ГЛАВА 25

Никому нельзя верить! Я первый раз в жизни заснул с девушкой, а она меня чуть не сожрала!

По дороге молчали, только звонко выстукивали по каменистой тропе копыта. Развилку я бы не приметила, но Шер уверенно свернул, и я потряслась за ним. Лошади явно нервничали, мне лес, местами подступающий к тропе, тоже радости не внушал. Может, тут и волки водятся, или медведи, или зомби.

Ворота выросли из темноты внезапно. Дальше тропа явно расширялась, но была огорожена. Собственно, в свете взошедшей луны стало видно, что огорожен тут вообще приличный кусок склона, где-то использовался частокол, где-то естественные выступы скал.

— Неслабая оградка для хутора на три двора, — оценила я высоту частокола.

— Три двора — это полсотни человек как минимум. А строить солдаты из форта помогали. Удобная база для ночевки.

— А где все? — Встречать нас никто не спешил.

Мы отошли от похрапывающих лошадей к крохотной калитке. Шер ковырялся у забора. Я стояла, прислонившись к гладким бревнам спиной, и с опаской смотрела на лес.

Наконец раздался щелчок. Шер достал меч. Я метнулась к лошади, сдернула с луки сумку, в которую недавно сложила свои ножи и остальное, что не влезло в карманы. Хоть какое-то оружие. Хотелось ощутить в руках холодную тяжесть… автомата.

На склон, туда, где темнели силуэты построек, уходила вырубленная в камне тропа-лестница. По ней мы и пошли. Шер впереди, я за ним, едва ли не пятясь, цепляясь за хлипкие перила из жердей. Наверху была неровная площадка и действительно стояло три группы построек. И ни души. Даже собаки не лаяли.

Топающую к нам фигуру я разглядела первая, толкнула Шера локтем в бок. Тот обернулся, пригляделся и сказал очень длинную певучую фразу. На островном, кажется.

Достал овальный амулет — я видела уже, как по такому переговаривались, — и одновременно зашептал, выплетая что-то загадочное пальцами. Фигуру от меня он почти полностью закрыл.

— Аль, мы на хуторе, тут ходоки, скачите к форту, сам справлюсь, — проговорил он в амулет.

— А Ника? Сколько их? — долетели тихие вопросы.

Шер как раз спускал с пальцев искорки, разлетевшиеся во все стороны. Одна тут же взвилась над приближающейся фигурой и покраснела. Бредущий мужик особого внимания на подсветку не обратил. Продолжал тащиться к нам. В кармане в очередной раз завибрировала зажигалка. Орнамент ярко светился синим.

— Нику попробую отправить к вам. — Снизу донеслось заполошное ржание. — Нет, не попробую. Окружили, уйдем через пасеку и по реке.

— Сколько их? — снова прозвучал вопрос.

Шер посмотрел, как вспыхивают один за другим красные светляки. Словно разгорается праздничная иллюминация.

— Мы выйдем нижним трактом. Встретимся в Вилене. Их несколько десятков. Уходите. — И добавил жестким, не терпящим возражений голосом: — Это прямой приказ.

И отключился.

Не знаю, кого там были десятки, я на глаз прикинула сотни полторы. Вот только кого? Бредущий к нам мужик тем временем подошел. Дальше все слилось в жуткую сцену абсурда.

— Не смотри, — сказал мне мой заботливый жених, дернулся вперед и снес мужику голову.

Та отлетела, вращаясь, а тело, шагнув последний раз, рухнуло, словно мешок с картошкой.

— Ты его убил, — потрясенно выдохнула я.

— Не я.

Не давая мне с каким-то противоестественным, жадным любопытством всматриваться в останки самого настоящего зомби, Шер ухватил меня за руку и поволок куда-то за дома:

— Держись рядом, за спиной, старайся не подставляться. Мне нужны будут обе руки. Хорошо?

— Конечно, — с готовностью кивнула я. — Может, я помочь могу?

— И это все? Ни обмороков, ни истерики, ни слез? — всмотрелся в меня Шер.

— Ну, занесу в блокнотик «испугаться позже» к оборотням и призракам. — Я пожала плечами.

Лимит изумления в этом мире вообще исчерпался довольно быстро, и я принимала все как должное. Заодно припоминала, что советует кинематограф при встречах с зомби. Первым пунктом выходило «бежать».

И мы действительно побежали. Только вот бегали бездарным зигзагом, прежде чем я поняла, что мы просто приманиваем к себе побольше этих тварей. Попутно его светлость пояснял:

— Ходоки медлительны и тупы, чтобы ходить, им нужна подпитка, все-таки труп не так просто сдвинуть. Магия копится в костях в нестабильных районах. Поэтому трупы стараются сжигать. Но не всегда.

Он оттеснил меня с дороги, запустил пульсар, расплескавшийся по одной из трех попавшихся на пути фигур. В свете веселого костерка порубил оставшихся двоих и поманил меня дальше.

— Чтобы уничтожить ходока, можно его сжечь, перерубить позвоночник, так как чаще всего он является стержнем, аккумулирующим магию, или просто нашинковать помельче, — продолжал лекцию Шер, а перед этим, видимо, была наглядная демонстрация.

— А что против них могу я? — спросила я снова.

Наткнулась на очень серьезный взгляд:

— Бежать. Я бы вообще тебя в доме запер, пока их в кучу собираю, но совсем не уверен в твоем благоразумии. — На мое возмущенное сопение лишь белозубо улыбнулись.

Вокруг нас собралась уже изрядная толпа мертвяков.

— А если этот ходок укусит или оцарапает, — решила я прояснить волнующий вопрос, — то я тоже вскоре стану такой?

— Не исключено, трупный яд в крови — это очень неприятно. От этого даже умирают. А там уж как повезет.

Мы отступали к скале, у которой к пасекам спускалась еще одна тропа-лестница, перегороженная в нескольких местах подобием калиток. Ходоки медлительно шаркали в нашу сторону, но вдруг все изменилось. По толпе бредущих трупов будто прокатилась рябь, и те понеслись на нас. Далее события развивались очень стремительно. Шердан буквально отшвырнул меня за спину, уронил меч, согнулся и выдохнул что-то непроизносимое гортанное. Дрожащая волна пламени понеслась от его распахнутых, словно в гостеприимном жесте, рук. Сталкиваясь с телами, огонь растекался по ним. С противным треском лопалась плоть. Ветер налетал порывами, пригоняя удушающие клубы горелого смрада. Первые, самые резвые ряды буквально смело, дальним досталось тоже.

— Здесь кукловод, вот драный кранк! — ругнулся его светлость. Ответом ему был далекий хриплый вой, отразившийся эхом от скал. Шер закаменел: — А вот и сам драный кранк…

— Это очень плохо? — спросила осторожно.

— Это хуже, чем очень плохо. Это вообще… — Он понизил голос, так что эпитета я не поняла, но интуитивно догадалась. — Постараемся уйти по реке. Но сейчас надо выбраться из деревни. У этих ходоков есть поводырь. Кукловод. Это он их ускорил, заставляя быстрее расходовать магию. Вторую волну огня я запустить не смогу, но их осталось не так много. Сможешь поджечь — поджигай. Увидишь среди них живого — метни нож.

До нас дошла следующая партия ходоков. Да, в кино это выглядит куда как романтичнее. В узком проходе меж сараями Шер рубил подходящих тварей, которые когда-то были людьми. Я же, запрыгнув на колоду и взяв в руки по ножу, всматривалась через его голову и старалась разжечь горячий пульсар на груди самых дальних, до кого могла дотянуться. Получалось через раз, но некоторые все-таки загорались и падали. Очередная темная фигура, высунувшаяся из-за угла, получила свою порцию огня, но не рухнула, а истошно заверещала и начала сбивать пламя. Это стало полной неожиданностью. Так что с колоды я благополучно свалилась. Но Шер ухитрился поймать меня одной рукой. Убедился, что стою, запустил вдогонку улепетывающему магу какую-то темную дрянь, хотя результата я уже не видела.

— Как ты пробила его щиты?

— Какие щиты? Я огонь делала прямо у них на груди. Докуда дотягивалась.

— Страшная женщина! — покачал головой Шер. — Нет, никаких академий.

Заметно растерявшие боевой энтузиазм мертвяки протащились за нами до самого конца тропы, это тупое молчаливое преследование начало пробирать меня. Я заметно дрожала, пятясь за спиной жениха. Меч врубался в тела то с тупым стуком, словно топор в колоду, то с влажным чавканьем и хрустом костей. Противник убывал, но я видела, что устал и мой мужчина. Приближалась первая калитка.

— Ника, мне нужно отвлечься на дверь, чтобы взломать ее. — В голосе Шера звучало беспокойство.

Я видела, что он старается больше не тратить магию, хотя и не понимала почему. Из-за этого кранка, что ли? А еще не нравилось ощущать себя обузой. Я понимала, что без меня Шер действовал бы куда свободнее. Метнулась к калитке, зажатой в щели двух скал, осмотрела ее:

— Тут просто щеколда с нашей стороны!

Мы проскочили, захлопнули створку, и пока Шер колдовал, задвигая щеколду обратно в паз, я спустилась ко второй двери. На последней преграде к лугу светились голубоватые знаки, вырезанные прямо на дереве.

— Отойди назад, придется выжигать, — вздохнул мой спутник.

За дверью вяло скреблись десятка два трупов разной степени несвежести.

— Погоди. — Я сделала два пульсара прямо на держащих дощатую преграду петлях, и когда дерево прогорело, со всех сил ударила в центр двери ногой.

И, пискнув, села на попу. Шер хохотнул, поднял меня за плечи и аккуратно переставил себе за спину. А потом быстро отодвинул щеколду и нанес мощный удар ногой. Деревянный щит улетел во тьму, сшибая с тропы нежить. Остальных дорубил Шер.

Мимо колод ульев мы пронеслись в сторону приземистого здания водяной мельницы, ютящейся на скалистом берегу у переката. Хриплый вой, пробирающий до самых печенок, поднимающий волоски на всем теле, настиг нас уже у входа. И звучал он куда ближе, чем в прошлый раз. Мы дружно обернулись, чтобы увидеть вдалеке на скале подсвеченный луной силуэт. Ощущение, что тварь красовалась, играя с нами.

В темное нутро меленки мы влетели с двойным ускорением.

— Ч-что это было? — выдавила я, отдышавшись.

— Кранк, — лаконично ответил Шер, подтаскивая к двери стол, а потом еще какие-то мешки и колоду.

— И это его остановит? — спросила, затаив надежду.

— Кранк — магически выведенное живое оружие последней войны, два центнера брони, клыков и когтей с частичным иммунитетом к магии. Конечно же они до смерти боятся дерева! — Мой жених пнул хлипкую баррикаду ногой.

Шутит — значит, или не все так плохо, или нам точно крышка.

Пока я раздумывала, мрачный жених уже схватил меня за руку и потащил куда-то вниз. Оказывается, под нависающей скалой жались узенькие мостки, давая доступ к колесу и воде.

Уже догадываясь, зачем меня сюда притащили, я уперлась, с ужасом глядя на бурлящий у ног поток. Домик сотряс удар, потом еще один.

— Для плавучести, — впечатал Шер мне в грудь светящуюся ладонь.

Я поглядела, как сияние перетекает на одежду, а потом меня безжалостно швырнули в воду. Хотела завизжать, но ледяная вода ворвалась под одежду, лишая дыхания, зато не нахлебалась. Хотя я видела, что Шер нырнул следом, но течение, темная вода и ее шум на перекатах сбили с толку. Я была дезориентирована, старалась барахтаться не слишком истерично, но все-таки скатывалась в панику. Мокрая одежда вопреки моему страху ко дну не тянула. Вообще чувствовала себя странно и неудобно. Словно оказалась на Мертвом море, куда летали с родителями в моем детстве. Видимо, заклинание Шера добавило мне плавучести пробки. Мою ногу неожиданно захватило словно тисками. Рывок — и я впечаталась в объятия Шера, изрядно хлебнув воды. Хотела рассказать все, что о нем думаю, но тот лишь шикнул, указав на берег. Я оторвала взгляд от светлого пятна лица, еле видимого во мраке — в узкий каньон реки свет заходящей луны не попадал, — и всмотрелась в берег. Сначала я думала, что мне показалось. Но мощный силуэт мелькнул еще раз. Потом появился на кромке скалы, замер, словно высматривал кого-то. Хотя вариантов был немного. Он искал нас. По скалистому краю каньона над нами неслась смерть.

Я прижалась к жениху, обвивая его ногами, но так, чтобы не топить. Тело сотрясала дрожь от холода и ощущения чего-то неотвратимо страшного. Воспользовалась шумом воды на очередном перекате, чтобы шепнуть, стуча зубами:

— Почему он за нами?

— Для них маги — вроде деликатеса, — шепнул в ответ Шер, вглядываясь в берег.

— Вот и охотился бы на этого, который с мертвяками ходил, — простучала зубами.

— Просто мы подвернулись ему первыми, — обрадовал Шер. — Но он отстанет.

И дальше объяснять не стал. Значит, мы для монстра — вроде плывущих в ледяной реке тортиков. Рокот, едва слышимый поначалу, набирал силу. Я уже понимала, что это такое, и судорожно цеплялась за Шера одной рукой, подгребая второй. Течение ускорилось, заставляя нервничать и высматривать, что же нас ждет, но момент, когда закончилось плавание и начался полет, я пропустила. Услышала сказанное на ухо:

— Держись крепче, — и только сообразила поглубже вдохнуть.

Это был не один водопад. Каскад перекатов и порогов нес и швырял нас во тьме. И я молила, чтобы не приложило головой о камни. Пока от опасных скал удавалось уворачиваться. В какой-то момент меня почти оторвало от Шера. Пальцы я уже чувствовала как деревянные протезы, слушались они не лучше. Улететь во тьму мне не дали. Мой спаситель ухватил дезориентированную меня за шкирку и втащил на камень. Здесь река разделялась на рукава. Мы выбрали дальний от твари и погребли дальше. Потом река разделилась снова. Начинало светать, и стало заметно, что берег тут куда положе, чем был раньше. Помогая друг другу, мы выбрались под деревья. Ну как помогая — Шер поддерживал меня, а я делала все, чтобы поддерживать меня было проще. Слишком замерзла, и тело не слушалось совершенно. Выбравшись, так и попадали на плотный лесной дерн под туго сплетенными кронами деревьев.

Спустя минуту жених завозился, навис надо мной:

— Ты молодец, хорошо держалась. — Чмокнул в нос и тут же добавил строго: — А теперь раздевайся.

А я и не спорила. Сырая одежда не добавляла радости и тепла. Я честно пыталась. Рядом довольно споро украшал куст одеждой Шер. Куртка сдалась, сапоги стянулись с влажным чпоком, из них полилась вода. Я извивалась, лежа на спине, и пыталась стянуть мокрые джинсы, когда мне на помощь пришли проверенные руки. Мне был продемонстрирован огромный опыт раздевания женщин одним отдельно взятым типом. Обнаженной я оказалась буквально за полминуты.

— Иди ко мне.

И я снова не спорила, по-прежнему сотрясаемая дрожью, вжимаясь в теплое тело. Будто это не он плескался со мной в ледяной воде совсем недавно. Нагота сейчас совсем не смущала.

— Хотелось бы предложить согревающий секс, — услышала я ироничный голос Шера и действительно ощутила, как начинает напрягаться его плоть. — Но сейчас время дорого.

— И что ты предлагаешь? — Я даже на секунду не отстранилась, мало ли что там у него дергается, зато он теплый, а вокруг холодно.

— Ощути свой источник и постарайся мм… растянуть его на все тело. Представь, что он обволакивает тебя, — с трудом подобрал слова Шер.

По-прежнему не отрываясь от большого и горячего мужчины, попыталась сделать то, что он сказал. Источник заметно потускнел, но ощущался отчетливо. Только сильно сбивали приступы дрожи. Но по плечам и спине скользили большие ладони, заставляя расслабиться, и дрожь утихала.

Когда наконец получилось, меня окутала теплая волна, даже пальцы, казалось окончательно потерявшие чувствительность, стали отогреваться. Но и объятия тут же кончились. Я безотчетно качнулась вслед отступившему уюту и услышала смешок.

— Можешь к спине прижаться, — разрешил Шер. — Мне руки нужны свободные, одежду сушить.

Но я уже пришла в себя и почти не тряслась. Даже запоздало смутилась, что так откровенно льнула к нему. Вокруг заметно посветлело. Хоть мертвяков можно не бояться. Уселась под деревом, обнимая колени.

— А ты мог меня и сам согреть? — решила уточнить я, разглядывая спину, которую мне только что предлагали обнять. И понимала, что ничто во мне этому не противится.

— В принципе да, но сейчас каждая капля магии на счету. — Шер присел перед вещами, капель с которых участилась.

— Из-за этого кранка? — Я невольно передернула плечами.

— Да, против них обычно работают минимум четверки, лучше — пятерки. — Его светлость продолжал делать пассы, и от одежды повалил парок. — Пара магов, оборотень и пара воинов. Сильные твари.

— А я тебе не могу отдать свой резерв? Я с духом делилась уже, и у меня получилось.

— Может, и стоит попробовать. — Шер окинул меня взглядом. — Иди все-таки обнимай, я пока вещи досушу. Эй, я не шутил. Надо кожа к коже.

Он снова обернулся, окинул меня взглядом с головы до ног. Я вздохнула, встала позади него на колени и, обхватив за талию, легла на так привлекающую меня спину. Услышала веселое:

— Но лучше, конечно, секс. И потерь меньше, и усваивается лучше. Ай! Ты чего щиплешься?

— Я тебя сейчас еще и укушу! — пригрозила я. — Скажешь, если будет получаться.

И попыталась сделать то же, что делала для Мэтиуса.

С духом это был холод, поднимающийся по руке. Сейчас же все было иначе. Я почти лежала грудью и щекой на теплой спине, слушала биение сердца, чувствовала, как, подчиняясь этому ритму, мое тепло в солнечном сплетении по капле перетекает во что-то большое и значительное предо мной. Кажется, я начала засыпать.

— Остановись! — Шер дернулся вперед, разрывая объятия. — С ума сошла, нельзя же все до капли отдавать.

— А я почем знаю, как можно. — Окутывающее меня уютное тепло магии заметно ослабло.

Ветерок холодил спину, колени мерзли от стылой влажной земли. Я поежилась и зевнула, зябко обхватив себя. Вот бы сейчас подремать.

— Эй, Ника, не спи! — Шер обнял меня за плечи, неожиданно притянул к себе и коснулся губ легким поцелуем, потерся носом о нос: — Спасибо. Твоя сила очень приятная.

Я заинтересованно открыла глаза, чтобы обнаружить, что он уже надел брюки. Мне на колени тут же упал ворох моей просохшей одежды. Только куртка была влажной.

— Маги потому и не любят прямой обмен. Чуждая энергия воспринимается как нечто постороннее. Это часто вызывает отторжение и отвращение, — пояснил Шердан, дошнуровывая высокий сапог.

Уже одевшись, я скептически осмотрела влажную куртку, но все-таки натянула ее. На мне досохнет.

— Куда теперь? — поморщилась я, глядя на довольно густой лес.

— По реке на северо-восток. А там выйдем к тракту.

— Как думаешь, этот нас не догонит? — неопределенно кивнула в сторону реки.

Шер не ответил. Ответом мне стал низкий, пробирающий рык с противоположного берега не слишком широкой протоки.