Глава 11

Во время ужина говорить о делах не хотелось. Да и что тут можно было сказать, кроме констатации факта общей загадочности происходящего. Вот уже когда маги добрались до вина, а Эйвену перепал кувшин с яблочным соком, общение стало чуть больше напоминать разговор, а не вежливый обмен фразами. Для начала Алика пересказала Зарену то, что знала сама. Правда, знала она, как выяснилось, слишком мало, и даже вместе с тем, что успела выболтать Ройна, яснее история десятилетней давности не становилась. – С чего Ройка полезла к твоей матери? Обычная человеческая женщина, идущая куда-то вместе с сыном-подростком. Чем она умудрилась не угодить магичке?! – Мы ехали в повозке, вместе с соседями, с ярмарки. Дорога узкая. И тут эта рыжая на коне. Лошади у соседа пуганулись, конь у рыжей скаканул в сторону, а там лужа, грязь, штаны ей запачкало… Она с огненным хлыстом на соседа, мать заступилась, тогда она с хлыстом на мать, тут влез я… – То есть Ройна ехала откуда-то очень злая, – сделала логичный вывод Алика. – Конечно, она могла сорваться из-за одежды, запросто, но и отошла бы быстро. Или твоя мать сказала ей что-то уж очень обидное? Эйвен, пожав плечами, попытался вспомнить, что же именно тогда происходило. Но за десять лет большинство подробностей стерлось из памяти. Да и, будучи подростком, чему-то, возможно важному, он тогда просто не придал значения. – Предлагаю попробовать ментальное погружение. – Покрутив в руках цепочку-артефакт, Алика выразительно посмотрела на оборотня. – Сейчас ты чуть-чуть расслабишься… – прошептала она, ласково проведя кончиками пальцев по лбу парня, а потом быстро накинула цепочку ему на запястье, – и попытаешься вернуться в прошлое. Твоя мать что-то говорит Ройне. Что? – Что таким, как она, надо беречь не штаны, а то, что под ними, – действительно расслабившись, Эйвен сразу вспомнил слова, из-за которых рыжая магичка подскочила на коне, как ужаленная. Да, она пуганула их возницу-соседа, но именно что просто пуганула. А вот после столь явного оскорбления буквально взбесилась и всерьез собиралась ударить человеческую женщину огненной плеткой. Причем сейчас, глядя на происходящее немного со стороны, Эйвен даже посочувствовал магичке. Его мать отличалась язвительным характером. Большинство жителей деревни ее недолюбливали, потому что она говорила им правду, да еще и приправленную ехидством. Только соседи, с которыми они вместе ездили на ярмарку, могли терпеть вредину. Наверное, поэтому она и решила за них заступиться. Хотя лучше бы просто промолчала… Дальше события помчались стремительно, одно за другим. Удар магической плеткой, вспышка боли, яркий ослепляющий свет, телега с двумя мертвыми обожженными телами – соседа и его жены. Безумное ржание вдалеке – обе соседские лошади сумели освободиться и умчаться прочь с дороги, подальше от опасного места. Еще один конь без всадника. Точно! Мужчина, маг, он как раз догнал их в момент начала спора. Эйвен заметил его мельком, прежде чем полезть защищать мать. – Значит, Карлосу просто не повезло, – вздохнула Алика, выслушивая быстрый отчет оборотня. – Но почему твоя мать, вместо того чтобы помочь тебе, ринулась в портал, да еще сумев как-то отнять силу у мага?! И почему не у Ройны?! Она же ближе? – Ройна была огнем, а Карлос – воздухом. Может, все дело в этом? – предположил еще один внимательный слушатель, Зарен. Да, магам воздуха перемещения давались гораздо проще, чем другим. Причем если обычные перелеты с места на место более-менее объяснимы, ветер же, то почему и портальная магия получалась у воздушников лучше, чем у равных по силе прочих стихийников – не ясно. Например, Алика до сих пор предпочитала пользоваться артефактами переноса, а не лепить что-то на скорую руку, не представляя, куда в итоге ее выкинет. И та же Ройна, вон, скакала себе по лужам, вместо того чтобы выделываться, сокращая расстояние. Правда, потом она все же потратила заряд портального артефакта для переноса незнакомого тогда ей мага в лечебницу. Но это потому, что она была не такой уж стервой, как хотела казаться. Да и сам Карлос, кстати, не через портал добирался до дома, а на коне. Артефакты маги берегли на непредвиденные случаи, а собственные порталы создавать без экстренной надобности опасались. Для успешного перемещения на расстояния требовалась особая магия, пространственная. И именно воздушная была к ней ближе всего. – Скорее всего, она не сама портал создала, а артефакт зарядила, причем неумело, раз и силой раскидалась, так что даже Ройне излишки подвалили, и людей, сидящих с ней в повозке, спалило. Странно, что ты выжил. – Зарен с подозрением уставился на оборотня. – Его тогда как раз магией обожгло. То есть он в своем огне горел, – вытащила Алика ответ из остаточных воспоминаний о курсе магической безопасности. – Получается, Ройка этим шрамом тебе жизнь спасла, – хмыкнув, она ласково погладила неподвижного как истукан Эйвена. – Спасибо ей за это уже не скажешь, конечно… – Выходит, если бы не эта полоумная, я бы умер, как наши соседи? Сгорел бы? Потому что моей матери приспичило сбежать через портал?! Вороненок снова ненадолго превратился в воробья, нахохлившись и уставившись в одну точку. Правда, надолго его не хватило. Тряхнув головой, он с вызовом оглядел магов и заявил: – Я должен выяснить правду! И если на самом деле я чуть не погиб из-за… из-за… нее… то пусть извинится хотя бы! Алика с трудом удержалась, чтобы не рассмеяться, потому что желание оборотня было настолько по-детски наивным! Но она прекрасно понимала, что смех сейчас неуместен и выстроит непрошибаемую стену между ней и мальчишкой. А этого не хотелось. Ворон ее забавлял. Но самое главное – Эйвен являлся одной из важных составляющих пазла, частью загадки. Он, кольцо, его мать, некромант из другой страны. Возможно, где-то скрываются еще неизвестные, неучтенные элементы. В любом случае мальчишку надо было держать рядом, присматривать, оберегать и использовать как наживку. – Умойся и иди в мою спальню. Уверена, ты ее найдешь. – Решив отвлечь парня от грустных мыслей, Алика повелительно махнула рукой в сторону коридора. И Эйвен, встряхнувшись, довольно улыбнулся. За десять лет любая трагедия сгладится. И даже если всплески воспоминаний поцарапают душу, то потом реальность все залечит. Оборотень уже достаточно настрадался из-за потери матери, и ему не требовалось много времени, чтобы смириться с новым исчезновением. Тем более учитывая ее поведение при встрече и открывшиеся подробности. Поэтому все мысли Эйвена захватило предвкушение секса с красивой женщиной. Вот только едва парень вышел из гостиной, Зарен осуждающе покачал головой, глядя на свою сокурсницу. – Никогда раньше не замечал за тобой тяги к детям… – Этот мальчик старше тебя в нашу первую совместную ночь. – Усмехнувшись, Алика одним щелчком очистила всю пустую посуду. – Но мы тогда были ровесниками. – Несмотря на внезапный приступ занудства, Зарен помог хозяйке дома, сложив миски из трактира одна в другую, причем руками. – Рискуешь. Напоминать женщине о возрасте опасно, – предупредила Алика своего разворчавшегося гостя, глядя на него с понимающей улыбкой. – Просто обычно ты выбирала более зрелых мужчин, – высказав все, что хотел, Зарен, встав из-за стола, кивнул, благодаря за ужин. – И, учитывая твои привычки в постели, я несколько удивлен. Но ты права, парень достаточно взрослый, чтобы самому решать, с кем ему лучше. Главное, не слишком шумите, у тебя же спальни смежные. – Хочешь, можешь поспать в гостиной на диване, – рассмеялась Алика на откровенное признание в зависти. – Нет? Ну тогда заткни уши воском, потому что я не намерена ограничивать ни себя, ни Эйвена.