Глава 38

Полицейские собрали улики, отпечатки пальцев, видеозапись, провели допросы, опросили соседей. Все это растянулось до позднего вечера. Геле казалось, что они занимаются ерундой, а не ищут её малыша. Она злилась, но успокаивала себя тем, что они профессионалы. Поздно вечером они все уехали, сказав нам: «Ждите новостей. Мы ищем.»

Ночь казалась бесконечной. Геля сидела на полу в гостиной, прижимая к груди плюшевого мишку Никиты. В голове гудело от боли и отчаяния - её сын исчез, словно растворился в воздухе.

Кирилл сидел рядом, молча обнимая девушку. Его лицо было бледным, глаза красными, губы сжатыми. Он был сосредоточен и о чем - то думал. Они оба знали, кто стоит за этим похищением. Но как его искать? Он же не дурак, спрячется сам и ребёнка спрячет. Хорошо, что хоть тётя Маша с ними. Она знает о Никите всё, сможет позаботиться о нём.

- Это Артем, — наконец сказала Геля, вытирая слезы тыльной стороной руки. - Он сделал это. С помощью своих подручных. Больше некому.

Кирилл кивнул, не отрывая взгляда от пола.

- Да, - тихо ответил он. - Я тоже думаю так. Но зачем? Ему же не нужен был сын.

Они оба молчали, пытаясь найти ответ на этот вопрос. Артем, биологический отец Никиты, всегда был человеком непредсказуемым и опасным, но она об этом узнала поздно. Ему никогда не нужен был сын, да и Геля тоже, но в глубине души, видимо, считал что никто из тех, кого он считал своими не имел права поступать вопреки его воле. Возможно, именно это чувство собственности и привело его к такому поступку.

- Нам нужно что-то делать, — сказала Геля, поднимаясь на ноги. - Мы не можем просто сидеть и ждать. Полиция… она ничего не сделает.

Кирилл посмотрел на неё, в его глазах мелькнула искра решимости.

- Ты права, - сказал он, вставая. - Мы сами найдём его. Мы сделаем всё возможное, чтобы вернуть нашего мальчика домой.

Кирилл первый раз сказал о Никите «Наш мальчик», и девушка поняла, что он любит её сына, как своего. Значит у них всё получится. Нужно верить.

Кирилл и Геля начали с того, что связались с друзьями и коллегами из кафе, обратились к волонтёрам, просили их помочь распространить информацию о пропаже, распечатали листовки, разместили информацию в интернете и на телевидении. Они обошли все возможные места, где мог бы оказаться Артем, но каждый раз возвращались ни с чем. Они были во всех отелях города, больницах, частных клиниках, просто ходили по городу и искали. Время шло, и с каждым часом надежда таяла, как свеча на ветру. Геля и Кирилл поддерживали друг друга, как могли. Но прошла неделя, всё это время они практически не спали, забывались лишь на несколько часов в сутки. Геля чувствовала себя разбитой, выжженной изнутри, как будто у нее душа умерла, а сердце было сковано и почти остановилось.

- Я договорился с волонтёрами, мне нужно к ним съездить, обсудить план дальнейших действий. Оставайся дома, может быть сможешь поспать хоть немного. Если будут новости, я тебе позвоню.

- Кирилл, а может он увёз их в Москву?

- Нет, не думаю. Полиция проверяла его московский адрес, он там не появлялся давно. - Кирилл был серьёзен, он очень устал, но ради Гели держался и старался выглядеть бодрым. Стася по очереди со всем персоналом тоже работали с волонтёрами. Все кто их знал, все помогали. И они не сдавались.Геля и Кирилл продолжали искать, звонили в больницы, детские дома. Каждый день приносил новые надежды и разочарования, но они не останавливались. Её малыш был там где-то, и они должны были его найти.

Кирилл уехал, а Геля прилегла на диван, закрыла глаза и сквозь забытье увидела улыбающееся лицо сыночка, услышала его смех. Эти воспоминания давали ей силы продолжать бороться. Они не могли потерять его навсегда.

Сквозь забытье она услышала звук сообщения на телефоне. Сообщение пришло от Артема...

«Привет, любимая. Мы с Никитой скучаем по тебе. Если ты хочешь увидеть сына, ты должна сделать правильный выбор. Сейчас одеваешься, вызываешь такси и едешь на набережную. Там увидишь неприметную машину без номеров. Садись в неё. Никому ничего не сообщай. Если выполнишь все в точности, увидишь сына. Если нет, забудь о нём. Я воспитаю своего сына настоящим мужиком».

Геля почувствовала, как её сердце замерло, когда прочитала сообщение. Она знала, что Артем был способен на многое - жестокость и хитрость были его фирменными чертами. Но теперь всё стало ещё хуже. Теперь он угрожал её сыну.

Геля сидела на краю дивана, уставившись на экран телефона. Её руки дрожали, и она чувствовала, как холодный пот стекает по спине. Она хотела позвонить Кириллу, рассказать ему обо всём, но страх перед последствиями парализовал её. Что, если Никита действительно пострадает? Что, если это будет последняя возможность спасти его?

Девушка встала и начала собираться. Она надела неброскую одежду, на ноги удобныее ботиночки. Они были довольно широкими, в них она сунула старый, маленький, кнопочный телефон, отключив на нем звук. Этот телефон они с тётей Машей использовали как домашний, и Кирилл знал его номер. Она надеялась, что не найдя телефона, он поймёт что случилась беда и сможет как-то её найти. Как она не знала, действовала по наитию. Гелее было страшно, но она надеялась, что даже если её будут обыскивать, они не заставят её снимать обувь.

Девушка вызвала такси и вышла из дома. Такси приехало быстро и её путешествие к сыну началось. Она волновалась... Нет, она боялась. Боялась того, что происходит, боялась Артема, боялась, что он не даст ей увидеть сына. Но Геля понимала, что это шанс, возможно единственный, вернуть Никиту домой.