Глава 3. Дом дядюшки Бода

Спустя полчаса Плутон решил, что это самый разговорчивый Ангел, который спускался на землю. Всю дорогу миссис Уайт задавала вопросы. Ее интересовало решительно все – какие деревья растут вокруг, какие птицы посвистывают в кустах, водятся ли в Мэриленде змеи и крокодилы. Есть ли поблизости от плантации еще одна река или озеро, холодно ли бывает зимой.

Иногда миссис Уайт вполголоса разговаривала сама с собой. Тихонько посмеивалась: «Ничего-ничего, зато на всю жизнь останется впечатление!» И вдруг она замолчала. Вдоль дороги потянулись поля с табаком, на них трудились чернокожие рабы мистера Бода.

Смуглолицый всадник сплюнул табачную жвачку и лениво приподнял шляпу, заметив в повозке белую леди.

– Кто это? – спросила миссис Уайт. – До сих пор смотрит нам вслед. Даже развернул лошадь.

– Старший надсмотрщик, – глухо пробормотал Плутон. – Говорят, он родом из Мексики, живет у нас уже третий год. Мигель Кано его имя, только здесь все называют его Муреной. Мистер Бод вслух, а слуги шепотом между собой.

– Потому что зубастый? – быстро спросила миссис Лора. – Наверно, настоящий зверюга. Представляю, как ваши его боятся и ненавидят.

Плутон пожал плечами, нахмурившись от досады. Она еще не попала в дом, а уже догадалась о нраве Мурены. И столь же быстро раскусит характер мистера Бода. Но ей придется смириться со всеми капризами хозяина. Иначе быть беде.

«Ваши? Кого она имела в виду?» – задумался Плутон.

Он давно привык, что является слишком черным для господ и недостаточно черным для рабов. Мулат по рождению, не знающий ни мать ни отца, из странной прихоти воспитанный при гостиной тетушки Глории, он безропотно нес свое бремя изгоя. И со временем даже получил кое-какие привилегии в поместье.

А сейчас Плутон ясно понял – открытой и непоседливой миссис Лоре придется туго в Броуди-холл. Зачем она вообще сюда явилась…

– Разве у вас нет других родственников, что пришлось ехать в Америку? – почти сердито спросил Плутон.

– Хотелось дядю повидать, – уклончиво ответила она.

И вдруг привстала в повозке, легонько толкнула Плутона в плечо и вскрикнула чуть ли не в самое его ухо:

– Заяц! Там заяц… Живой! Останови, пожалуйста, я хочу посмотреть. Боже мой, здесь тоже водятся зайцы!

Плутон послушно натянул вожжи, взглядом выискивая в траве шустрого зверька. Но сейчас ему не было никакого дела – заяц там пробежал или олень. Леса вокруг кишели живностью, а воды Чесапикского залива рыбой.

Плутона удивило, с какой простотой белая женщина касалась его и говорила с ним. Без тени надменности или презрения. Словно они были равны. Мистеру Боду это точно не понравится.

В доме только он может позволить себе подобные отношения с Плутоном. Высокомерно-приятельские, издевательски – дружелюбные. Хозяин и преданный пес. Они хорошо знают друг друга, но между ними всегда есть дистанция.

– Пора ехать, мэм, – холодно напомнил Плутон.

И после продолжительного молчания, едва склонив голову набок в ее сторону, четко сказал:

– Вы должны знать. Мистер Сэмюель не терпит возражений, и женские слезы на него тоже не действуют. Если хотите спокойно жить в доме, привыкайте во всем слушаться. У вас есть с собой какой-нибудь капитал? Если позволите мистеру Боду им распоряжаться, может, он возьмет вас в долю, ему сейчас особенно нужны деньги. Но внимательно читайте договор, чтобы защитить себя от банкротства.

– Да… поняла, спасибо.

Кажется, она его не слушала, подозрительно надолго примолкла, настраиваясь на встречу с дядей. И всю оставшуюся дорогу Плутон мысленно ругал себя за навязчивость последней фразы. Кто он такой, чтобы давать советы голубоглазым Ангелам? Почему вдруг захотелось ее защитить, уберечь от возможных разочарований в Броуди?

Стоит ей поселиться в доме, она даже не взглянет на Плутона, а скорее всего переймет властные замашки мистера Бода. Женщины прекрасно умеют притворяться.

Взять хотя бы Розу… Стоило хозяину выказать ей расположение, она задрала нос и стала покрикивать на остальных служанок, а когда мистер Бод увлекся Молли и Розу сослали в табачный сарай, она вновь стала тихой и угодливой. Если Смит или Мурена уводили ее к себе, чтобы показала, чему научилась в постели с хозяином, Роза не сопротивлялась, а потом громко стонала, выражая удовольствие.

Нет, у Плутона не было друзей в Броуди-холле, не было ни жены, ни детей. Впрочем, прямых врагов тоже не было. Редкие стычки с Муреной не в счет. Зубы мексиканца не достаточно остры для толстой шкуры Плутона.

Но вот впереди показались ворота поместья. Залаяли цепные псы, послышалась брань обслуги. Лариса помалкивала, уныло озираясь вокруг – дом оказался не так роскошен, как она себе представляла. Значит, с заботливым мужчиной тоже выйдет накладка. Святой Филимон явно что-то напутал, отправляя ее в Новый свет.

Зато мистер Бод расплылся в улыбке, завидев гостью. Прихрамывая, сошел с крыльца и распахнул объятия.

– Это кто же приехал навестить дядю?

– А вы как думаете? – осторожно спросила Лариса, на всякий случай приподнимая уголки губ.

– Конечно, моя дорогая племянница Лоранс Уайт – храбрая путешественница и просто прелестный цветочек.

Он прижал Ларису к груди и, обдавая табачным запахом, прошипел в ухо:

– Привезла хоть немного деньжат, а?

– Не знаю, – заговорщически прошептала Лариса. – Чемоданы собирала в спешке, понятия не имею, что там лежит.

– Ты зарезала муженька и решила скрыться в Америке? Признайся, я никому не скажу, – так же вкрадчиво продолжал Бод.

Его небритая щека противна колола шею.

– Муженек жив-здоров, – в тон ему отвечала Лариса. – Я всего лишь повздорила с его матушкой и подала на развод.

– Ну и дура! – резюмировал Бод, разжимая руки. – Думаешь, здесь тебя ждут золотые горы и медовые моря?

– Разрешите пожить у вас некоторое время, я буду вести себя хорошо, – скромно ответила Лариса, чувствуя, что близка к панике.

«Он принял меня за племянницу безо всяких вопросов. А если и завтра не кончится этот кошмар? А если придется здесь до старости прозябать… Нет, в такой нервной обстановке мне до старости не дожить…»

Бод отступил на шаг и пощипывая себя за редкую рыженькую бородку, критически осмотрел гостью, комментируя вслух:

– Чересчур тоща и бледна, но приятные бугры и изгибы имеются там, где им положено быть. Если тебя немножко подкормить и подкрасить, пожалуй, удастся не без прибыли сбагрить с рук.

– Вы что, собираетесь продать меня в рабство? – хрипло выдавила из себя Лариса.

– Какие глупости ты говоришь, дорогая! – обиделся мистер Бод. – Я всего лишь хочу найти тебе богатого мужа или любовника, а заодно решить часть своих финансовых проблем. Ты же не думаешь, что я буду кормить и наряжать тебя просто так?

– Я могу помогать вам по хозяйству, – пролепетала Лариса с тоской, – я умею вкусно готовить и печь торты, могу разводить цветы и кормить… кормить кроликов.

– Кроликов у меня нет, – ласково улыбнулся мистер Бод. – Зато целая свора кур. Как у тебя с курами обстоят дела, дорогая?

Лариса судорожно вздохнула и вдруг закашлялась до слез. Хотелось сесть посреди двора и разреветься в голос. И заодно помолиться Африканскому Филимону, чтобы скорее снял свое проклятие и вернул назад.

– Вам плохо, мэм? – послышался рядом взволнованный голос Плутона.

А теперь он, кажется, обращался к мистеру Боду:

– Миссис Лора очень слаба. Она тяжело перенесла дорогу, как бы не слегла завтра в горячке. Пустите ее в дом и дайте воды.

– Хорошо-хорошо! – звучал в ответ противный голос дядюшки Сэма. – Я ведь не людоед какой-нибудь. Пусть войдет и располагается наверху. Молли принесет ей воды и остатки жаркого с ужина. И пусть разберет саквояжи, вдруг там завалялись золотые монеты или драгоценности. А если нет, что ж – как честный христианин я открою кредит. Она все- таки моя родственница. В память о сестре я должен проявить гуманность и милосердие. Так ведь, Плутон?

– Все верно, масса Бод, – кивнул тот, закидывая на плечо тяжеленный чемодан Ангела.