Глава 4

Путешествие на вертолете до Сочи мне понравилось. Пусть оно было недолгим, всего несколько часов, но за это время я успел оценить все прелести этого вида транспорта. С учетом времени на посадку и всего прочего — даже на самолете это вышло бы дольше. Ну а сравнивать с автомобилем и вовсе не стоит, вертолет — это намного быстрее и удобнее. Кстати, если посчитать, сколько времени у меня занимает поездка из Барвихи в Москву, наверное, нужно всерьез задуматься об этом виде транспорта. Что-то в последнее время я начал совсем уставать от этих бесконечных пробок, которые отнимали слишком много драгоценного времени.

В общем, день начался хорошо. Если, конечно, не брать во внимание Верховцева, который перед вылетом вынес мне весь мозг своей неуемной заботой о моей безопасности. Леонид Александрович очень переживал за то, что я лечу в Сочи один, без охраны.

По его мнению, хотя бы одного человека я должен был с собой взять. Вот интересно, ночевал бы этот парень вместе со мной и Василисой в одном номере, но в соседней комнате? Сошлись на том, что я буду крайне осторожен и внимателен к окружению.

Погода на южном берегу Черного моря и в самом деле была просто чудесная. Чистое голубое небо, редкие белые облака, ослепительно-яркое солнце… Снега в городе не было от слова «совсем», так что даже не верилось, что не так давно я лепил снежную бабу в Барвихе. Все это весьма способствовало тому, что мое настроение с каждой минутой становилось все лучше.

Конечной точкой моего воздушного путешествия была вертолетная площадка на крыше отеля «Гранд Романов Сочи». Разумеется, императорская фамилия не просто так фигурировала в названии отеля — семья давно владела сетью отелей по всему миру. Конкретно этот был одним из лучших по всей сети.

Василиса встретила меня прямо на вертолетной площадке, которая находилась на крыше отеля. Соловьева визжала от радости, когда увидела меня и чуть не придавила в крепких объятиях. Если бы сам не прочувствовал, то никогда бы не поверил, что такая хрупкая на вид девушка, обладает такой силой.

— Соколов, как я рада тебя видеть! — приговаривала она, все туже сдавливая в тисках своих объятий.

— Василиса, ты меня сейчас удавишь на смерть! — взмолился я о пощаде. — Некому тогда за тебя сегодня болеть будет на твоих гонках.

— Не переживай, не затем я тебя приглашала, чтобы удавить, — улыбнулась она и подтвердила свои слова страстным поцелуем. — Пошли в номер, холодно здесь.

— Ты бы еще голая выскочила, — сказал я, глядя на ее тонкий шелковый халатик, который развевался от порывов ветра, обнажая красивые стройные ноги.

— Да ладно, не будь таким занудой, — ответила она и подмигнула. — Пошли в номер, там тебя завтрак ждет.

— Сейчас, погоди, мне нужно вещи свои из вертолета забрать.

— Ого, это мне? — спросила она, после того, как я вручил ей огромный букет нарциссов.

— Соловьева, ты меня не пугай — разве здесь есть кто-нибудь еще? — спросил я и посмотрел по сторонам.

— Спасибо, сударь, — игриво сказала Василиса и чмокнула меня в щеку. — Неожиданно и приятно. Пошли, а то мне и в самом деле становится очень прохладно.

Мы спустились на несколько этажей ниже и вошли в ее номер, который оказался гораздо больше, чем нужно двоим молодым людям.

— Василиса, ты что, кроме меня сюда еще человек двадцать пригласила? Зачем такой большой номер? Здесь комнат десять, наверное!

— Люблю, когда много света. Мне так легче дышится.

— Учитывая твой Дар, я бы сказал, что ты должна любить темноту.

— Ну да, а еще подвалы, могильную сырость и чтобы мне все время слышался зловещий хохот, — усмехнулась она.

— Типа того, — я поставил на пол свою сумку.

— Располагайся, завтракай, если нужно принимай душ, а мне пора бежать. К часу дня жду тебя на автодроме. Только не опаздывай пожалуйста.

— Ну вот насчет последнего пункта могла бы и не предупреждать. И вообще, — я взял ее за руку и притянул к себе. — Я рассчитывал, что мы начнем этот день в постели.

— Не-а, — усмехнулась она и чмокнула меня в губы. — Мне правда нужно бежать на тестовые заезды. Но вот закончим мы этот день точно в постели, это я тебе обещаю.

Она вынырнула из моих объятий, оставив меня в легком расстройстве. Ее полуобнаженный вид на крыше гостиницы настроил меня на боевой лад, а здесь такое внезапное разочарование. Ладно, подождем до вечера, у нее сейчас голова и в самом деле другими вещами занята.

Вскоре она выпорхнула из комнаты уже переодевшись к выходу. Еще раз поцеловала меня на прощание, снова попросила не опаздывать и вышла из номера.

У меня в запасе была еще пара часов времени, так что я и в самом деле решил воспользоваться советом Василисы, принять душ, а затем позавтракать.

Как вскоре выяснилось, Соловьева решила, что последние пару дней я вообще не ел, а потому весьма оголодал за это время. Иначе как объяснить, что весь огромный стол в одной из комнат был очень плотно заставлен самыми разнообразными блюдами. Начиная от ветчины и заканчивая икрой, ну и, кроме того, несколько видов фруктов, свежая дыня, джемы…

На столе лежала небольшая записка:

«Я не знала, что ты любишь на завтрак… Целую!».

Вот же, Василиса! Вообще-то могла бы просто позвонить и спросить, а не заказывать все меню из местного ресторана. Ну и куда теперь все это девать? Съесть это одному человеку просто невозможно, а до вечера половина этого испортится… Жаль, что я с собой Тосика не взял, он бы сейчас мне здорово помог с этим нелегким делом. Ну ладно, пора браться за завтрак, уменьшим съестные запасы насколько это возможно — за время полета я и в самом деле довольно сильно проголодался.

* * *

Похоже Соловьева была права, гонка и в самом деле вызывала довольно большой интерес. Во всяком случае на автодроме было очень многолюдно.

В мотокостюме Василиса выглядела необычно и вместе с тем очень сексуально. Глядя на нее я еще раз пожалел, что утром у нас не нашлось времени на секс. И сейчас она радовалась моему приезду как влюбленная девчонка, ее ярко-зеленые глаза лучились радостным блеском и это было приятно, что скрывать.

Давненько на меня не смотрели таким взглядом, наверное, с тех пор как я уехал из Саратова. В случае с Салтыковой все было чуть иначе. Разумеется, и во взгляде Екатерины можно было увидеть теплоту, но для этого приходилось слишком долго и настойчиво всматриваться…

Я поцеловал Василису и пожелал ей удачи на гонке. Кстати, в этот момент я заметил, что на нас смотрят сразу несколько заинтересованных лиц. Никого из них я не знал, но отлично понимал, чем именно был вызван их интерес. Хоть род Соловьевых на императорский престол и не претендовал, но по своей истории даст фору многим дворянам. Кстати говоря и мне в том числе, так как род Василисы был намного древнее моего.

После того, как она вновь убежала по своим гоночным делам, я поднялся наверх, где располагалась ложа для самых важных посетителей. На входе меня встретил администратор и провел к столику, который был под меня забронирован.

Стол был накрыт. Шампанское в ведерке со льдом, легкие закуски — ничего особенного, но в то же время имелось все для того, чтобы можно было с удовольствием провести несколько часов, наблюдая за гонкой. Вот только я правил не знаю, так что пока у меня еще есть двадцать минут, можно зайти в интернет и почитать.

Мой стол находился совсем рядом со сплошной стеклянной стеной, так что вид на трассу у меня был просто отличный. Я посмотрел на царящую внизу суету. Гонщики постепенно занимали свои стартовые места, а возле них копошился технический персонал. Василисы пока на старте не было.

В этот момент я почувствовал на себе чей-то пристальный взгляд. Я окинул взглядом зал и вдруг увидел возле дальней стены знакомое лицо. Ну надо же, Теряев Тит Федорович собственной персоной! Интересно, что он здесь делает? Неужели Соловьева и его пригласила? Да ну, что за бред, нет конечно. Этого не может быть.

Мы смотрели с ним друг на друга и наши взгляды выражали весьма схожие эмоции. Оба не рассчитывали увидеть здесь друг друга и так же оба желали, чтобы соперник испарился прямо сейчас. Кстати, маркиз был не один — его окружала компания охранников из трех человек. Они смотрели на меня точно с таким же выражением лица, как и их хозяин.

Может быть Верховцев был прав и мне все же нужно было взять с собой хотя бы одного человека? Это избавило бы меня от необходимости быть все время настороже. Не знаю. В любом случае, сейчас об этом уже поздно рассуждать. Так что будем действовать по обстоятельствам.

В какой-то момент мне надоела игра в гляделки и я помахал маркизу рукой. Мне почему-то показалось, что этот жест не доставил ему особого удовольствия. Во всяком случае, махать мне в ответ он не стал, а его лицо скривилось так, будто он только что прожевал лимон.

Плевать. Да и вообще — пошел он в задницу. Сегодня же выясню у Василисы какого черта этот пухлик здесь делает и что их связывает, а потом уже сам буду с ним разговаривать и советовать не таскаться за ней следом. Просто потому, что мне не нравится наблюдать его неприятную рожу, которая портит мое настроение.

Я махнул официанту и указал на бутылку шампанского. Что-же, будем наблюдать за гонкой. Судя по ревущим двигателям, она уже совсем скоро начнется.

В отличие от меня, маркиз уже потерял к гонке всякий интерес, так что я все время чувствовал на себе его тяжелый взгляд. Вот же засранец! Даже с учетом того, что я усиленно пытался сконцентрироваться на гонке, его навязчивое пристальное внимание не давало мне возможности расслабиться. Очень хотелось швырнуть в него Огненный шар, чтобы успокоить этого парня навсегда.

Тем временем гонка шла своим чередом. Какое-то время Василиса балансировала между пятым и шестым местом, но ближе к финалу случилась небольшая авария и в результате несколько гонщиков вылетели с трассы. Она стала третьей и лишь после этого гонка увлекла меня всерьез.

Не могу сказать, что зрелище было для меня очень уж интересным, но чем ближе становился финиш, тем больше у меня повышался адреналин. Соловьевой удавалось держаться за третье место и никому его не отдавать, хотя попытки были весьма активные. Теперь мне уже хотелось, чтобы гонка поскорее закончилась именно с таким результатом.

Наконец гонщики пошли на финишный круг, а спустя еще несколько минут я с удовольствием выпил бокал шампанского за успех Василисы. Учитывая то, что в основном все гонщики были мужчинами, я считаю, что для девушки это отличный результат.

Я встал из-за стола и, не обращая внимания на сверлившего меня взглядом маркиза, пошел на свежий воздух, чтобы поздравить свою рыжеволосую красотку.

Увидев меня возле бокса, она радостно завизжала и бросилась мне на шею.

— Ты это видел? — спрашивала она, а по ее щекам текли слезы от счастья.

— Разумеется да! Или что я по-твоему там делал? — я начал срывать фольгу с бутылки шампанского, которую только что купил в ресторане автодрома, но Василиса меня остановила.

— Погоди, сейчас награждение, ну а потом уже все остальное, — сказала она и махнула рукой в сторону подиума, возле которого уже начала собираться толпа народа.

— Ну как скажешь, — улыбнулся я, обнял ее и поцеловал в мокрую от слез щеку. — Награждение, значит награждение!

* * *

Оказавшись в номере, она первым делом пошла в душ, а я тем временем заказал легкий обед. С учетом того, что вечером нас ждал какой-то известный в городе ночной клуб «Хрусталь», слишком сильно наедаться мы не собирались. Поэтому я заказал лишь немного устриц, просто для того, чтобы немного перекусить и еще одну бутылку шампанского — прошлую мы с Василисой выпили в машине на пути в гостиницу.

К тому времени, когда она закончила с водными процедурами, заказ уже принесли. Я открыл шампанское, разлил напиток по бокалам и протянул один Соловьевой — она устроилась рядом со мной на огромном диване. Из одежды на ней был все тот же знакомый мне халатик, который я видел на ней утром.

— Давай еще раз за твою победу, — предложил я тост.

— Ну нет, хватит уже за нее пить, — ответила она и улыбнулась. — Я хочу выпить за тебя. Я очень рада, что ты нашел время, чтобы приехать и поддержать меня. Да и за то, что просто приехал — тоже спасибо. Мне кажется, ты приносишь мне удачу.

— С чего ты взяла, что я не смогу найти для тебя время? — напустил я на себя удивленный вид.

— Соколов, вот только не делай из меня дуру — я этого не люблю. Ты что же, думаешь я не знаю, что у тебя и без меня забот хватает? — спросила она.

— Вот как? Ты за мной следишь? Или подсылаешь призраков, чтобы они за мной приглядывали?

— Просто я очень любознательная девушка и слежу за новостями в интернете, — она склонила голову набок и лукаво улыбнулась. — Да и вообще, у меня нет привычки связываться с кем попало, понятно?

— Приятно слышать, что к категории «кто попало» я не отношусь. Ну что же, давай тогда выпьем за меня, возражать не стану, — мы чокнулись, пригубили напиток, а затем я задал вопрос, который у меня уже давно вертелся на языке. — Кстати, о ком попало… Ты мне расскажешь, кто такой Тит Федорович Теряев и какое он имеет к тебе отношение?

— Фу, гадость какая, — скривилась Василиса. — Вот нужно было тебе в такой момент о всякой дряни разговаривать! Зачем он тебе сдался, этот ублюдок?

Реакция мне нравится, обнадеживает. Думаю, я не ошибался, когда думал, что они слишком разные люди, чтобы у них было что-то общее.

— Этот, как ты говоришь, «ублюдок», еще будучи в Москве, советовал мне держаться от тебя подальше. Ну а сегодня я видел его на гонке. Разумеется, плевать я хотел на его советы, но хотелось бы понять — что он от тебя хочет?

Соловьева выпила шампанское и нахмурилась.

— Достал уже, козлина!

— Держите себя в руках, Василиса Тимофеевна, что за манеры? — усмехнулся я, хотя на самом деле мне было приятно.

— Других слов у меня для него нет, — сказала она. — Второй год за мной таскается, как собака. Нас как-то познакомили с ним на одном из императорских приемов, вот с тех пор он пытается за мной ухаживать.

— Ну а ты?

— А мне он противен! Видеть его не могу! — она посмотрела на меня и в какой-то момент мне показалось, что еще мгновение и из ее глаз вылетит пара молний. — Год назад он убил на дуэли одного парня, который просто несколько раз присылал мне цветы, представляешь?

Ого! Упрямый молодой человек, если второй год от нее не отступается. Ну и судя по тому, что убил какого-то мальчишку на дуэли, еще и вздорный. Хмм… Нужно будет посерьезнее заняться пухликом и выяснить — какой у него Дар и что он вообще из себя представляет.

— Ты ему давала понять, что у вас ничего не может быть?

— Что значит «давала понять», Соколов? К твоему сведению, я ему уже несколько раз по физиономии съездила, а до него как-то не доходит.

Даже так? Выходит, у него и с чувством собственного достоинства проблемы? После такого я бы на его месте давно уже забыл про Соловьеву, а он нет… Похоже тяжелый случай. Что-то мне подсказывает, сегодня у нас с ним была не последняя встреча.

— Ладно, будем считать, что я все понял по этому парню, так что хватит об этом, — сказал я и придвинул ее поближе к себе. — Ты не забыла, что кое-что должна мне еще с самого утра?

— Что-то не припоминаю, — усмехнулась она и игриво потянула на себя полу халата, оголив стройную ногу практически до самых трусиков. — если ты говоришь о сексе, то мы вроде бы как договаривались на вечер.

— Во-первых, мы с тобой ни о чем не договаривались, это ты сама так решила, — моя рука скользнула под шелковый халат и я погладил ее голую грудь. — Ну а, во-вторых, до вечера я не дотерплю, так что иди сюда.