Глава 19

Ни она, ни я не ворочались, пытаясь показать друг другу, что сон нас сморил, но оба знали, что это не так. Это был полный идиотизм, но страдать им нам предстояло до утра.

Ангелина не спит, потому что опасается, что я воспользуюсь своим правом на брачную ночь? А может, тоже видит те эротические сценки, что непроизвольно рождаются в голове? Представляет, как мы занимаемся любовью в первый раз…

Я бы медленно потянул её одеяло, обнажая соблазнительное тело. По её коже побежали бы мурашки в предчувствии того, что последует дальше. Она бы вздохнула и замерла, отдавая мне инициативу. Я бы придвинулся и, лёжа на боку, заскользил рукой по её волосам, лицу, шее, ключицам, вернулся обратно и так повторил несколько раз, потом начал целовать, также спускаясь к её груди, а рука продолжила бы путешествие, но уже по соблазнительным холмикам с острыми вершинками и бархатной коже живота, стройным ножкам… Губы вторили руке, но неизменно возвращались к её губам… Я ловил бы своими губами её лёгкую дрожь и невесомые вздохи… Едва касаясь провёл бы по внутренней стороне бёдер… Сначала рука порхала, подобно бабочке, а потом стала более настойчивой, как пчела, что стремиться к цветку. Ангелина неосознанно чуть раскинула бы ножки, приоткрывая доступ к сосредоточению её женственности и желая большего. Я не спешил бы, лаская её через ткань тончайших трусиков, пока её бёдра не толкнулись бы вверх. Чтоб не вспугнуть, я бережно снял бы повлажневшие трусики, спуская их по очаровательным ножкам, и мои губы заскользили вверх туда, где появился первый нектар любви, лаская уже и языком подрагивающие в нетерпении раскинутые ноги. Я кружил бы над набухшими складочками, приближаясь к бутону, потом дождавшись стона, втянул бы отзывчивую горошинку, то посасывая, то ударяя по ней языком. Руки Ангелины прижали бы мою голову… Мой палец скользнул в горячую глубину то погружаясь, то уходя. Я ни на секунду не забыл бы о чувствительной груди, сжимая соски, чуть потягивая и посасывая… Девушка чуточку бы хныкала, когда б я отрывался, но я возвращался, а мои движения бы становились более настойчивыми и смелыми до тех пор, пока она не вскрикнула в своём первом оргазме, орошая мою руку соком желания. Только теперь я бы устроился между её ног, проводя своим восставшим естеством по раскрывшимся лепесткам цветка её девственности и начал бы входить, но самую малость, давая девушке привыкнуть, и снова ускользал… И так всё глубже с каждым разом приближался к девственной плеве, постепенно растягивая и готовя к тому, чтоб принять меня всего. Рывок! Её вскрик и мы бы замерли, ощущая слившимися воедино. Чуть заметное, почти неуловимое движение её бёдер подсказало бы о готовности к желанному продолжению…

Чёрт, я сейчас кончу, как подросток, уделав всю постель!..