Глава 10

Даша сидела в кафе и нервно барабанила ноготками по столику.

Почему его до сих пор нет? Может, что случилось?

Два дня назад Даша вернулась в Москву и сразу принялась за дела. Чем быстрее она покончит с насущными проблемами, тем будет лучше. Она не собиралась откладывать в дальний ящик ни разговор с мужем, ни решение квартирного вопроса. Со вторым Лена обещала помощь. Она сразу предложила Даше пожить у неё, та согласилась, но поставила условие, что её пребывание в гостях долго не продлиться. Лена пожала плечами:

— Твое дело, подруга, смотри сама….. Меня ты не стеснишь, места хватит обеим….

Даша подошла к Лене, обняла её и хрипло прошептала:

— Спасибо. И чтобы я без тебя делала….

— Хороший вопрос….

Намного труднее было позвонить Димке и договориться о встрече. Тот по-прежнему молчал, и никак о себе знать не давал. Поэтому Даше пришлось звонить самой.

Казалось, сердце с ней сыграет злую шутку и выпрыгнет из груди, пока она набирала домашний номер Коршунова. От волнения дыхание сбилось. Дашка ругала себя, говорила, что нельзя так реагировать, в конце концов, она звонит не чужому человеку, а мужу, пусть и бывшему.

Но всё равно она не смогла унять дрожь, когда услышала знакомый голос:

— Даша, я тебя слушаю.

Потом она не смогла вспомнить, о чем конкретно они разговаривали с Дмитрием. Их разговор не запечатлился в памяти. Дима согласился встретиться. Он предложил ей приехать домой, на что она ответила категоричным отказом.

— Нет, Дима, давай увидимся на нейтральной территории.

В глубине души она надеялась, что он будет настаивать. Ей бы польстило.

— Как скажешь, солнце моё, — его спокойный тон едва не вывел её из себя.

Уж лучше бы он иронизировал и насмехался! Дашу всегда пугало его спокойствие. Оглядываясь назад, она вспоминала, что он всегда, при любых обстоятельствах, даже когда поднимал на неё руку, бил, и когда занимался с ней любовью, сохранял видимое спокойствие. И это было ужасно.

Теперь Димка казался ей страшным человеком. И она откровенно его боялась.

Что он может предпринять?

Отпустит ли её с миром?

Или потребует откупную?

И невольно в голове мелькала фраза: «А Андрея рядом нет….»

Они договорились встретиться в кафе в семь часов. Сейчас стрелки на часах показывали половину восьмого.

Даша продолжала ждать, и каждая прошедшая минута ей казалась вечностью. Ей бы встать и уйти, дать понять, что она не позволит так с собой обращаться, но она продолжала сидеть.

Она искала себе оправданий, и говорила, что их встреча нужна именно ей. Она больше не хотела быть женой Коршунова. И если ради этого ей предстоит пройти через последние унижения, она пройдет.

А потом будет вспоминать эти дни, как кошмарный сон. Которому никогда не суждено повториться.

Даша сидела лицом к двери, и сразу заметила коренастую фигуру Дмитрия в строгом темно-синем костюме. А у него новый галстук, тотчас отметила она по старой привычке.

Он остановился в дверях кафе, ленивым взглядом обвел присутствующих, нашел Дарью, и решительно направился к ней.

С каждым его шагом сердцебиение Даши учащалось. Она удивлялась своей реакции. Как же так…. Что произошло с ней, нет, с ними, что сейчас, наблюдая за тем, как к ней приближается муж, она не чувствовала ничего, кроме затаенной тревоги? В прошлом остался её восторг, её страсть, её любовь. Она всегда неоднозначно реагировала на Дмитрия. Стоило тому зайти в помещение, как она начинала по-другому воспринимать мир. Женская белиберда, несуразица? Нет. Просто он был для неё всем.

Но ни к чему сейчас эти размышления.

Их брак с Димкой остался в прошлом. Пришла пора думать о будущем.

Дмитрий подошёл к столику, коротко кивнул в знак приветствия и опустился на стул.

— Я, кажется, опоздал, — констатация факта и никаких извинений.

— Да, есть такое дело.

Глаза Дмитрия чуть прищурились, выдавая внутреннее недовольство словами Даши.

— Ты ужинать будешь или ограничишься соком? — лениво поинтересовался он, когда около их столика возникла миловидная официантка.

— Пожалуйста, апельсиновый сок, — сказала Даша, радуясь мимолетной передышке.

Она молчала, пока Димка делал заказ. Он не спешил начинать разговор, ждал, когда первой заговорит Даша.

— Дима, нам надо поговорить, — нерешительно начала она.

— Это я понял. По-моему, ты для этого и предложила встретиться.

— Да. Нам необходимо выяснить отношения, — в мыслях и представлениях Даши всё казалось, куда как проще.

Дмитрий лениво откинулся на спинку стула.

— И каким же образом мы с тобой будем выяснять отношения, а, солнце моё? Ты мне собираешься сообщить нечто важное, что я о тебе ещё не знаю?

— Димка, пожалуйста, давай без иронии….

— А как ещё с тобой разговаривать? По-моему, жена, ты сама загнала себя в угол. Это ты убежала от меня в истерике ночью, точно я монстр какой-то, черт знает что наплела своей незаменимой подружке о своем муже-негодяе, да ко всему прочему умудрилась забеременеть от чужого мужика, — Дмитрий говорил ровно, не сбиваясь и не повышая тона, точно сейчас он обсуждал не свою семейную жизнь, а новое блюдо. — По-моему, всё и началось с твоей беременности, да? Когда у вас начался роман с Загорновым, напомни мне, пожалуйста, я что-то запамятовал?

Даша занервничала сильнее. Трудно же приходилось конкурентам Коршунова по бизнесу, своей уравновешенностью и невозмутимостью, он кого угодно мог заставить нервничать.

— Загорнов тут ни при чем, сейчас разговор не о нем.

— Как не о нем? А о ком же тогда?

— Дима, я серьезно, не надо всё переворачивать. Ты знаешь, о чем я хочу поговорить.

Тот медленно растянул губы в подобие улыбки.

— Нет, не знаю. Скажи.

Он играл с ней в кошки-мышки. И она на самом деле чувствовала себя беззащитной мышкой, которую загнали в угол. Дома Даша сотню раз проговорила их диалог с Димкой, она готовила себя к словесной борьбе, но в реальность всё оказалось труднее. Было трудно противостоять холодности и наигранному безразличию мужчины.

В душе у того бушевали бури, но он не позволял вырваться им наружу. Он контролировал себя. И в этом заключалось самое сильное его преимущество.

Но Даша должна была пройти через это…. Должна. У неё нет другого выхода.

— Хорошо, если ты хочешь, чтобы я всё повторила ещё раз, я это сделаю, — выдохнула она и начала говорить, стараясь не смотреть в глаза Дмитрию. — Я не знаю, что произошло между нами и когда это началось, но наша совместная жизнь перестала меня… перестала мне…. Черт, одним словом, что-то случилось с нашим браком. Как говорят в таких случаях, наш брак дал трещину. И я не хочу выяснять, кто в этом виноват, ты, я или мы оба. Просто мы перестали друг друга понимать. И упустили момент, когда ещё можно было исправить ошибки.

Даша замолчала, надеясь, что Димка скажет что-то в ответ.

Но тот кивнул и с наигранным великодушием бросил:

— Да ты продолжай, не стесняйся, я тебя внимательно слушаю.

Даша сжала зубы.

— Какая же ты сволочь, Коршунов.

— Давай без взаимных оскорблений, солнце моё. Ты собиралась мне что-то сказать, так говори, — усмехнулся он и добавил: — Пока я слушаю.

Даша на мгновение закрыла глаза, а потом снова ринулась в бой.

— Отлично, мне, кажется, ты не хочешь поговорить по-человечески. Ты не хочешь идти на уступки. Что ж, твоё дело. Я не буду больше разводить демагогию, ты прав, она ни к чему. Всё и так ясно, — не смотря на то, что она продолжала испытывать некий страх и тревогу перед сидящим напротив человеком, Даша разозлилась. Да он просто упивается её растерянностью, её неуверенностью! Ему доставляет удовольствие видеть в её глазах страх! — Уже и так было сказано достаточно слов. Я перейду к главному. Теперь у меня другая жизнь, где тебе, Дима, нет места. Я тебе говорила, но повторю ещё раз — я хочу развода. И именно поэтому я сегодня хотела с тобой встретиться. Чем быстрее мы разведемся, тем будет лучше.

Принесли заказ. При официантке он говорить ничего не стал, но как только девушка отошла, он не без насмешки поинтересовался:

— А почему ты уверена, что я хочу развода? И что ты его вообще получишь?

Такого, признаться, Даша не ожидала. У неё и мысли не возникало, что Димка будет против развода.

— Что ты хочешь этим сказать? Что ты не дашь мне развода? — голос всё же выдал её, дрогнул.

— А я пока ещё не решил.

— Тут и решать нечего! Я к тебе не вернусь! — Даша готова была сорваться на крик, её сдерживало лишь то, что они находятся в людном месте. Она не хотела публичного скандала.

Дима лениво приподнял бровь.

— Милая, а кто тебе сказал, что я приму тебя после чужого мужика да ещё в придачу с чужим ублюдком? — он больше не церемонился. — Мне противно будет к тебе прикасаться, мне противно будет каждое утро видеть твоё лицо, я буду всегда помнить, что ты мне наставила рога, хотя клялась и божилась в своей любви!

— Замолчи! — прорычала Даша и нагнулась к нему через столик: — Не тебе меня судить!

— Неужели?

— Именно! Не смей меня ни в чем упрекать! — что-то дрогнуло в её душе, и она внезапно выпалила: — Лучше подумай как-нибудь на досуге, что заставило меня искать удовольствия на стороне, что меня толкнуло в чужие объятия?

Даша поражалась, как ложь легко вошла в её жизнь. Она сама поверила, что у неё были отношения с Загорновым.

Хотя о чем это она? У неё были отношения с Загорновым! Она на самом деле ласкала его и стонала под его руками!

Так что теперь её ложь заключалась только в одном — в отцовстве.

Она изменила Диме. И ни в чем не раскаивалась.

Ей удалось вывести Коршунова из себя. Теперь он тоже нагнулся к ней и прошипел в лицо:

— Думай, о чем говоришь, дура!

— Что, не нравится? Мне тоже многое, что не нравится! И больше всего мне не нравится быть твоей женой!

Димка сжал кулаки. Он перестал делать вид, что его занимает ужин, и полностью сосредоточился на словах девушки, на том, что происходило.

— Спешишь побыстрее от меня избавиться и окольцевать Загорнова? Да? Только скажи мне вот что, как у вас продвигаются дела? Голубки счастливы?

Дима ничего не спрашивал просто так. И Дашу насторожили его вопросы. Зачем он интересуется их отношениями с Андреем? У мужчин общий бизнес, Андрей уехал из Абрикосово именно из-за дел, и они, наверняка, встречались в Москве и не раз.

Её муж знал, что делал.

— Зачем тебе это знать? — нерешительно спросила Даша.

— А как же, — Дмитрий снова откинулся на спинку стула. — Должен же я быть в курсе дел моей дражайшей супруги. В конце концов, за пять лет я привык о тебе заботиться. А вдруг с тобой, что случиться не хорошее? Свяжешь свою жизнь с негодяем, потом ещё раз придется разводиться.

Даша сделала небольшой глоток сока. В горле пересохло.

— У нас с Андреем всё нормально, — выдавила она из себя, уже зная, что дальше скажет Димка.

И не ошиблась.

— Врешь…. Врешь…. Ты не видела его с того дня, как он уехал из Абрикосово. То есть две недели.

Внезапно Даша испугалась. Она вспомнила и окровавленного Андрея на дороге и то, как в его дом кто-то проник, и свое ночное похищение. История продолжалась?

— Что с ним? — выдохнула она.

— Так ты, значит, признаешься, что соврала мне?

— Я ещё раз спрашиваю, что с ним?!

— О, как мы встрепенулись? У вас же все хорошо? Любовь-морковь, и ласки до утра….

— Димка! — сорвалась Даша и закричала, но тотчас понизила голос и быстро заговорила: — Что ты хочешь услышать? Да, я тебе соврала, мы с Андреем не виделись последнее время. Я волнуюсь. Что с ним случилось?

И снова пристальный взгляд Дмитрия, от которого Даше сделалось дурно. Она побледнела, голова закружилась.

Видимо, муж заметил её состояние.

— Да всё нормально с твоим Загорновым. Ничего с ним не случилось, — со злостью сказал он. — Чего переполошилась? Успокойся, попей сока, а то в обморок мне здесь ещё грохнешься.

Даша последовала его совету. Она почувствовала облегчение, когда поняла, что с Андреем всё в порядке. Она не верила, что Димка может быть столь жестоким, чтобы сейчас ей соврать. Хотя от него можно было ожидать многого.

— Почему ты спросил о наших отношениях с Андреем? — спросила она после небольшой паузы.

Дима ответил не сразу. Он принялся за еду, и делал вид, что это занятие его чрезмерно занимает.

— Дима…, - не выдержала Даша. Как только они коснулись Андрея, её сердце встрепенулась, тоскливо заныло. Она и не подозревала, что так сильно по нему соскучилась.

— Потому что у вас нет никаких отношений, — обыденно произнес Дмитрий и сделал глоток вина. — А если и были когда-то, то они полетели к чертям собачьим.

— Что ты имеешь в виду? Что ты ему сделал?

— Я ему ничего не делал. Зачем мне вредить человеку, который вместе со мной в бизнесе? Из-за женщины? Много чести. Я лишь поведал твоему возлюбленному о некоторых сексуальных пристрастиях его новой пассии.

Даша почувствовала, как почва уходит у неё из-под ног.

— То есть?

— То есть я посоветовал ему быть с тобой пожестче. Честно признаться, я был удивлен, когда узнал, что ты ни разу не попросила его ударить тебя во время секса, сделать больно. Ты же это так любишь. Ты же у нас, милая, мазохистка.

Даша прикрыла глаза и глубоко вздохнула. А когда она открыла глаза, то твердо, не сбиваясь, проговорила:

— Я никогда, Дима, не была мазохисткой. Слышишь меня? Никогда! Мне никогда не нравилась боль. Я ненавижу боль. И терпела я, так называемые, садомазохические игры только ради тебя. Ты прав, Дима, я такая дура. Это, наверное, в крови. Но, знаешь, что? Я исправлюсь. Клянусь тебе, исправлюсь. И никто, слышишь меня, никто тогда не сможет причинить мне боль.

Запас сил у Даши кончился. Она больше не могла находиться в кафе и смотреть в лицо мужу. Она переоценила свои возможности.

Поэтому она резко схватила сумочку и поднялась.

— Пока, — бросила она и направилась к выходу.

Она не видела, как побледнело лицо Дмитрия, как он протянул руку, чтобы задержать её, но в последний момент остановился.

Слезы застлали глаза. Даше безумно хотелось разреветься. Поскорее бы добраться до дома, уткнуться в плечо Ленке и постараться обо всем забыть. Как она была наивна, если думала, что её страдания остались позади! О, нет! Всё только начинается.

Девушка вышла из кафе и осмотрелась в поисках такси. И почему она не взяла машину? Хотя в таком состоянии садиться за руль…. Она ничего не видела перед собой. Судьба продолжала нахально усмехаться. Поблизости не было ни одного такси. Тогда Даша решила пройтись пешком. Заодно и успокоиться.

Она успела пройти несколько метров, когда услышала требовательный сигнал. Рядом с ней притормозил автомобиль Дмитрия. Она отчаянно замотала головой, но муж открыл дверцу машины и коротко приказал:

— Садись.

— Нет.

— Садись, я кому сказал. Я довезу тебя до дома, нечего устраивать истерику посреди улицы.

— Я не поеду к тебе домой.

— Я отвезу тебя к Ленке. Да, садись ты, черт побери! Можешь считать, что таким образом я прошу у тебя прощения!

Даша не верила в искренность его намерений, но послушно подошла к машине и села.

Наверное, у неё совсем-совсем нет гордости, раз она так быстро сдается.

Первое время они ехали молча. Даша не смотрела в сторону мужа. У неё было только одно желание — поскорее остаться одной. Наедине со своими проблемами и неудачами.

— Даша, не надо, — тишину разорвала просьба Дмитрия.

— Что — не надо? — приглушенно спросила девушка и почувствовала, как слезы побежали по щекам с новой силой.

— Не плачь, прошу тебя. Я не могу видеть твои слезы.

Даша устало покачала головой.

— Нет, это тебе только кажется….

— Я серьезно, успокаивайся. Я переборщил. Прости.

Даша зажала рот руками.

— Димка, что с нами происходит? Почему мы до такого докатились? Почему ты мучаешь меня?

— Не знаю, — ответил Дмитрий охрипшим голосом. — Наверное, я сумасшедший. Или просто не достоин тебя.

Она не знала, что ему ответить, и поэтому промолчала. К чему слова? Их сегодня было сказано достаточно.

— Даша, — Дима позвал её и дождался, когда она посмотрит в его сторону. — Мы что-нибудь придумаем. Обязательно придумаем. Не расстраивайся, это может повредить ребенку.

Ну, почему так происходит? Почему? У Даши сердце разрывалось на части. Вот сейчас, в эти короткие мгновения она видела перед собой человека, которому поклонялась, которого любила. В его глазах больше не было ни насмешки, ни жестокости.

Он смотрел на неё, и она читала в его глазах печаль.

Слишком поздно, Димка, слишком поздно….

— Всё обойдется, правда? — шепотом поинтересовалась она.

— Да, я тебе обещаю. Честно.

Она усмехнулась.

— Снова «честно»?

— Ты мне не веришь?

— Почему-то верю.

Дмитрий коротко кивнул и достал из кармана ключи.

— Держи.

— Что это? — Даша помедлила, прежде чем взять ключи.

— Ключи от нашей квартиры.

— Дима, я не вернусь туда….

— Это я уже слышал. Возьми. Я вчера съехал с квартиры, ты можешь смело возвращаться.

От удивления Даша перестала всхлипывать и вытерла слезы.

— Но… почему? Я не думала, что ты освободишь квартиру.

Губы Дмитрия медленно растянулись в ухмылке.

— Да, видимо, нашему браку на самом деле уже ничто не сможет помочь, — сделал он невеселый вывод. — Ты окончательно во мне разочаровалась. Но я тебя не упрекаю. Послушай…. Ты можешь смело возвращаться, ничего не опасаясь. Ты можешь даже считать, что я поступаю, как благородный муж, оставляя жилплощадь жене.

— А ты? — у Даши вопрос вырвался самопроизвольно. Было бы глупо утверждать, что её в одночасье перестала волновать судьба Димы.

— Со мной всё будет в порядке. Я уже присмотрел себе кое-что.

— Тогда… тогда, конечно, я вернусь домой, — она сжала ключи и почувствовала, как резцы врезались в нежную плоть ладони.

— И ещё…, - прежде чем продолжить, Дима бросил на неё короткий, незнакомый взгляд. — Не волнуйся, я сам займусь бракоразводным процессом.