Глава 33

Проклятию было до того скучно, что оно было готово волком выть. Годар снова ушёл в себя, обдумывая, как ответить на тактический ход Сестёр. Надо было учесть двух новых игроков и изменившийся статус их Повелительницы. Застывшая на лице маска равнодушия красноречиво говорила, насколько взбешён тёмный бог тем, что его снова ловко обвели вокруг пальца.

Сеятель Страданий что-то бормотал себе под нос. Видимо, он прикидывал возможные варианты, но ток и не решил, что предпринять в первую очередь. Поэтому начинал злиться и впадать в холодную ярость.

Чёрные Звёзды проворчали: «Влюблённый дурак». Потом деликатно поскреблись в сознание Лидии. Правда, откровенная враждебность Таринн ему по вкусу не пришлась.

«Угомонись ты! – проворчало оно. – Я не сделаю ничего дурного Лидии. Она мне обещала помочь вырваться из-под власти этого нытика и вечного лузера, – ввернуло честно стащенное у землянки меткое словцо. – Да и просто нравится мне эта девчонка, которая борется даже тогда, когда любой другой покорно сдался на милость победителя. Она не боится даже самых рисковых путей. И вообще, не понимаю, зачем прикладывать столько усилий, чтобы доказать всем, что твой ум невелик и скуп»?

Нефритовая змейка недовольно зашипела, и на кончиках клыков сверкнули капельки белёсого яда. Богиня Тьмы Веков была явно недовольна, что её подопечной интересуется такое странное существо с отвратительной репутацией.

«Отстань от неё, убогий. Лиа не про твою честь»!

«Сама такая! – Чёрные Звёзды отступать не просто не любили, а и не умели.

Таринн с удивлением почувствовала, как длинный зелёный хвост завязался хитрым узлом.

Рассерженно шипя, она процедила: «Не мешай Лидии. Ставки в этом испытании слишком высоки – её разум».

В это самое время землянка находилась в странном месте, где не было верха и низа, и направление тоже невозможно было определить. Сначала вокруг не было ничего, кроме пустоты и отсутствия света. Девушка старательно присматривалась и прислушивалась в ожидании того, что ещё только должно будет произойти.

Логика, отточенная в учёных спорах ещё во времена учёбы, подсказала, что она перенеслась во времена, когда ни Делайны, ни Земли пока ещё не было. Где-то у самой границы её сознания она слышала, как Таринн спорит с Чёрными Звёздами. Пылко уговаривает их сейчас ни во что не вмешиваться.

Постепенно глаза девушки адаптировались к темноте и стали различать слабое свечение. Оно постепенно усиливалось. Лидия c удивлением различила слабые полупрозрачные фигуры, которые постепенно становились плотнее и ярче. Правда, среди них девушка с удивлением увидела Делайну, Танаваре, Таринн, Айрэ и Годара. Тот уже тогда без зазрения совести пялился на Госпожу Ночной Магии, не обращая внимания на злобные подшучивания божеств своего пантеона.

Совсем тогда ещё юная Танаваре от души веселилась в обществе незнакомого Лидии молодого человека. Тот о чём-то увлечённо рассказывал подруге, изредка бросая недовольные взгляды на Сеятеля Страданий. Годар сердито хмурился и молча сносил невысказанные вслух угрозы в свой адрес.

Тут Ида почувствовала, как всё перед глазами и рассыпалось на фрагменты, точно паззлы на голограмме. С их помощью студентов учили восстанавливать текст из обрывков фразы. Тренированный мозг поступил, как на практических тренингах. Довольно быстро восстановил первоначальную целостность картинки. Фриледи Тамарина с удивлением поняв, что её переносит в прошлое. По крайней мере, ощущение было именно такое.

Лидия в который раз порадовалась, что обе её специальности стали надёжной гарантией от позорного фиаско, которое потерпели её предшественницы. Тут девушка с удивлением почувствовала, что её затягивает вглубь реальности, которая предшествовала рождению Делайны и Земли.

Она прекрасно понимала, что это всего лишь своего рода информационная проекция, а не ожившее наяву давно канувшее в Лету прошлое. Ида была лишь пассивным наблюдателем. Она прекрасно понимала, что ничего изменить уже нельзя, но никто не помешает докопаться до правды и найти те ответы. Именно они и помогут Лидии узнать, где расположен Оазис Забвения, и чем можно помочь Чёрным Звёздам.

Несчастное проклятие стало уже тяготиться самодурством Годара. Тёмный бог всё никак не мог понять. Ему никогда не удастся обойти общие ограничения, наложенные на таких могущественных созданий, как боги. Именно когда дело касалось вмешательства в судьбы простых смертных.

Ида внимательно вслушивалась в разговоры, которые отзвучали так давно, что живых свидетелей уже не осталось, отбирая бесценные крупицы нужной именно ей информации. Лидия привыкла полагаться на чутьё. Поэтому подобралась к Сеятелю Страданий поближе, понимая, что казус, в результате которого вместо одного мира возникло два, мог вполне быть на его совести.

Тёмный бог вплёл всего одно слово в общее песнопение. Раздался оглушительный грохот, и в разные стороны расшвыряло и фигурки, лучащиеся мягким серебристым светом, и источающие в окружающее пространство тьму.

Огромное жёлтое солнце, ощутимо отливающее яркой зеленью молодой весенней листвы, осветило небо, которое переливалось всеми оттенками бутона лесной фиалки. Из шепотков небожителей землянка поняла, что вместо одного мира возникла пара. Причём из-за ограничений, Делайне и Танаваре придётся заниматься судьбой лишь одного из них, а второй передать в другие руки.

– Годар, ты – редкостный болван! – в хрустальном голоске Танаваре было столько презрения, что Лидия невольно пожалела Сеятеля Страданий: слишком уж жалкий вид у него в этот момент был.

– Любимая, что сделано, то сделано. Исправить всё равно уже ничего нельзя. Осталось разобраться, к чему приведёт вмешательство этого криворукого недоучки с непомерными амбициями, – спутник Госпожи Ночной Магии попытался утешить её, как смог.

– Ватор, не бей лежачего! – богиня Тьмы Веков сердито посмотрела на мужчину.

Она могла предвидеть. Поэтому прекрасно знала, что такого рода события частенько приводят к таким неожиданным последствиям, что за голову могут схватиться даже бессмертные.

– Таринн, понимаю, что ты у нас из Наблюдателей. Только тебе никто не давал права вмешиваться в наши разборки.

– Ватор, ты горько пожалеешь, что не прислушался к моим советам, но это произойдёт слишком поздно. Расхлёбывать заварившуюся сейчас кашу придётся девушке с Земли через много тысяч лет после этого дня. Виноваты будете вы оба! – обернувшись изумрудной змейкой, рассерженная богиня Тьмы Веков обвила запястье Делайны.

Женщина слишком хорошо понимала, что спор с богом изменений приводит к тем же последствиям, что глупый плевок против ветра.

Потом всё перед глазами Лидии на пару минут потемнело, а когда картинка вернулась, то в янтарных глазах Госпожи Ночной Магии царила стылая зима. Красиво очерченные губы точно закаменели. Двенадцать дочерей-целительниц не удержали Ватора от кривой дорожки. На неё он и его брат ступили в результате спора с Годаром.

– У тебя кишка тонка, попытаться переиграть меня и слить два в один, как предполагалось изначально. Зачем подпускать к собственным детищам чужаков? Нам тут и так развернуться негде, – лингвистка стала безмолвной свидетельницей того, как родилось первое Тантре.

С чего, в принципе, по сути, и началась история, в которую она и угодила как птичка в силок, помимо своей воли.

Землянка с удивлением обнаружила, что в ней снова проснулся чисто научный интерес. Она смотрела на происходящее в прошлом исключительно с академической точки зрения. Прилежно усваивала новую для себя информацию. Поэтому никак не сопереживала происходящим в далёком прошлом событиям. Специальные психологические тренировки в силу специфики её специальности не дали ей сойти с ума, как предшественницам, порождённым этим странным миром. Ведь здесь вместо технологии всё решали чары и магия.

Ида с удивлением поняла, что в памяти всплывает лицо Хафала, а не Дарэна. Хотя колдовство и было для Лидии чем-то запредельным, тянуло больше всего именно к синеглазому ведьмаку. Отругав себя за глупость, она решила больше по пустякам не отвлекаться. Так как она уже имела несчастье оставаться с разбитым сердцем, поддавшись чувствам.

«Сначала разберусь с воином, Занарой и всем этим бардаком. Эмоции пока лучше сейчас оставить на потом». Почувствовав странный холод в груди, лингвистка сама удивилась, что ей не хватает присутствия «жениха». С Хафалом она была связана по причудливым законам Колдовских Орденов. Они ничего не обещали друг другу, но, тем не менее, колдун сделал всё от него зависящее, чтобы максимально обезопасить свою невесту.

Когда странные путы ослабли, Лидия поняла, что слышит шёпот Айрэ: «Ты прошла испытание, хотя мне так и не удалось разгадать логику твоего восприятия. Чёрные Звёзды совсем обнаглели. Они ходят в твой разум, как к себе домой, но даже не пытаются навредить. Тебе не кажется, что ты могла бы прояснить этот вопрос»?

«А ты ещё сама не догадалась, Хранительница Делайны? Мне безумно хочется избавиться от власти Годара и узнать эту странную девицу получше. Неужели тебе никогда не было так тоскливо, что хотелось умереть. Хоть для нас с тобой это невыполнимое желание»? – разумное проклятие веселилось от души, ничего подобного на его памяти не ещё случалось.

Таринн, словно увидев что-то в причудливых извивах ещё не наступившего будущего, сбросила змеиный облик и танцующей походкой направилась к ничего подозревающему Тагару. Ведьмак варил какое-то многокомпонентное зелье. Вдохнув лёгкий аромат трав, Богиня Прошлого к своему неудовольствию поняла, что это контролирующее разум пойло. Его последователи Сеятеля Страданий применяли без зазрения совести для тех, в ком не было и искры дара, который делал этот состав абсолютно бесполезным.

Лукавые глаза женщины снова украсились вертикальными зрачками рептилии, когда она вплела нотки своего древнего колдовства в плетение подручного Занары. Бедолага так ничего и не заметил. Иначе не перелил бы прозрачную жидкость в глиняную чашку и не направился к пришедшей в себя Лидии, чтобы силой заставить девушку выпить зелье. После чего сказать ему, где укрылся от его праведного гнева аэр Хафал. Этому аэру по здешним законам лингвистка приходилась законной невестой.