмехнулся Филин. — Наконец, дошло, что мужей можно не только убивать, но и ими пользоваться. Нашла волшебный спусковой крючок у них между ног? Быстро схватываешь, детка. Хвалю за рвение, но лучше бы ты его убила, чем ложиться под него ради своей выгоды. Я бы тебя больше уважал.

— А к чему мне твоё уважение, не подскажешь? — вскинула бровки Демоница.

Филин покачал головой и сжал кулаки, глядя куда-то сквозь неё.

— Надо было за тебя побороться… — тихо пробормотал он, меняясь в лице.

— Чего? — опешила Кира, опуская руки.

Теперь она будто увидела перед собой совсем другого мужчину, проблески которого она заметила ещё в зоопарке, где он случайно показал ей чуть больше себя настоящего. Да и она что-то расчувствовалась тогда, а что происходит теперь? Он резко обнял её, прижимаясь щекой к её волосам.

— Прости, я не думал, что всё так получится… Не хотел связываться… Не мои проблемы… Я об этом жалею. — забормотал он, потеревшись о её волосы щекой, пока Кира застыла в его объятиях. — Я оставил тебе подарок, в чёрном пакете с розовой ленточкой, открой его дома и не показывай мужу открытку. Поторопись, человек, который тебе нужен, вечно жить не будет…

Девочка, которая никогда толком не знала, что значит тепло родных объятий и незаметно для себя искала их у всех, кто готов был её обнять, не пытаясь залезть при этом в трусы, вдруг оказалась в объятиях у того, кого почти презирала. И там было почти также приятно, как у Севера.

— Я приходил к твоему отцу, ещё до первого мужа, а потом после… Ты могла стать моей женой и не пришлось бы тебе всего этого делать… — глухо сказал он, не выпуская её из объятий, да она и не стремилась его отталкивать.

— Я не хочу быть ничьей женой. — тихо сказала девочка, уткнувшись ему в плечо лбом.

— Я знаю… понимаю, но иногда надо делать то, что не хочешь, чтобы получить то, что хочешь больше всего на свете. Но спать с ним к этому не относится. Привыкнешь — и из этого будет уже не выбраться… Бывших шлюх не бывает, что бы они там себе не думали.

Филин тяжело вздохнул и прикоснулся губами к её виску, Кира подняла на него глаза и задержала дыхание — ей захотелось вдруг его поцеловать. Ей показалось, что он хочет того же самого, с одним только отличием — поцеловал он её в лоб, как муж в день свадьбы.

— Я вам не мешаю? — сказал ледяным тоном тот самый муж где-то рядом.

Кира боязливо взглянула на Филина, что лишь усмехнулся, быть пойманным с чужой женой ему было не впервой.

— Ой, как нехорошо получилось. — оскалился он.

Морозова высвободилась из его объятий и отступила на шаг, боясь взглянуть на мужа, чей образ во время всей этой сцены даже не всплыл на задворках сознания. Филин же будто надел привычную маску хамоватого прожигателя жизни.

— Мы же не будем здесь семейную сценку ревности разыгрывать? — вскинул руки Филин, с насмешкой глядя на Севера. — Вы же не семья даже, у вас фиктивный договорной брак.

— С чего ты взял? — процедил сквозь зубы Север.

— Так мне твоя жена сказала, когда мы… Ну, не важно. — махнул рукой Святослав и стал очень серьёзным. — Вы что-то заигрались, господа хорошие, и мне это уже надоело, потому давайте сразу к делу…

Он протянул руку к Кире, она взглянула на его ладонь, потом на Филина, затем на мужа.

— Хватит быть его ручной обезьянкой! Ты не его жена и не его собственность! — повысил голос Филин, сверкая глазами в темноте. — Больше никаких скачек, чёртовых светских раутов и презентаций, и уж тем более свингерских вечеринок! Тебе не надо будет светить сиськами, чтобы подразнить его врагов! Я обещаю тебе — ты получишь то, что хочешь!

— Я итак получу… В октябре… — тихо возразила она.

— Если тебя не убьют, милочка, и если он тебе позволит взять своё. — усмехнулся Филин, кивая на её мужа. — Он ведь тебе не сказал, что папаня твой заказал твоё похищение? Зато муженёк обложил тебя охраной с ног до головы. Ты и шагу ступить не можешь без его надзора и это всё во благо тебе, конечно! Веришь? Я нет… Твоё благо ему вообще не упёрлось ни в одном глазу, он о себе только думает!

Морозова взглянула на мужа, который ни словом не обмолвился об её отце… Почему не сказал?

— Поедем со мной и я тебе клянусь, ты останешься живой! — нетерпеливо выпалил Филин.

У Севера из под носа как будто уводили жену, а он молча смотрел, как она растерянно смотрит то на него, то на зарвавшегося Филина, что распалялся ещё больше.

— Если ты привыкнешь к такому отношению к себе, ты себе всю жизнь сломаешь! — прокричал Святослав, всё ещё с вытянутой рукой. — Родные и близкие ещё не всё доломали, а он сделает! Жена пыталась от него уйти! Он не отпустил её, хотя насрать ему было на неё! Она погибла из-за него, поэтому его так кроет и он ищет виновных! Чтобы с себя вину снять! А ты его вторая попытка показать всем, что он мужик и никому не даст отнять то, что ему принадлежит! Лера сдохла, ты следующая! Ни хрена у него не выйдет, если продолжишь быть замужем!

Морозов метнулся в Филину, схватил его за рубашку и толкнул к ближайшему дереву, больно ударяя его об ствол спиной. Север замахнулся кулаком, чтобы ударить его в челюсть, но Филин его поразил — он перехватил его кулак ладонью и крепко держал, не давая себя ударить. Мужчины замерли в немой и абсолютно равной схватке, испепеляя друг друга взглядами.

— То, что у неё никого нет, не значит, что её можно пускать в расход, Север! Она не вещь! Она живой человек! — прошипел Филин. — Людей, которым на неё не плевать гораздо больше, чем ты думаешь!

— Например, ты? — процедил сквозь зубы Север. — Да, ты же мать родную продашь, если так будет нужно тебе!

— Продам, я её ненавижу. — усмехнулся Филин.

— А она тебе зачем? — кивнул Север в сторону притихшей жены. — Её кому продать собрался?

— Она не вещь! — повторил Филин. — Она просто сломанная девочка, как ты этого не понимаешь?!

Сломанная девочка, она же не вещь, равнодушно смотрела на двух стрекозлов, что делили одну стрекозочку, которая им даже повода не давала. Она не понимала поведения ни того, ни другого, зато у них обоих на неё какие-то свои планы и до обоих ей было абсолютно фиолетово, вдруг поняла она.

— Идите в жопу, я домой хочу, у меня собака не кормлена! — громко сказала она, развернулась и пошла прочь.

Как только Кира скрылась вдалеке, Филин тут же поменялся в лице, как и полемика его стала совсем иной. Он усмехнулся и отпустил кулак Севера.

— Уже не надо, твой единственный зритель ушёл прочь. Эх, Север, я был о тебе лучшего мнения. Но даже лучших из нас прибивают каблуком к полу женщины. Очень бы тебе посочувствовал, да ты сам виноват. — по-дружески потрепал его по плечу Филин. — Как тебе в голову то пришло на ней жениться? Я ж тебе только про схрон сказал, её ты зачем вместе с ним на себя то взвалил и потащил?

— Ты чё несёшь, Филин?! Ты какого хера тут устроил?! — взревел Морозов, толкая его в грудь.

— Ты попал, Север, ты просто ещё не понял, насколько сильно ты попал. — покачал головой Святослав. — Долго ты ещё раскачиваться будешь, дразня Кощея и ни хрена не делая при этом, чтобы с ним покончить? Ты в своём уме и здравой памяти? Я так, напомню, у тебя он у тебя за спиной стоит и костлявым пальцем в спину тыкает, а ты куда смотришь?!

— Очевидно, туда же, куда и ты. — холодно заметил Север.

— На неё что ли? Мне до неё пофиг, как и тебе должно быть.

— Только что ты тут распинался в обратном.

— Как видишь, она не повелась, в тебя вцепилась, значит, ты ей пока полезен. Смотри, не облажайся и делай, что она говорит, а то будешь там же, где и все остальные жертвы. Ты её жертва, Север, и даже не думай, что сможешь это как-то переиграть.

Север только покачал головой на это спорное утверждение.

— А какого чёрта ты пиздел про мою первую жену? Она не пыталась от меня меня уйти!

— Лера пришла ко мне ещё беременная, когда я только-только начал вставать на ноги, она спрашивала про охрану. Смогу ли я её защитить в случае чего.

— От чего?

— Не от чего, а от кого. Я не знаю, что у вас там в семье было, и знать не хочу, и не хотел тогда в это лезть. Но защита ей нужна была от тебя, жена хотела с тобой развестись, да так и не развелась. Её убили раньше.

— Ты врёшь!

— Да, думай, что хочешь. Её с того света не вернёшь, чтоб точно спросить. — махнул рукой Филин.

Морозов в задумчивости смотрел вслед удаляющемуся мужчине, его мысли метались от одной стороны полушария к другой, и он никак не мог понять, что всё это значит? Однако, чётко осознал одно — товарищ птиц прилетел к нему той самой птицей обломинго и нарушил все его планы на жену. Ни хрена ему сегодня не перепадёт от неё. Это всё, что волновало его тупую голову…