Глава 29. Вражеский маг
– Тебе не стоит лезть туда.
Хена прижималась щекой к его плечу. Они лежали на узкой кровати в ее комнате, обнявшись, держась друг за друга, иначе тут не уместиться, Хена к стенке, касаясь спиной, Рейнардо с краю, едва не падая. Но так вышло, что здесь все равно удобнее.
Рейнардо осторожно погладил ее волосы.
– Без меня это не имеет никакого смысла. Ничего не выйдет.
– Ты ведь сам говорил, что этот маг сильнее тебя.
– Да, – Рейнардо вздохнул. – Но других магов, кроме меня, у нас сейчас все равно нет. А без магии не справиться. Больше некому. Мы не можем сидеть за стенами и смотреть, как кетхарцы жгут деревни вокруг.
Они в Магате почти три недели, но никаких серьезных сражений нет. Зато кетхарский маг набирает себе новую армию, они жгут деревни и собирают мертвых. Небольшими набегами, и никогда не знаешь, куда ударят в следующий раз. А защитить все земли в округе сразу – невозможно, у них не хватит на это людей.
Напасть на кетхарский лагерь самим – тоже не выйдет, они пробовали. Кетхарский маг, как и Рейнардо, умеет бить по площадям, оглушая. И делает он это куда эффективнее, особенно притом, что приближение врагов чувствует издалека. У него повсюду сигнальные нити. Он оглушит людей раньше, чем они подойдут, а там покойники довершат дело…
Чтобы справиться с кетхарцами – надо убить мага. Тогда армия мертвых рассыплется сама, а людей там осталось не так уж и много. С людьми можно справиться.
И вот, выходит, что с боем к магу не подобраться.
Только хитростью…
У Рейнардо появился план, но Хене он казался настоящим самоубийством, она не могла согласиться… Другое дело, что ее сейчас не спрашивали.
Указаний от лорда Гальярдо не было.
Пришло письмо, в котором он писал, что приедет лично, как только сможет. Но дела не позволяют сделать это прямо сейчас. Ближе к Тальменару сейчас шли серьезные бои, лорд Гальярдо не мог оставить войска. «Мага Рейнардо» он велел поберечь и без необходимости не отправлять в бой. Правда необходимость – дело такое…
Сам Рейнардо считал, что настала крайняя необходимость сейчас. Ждать – значит позволить безнаказанно разорять свои земли. Возможно, из Магаты их и не выбьют, зато вполне могут обойти и пойти дальше, а в поле сражаться будет сложнее. Чем дольше ждешь, тем больше мертвых они соберут. Если Гальярдо приходится нелегко и сейчас, то допустить, чтобы маг со своей армией мертвых подошел ближе к Тальменару – точно никак нельзя.
Подобраться тихо, ударить неожиданно…
Любой крупный отряд их колдун засечет. Одного случайного человека не засечет, возможно, если Рейнардо попытается свою магию прикрыть. Но даже так все равно близко не подобраться.
Оказаться рядом могут либо свои, либо мертвые.
Рейнардо собирался прикинуться мертвым.
Когда Хена услышала в первый раз, она решила, что это шутка. Да он с ума сошел?
Потом она была в ужасе. Не понимала, как вообще кто-то мог одобрить такое решение. Но Рейнардо уже, каким-то образом, убедил Торрегроссу.
Если у него получится – они покончат с кетхарцами здесь и смогут выдвинуться к Тальменару, на подмогу лорду Гальярдо, ударить воскам в спину. Это может спасти тысячи жизней, может многое изменить. Если не получится – что ж… На войне всегда кто-то умирает. Ставки высоки, игра того стоит.
– Ты не можешь! – пыталась Хена. – Это слишком опасно!
Рейнардо усмехнулся, глядя на нее.
– Если бы дядя Эстебано и мой отец хотели спрятать меня в безопасное место, они бы не отправили меня в Кетхар. А раз отправили, то прятаться больше мне никакого смысла. Я должен попытаться. Да, я принц, но… мой брат Фернандо сражается на западе, вместе с Фридрихом, и он никогда не прятался от войны.
– Но это безумие, – Хена не могла поверить.
– И все же, я попытаюсь, – Рейнардо провел пальцами по ее волосам.
– Я пойду с тобой.
– Нет, – сказал он. – Я пойду один. Если ты будешь рядом, я не смогу ударить в полную силу. Помнишь, как там, в горах, еще до Корса на нас напали? Тебя ранили… а я убил их всех. Я могу попытаться ударить так же. Если я сделал это раз, то смогу и снова. Я понимаю, в целом, что для этого нужно… Но только это волна, расходящаяся кругом, если бросать заряд вперед, через головы, то сила значительно уменьшается. Я должен быть там, как можно ближе к магу, тогда есть шанс, что он не успеет защититься. Надо чтобы рядом не было своих, чтобы я не боялся никого задеть. Страх будет мешать.
– Тебя убьют… – Хена не знала, какие найти слова, чтобы остановить, она слишком боялась за него. И еще больше боялась того, что ее не будет рядом.
– Или я их, – он улыбнулся снова. – Стоит попытаться.
Отследить, куда поедут кетхарцы. Да, пусть все их вылазки не отследить, но хоть одну. Напасть небольшим отрядом, и отступить, как будто бы от того, что силы не равны. Может быть, даже под видом местных крестьян. В деревне или в поле напасть – это уже не имеет значения. Оставить им «мертвого» Рейнардо, после боя. Кетхарцы должны забрать его, отвезти в свой лагерь. Чтобы поверили – порезать одежду, оставить небольшой порез где-нибудь на груди, щедро полить кровью.
Дальше все зависит от него, и от того, насколько повезет.
Добивать не должны, им требуются как можно более целые покойники. Вот такие – молодые крепкие мужчины, как Рейнардо.
Свою магию от кетхарского колдуна Рейнардо постарается прикрыть. Это возможно, особенно, если шевелиться поменьше, любое движение сбивает. Но мертвые, как раз, должны лежать тихо.
А когда колдун подойдет ближе – ударить.
Слишком большой риск. Но если выйдет… это едва ли не ход войны изменить сможет.
Хена пойдет с тем отрядом, но потом… ей придется Рейнардо оставить.
Она чувствовала себя напуганной наседкой.
Наверно, любая мать чувствует что-то такое, когда ее сын становится взрослым и впервые уходит из дома… сражаться самостоятельно. Хочется не пустить, оставить при себе. Только Рейнардо, конечно, не сын. И она ничего не может за него решать.
– Не бойся, – он быстро поцеловал ее в нос и выскочил из постели. – И пожелай мне удачи.
* * *
Бабахнуло так, что, говорят, даже в замке зазвенели стекла. Стекла вряд ли, конечно, хотя слышно было наверняка.
Хена стояла куда ближе, ударом накрыло ее, оглушило, кони заржали и понесли. Потребовалось время, чтобы прийти в себя. И еще время… для бесконечно долгого и безумно мучительного ожидания, чтобы пришли в себя остальные. Чтобы весь их отряд собрался и поскакал к кетхарскому лагерю. Кони еще боялись скакать туда, да и люди тоже.
Но надо спешить.
Рейнардо там.
Судя то тому, как бабахнуло – у него получилось. Его дикий самоубийственный план сработал, он… Только бы он сам остался жив!
Хена была с ним, когда, переодевшись в местных крестьян, они напали на кетхарский отряд, выехавший за свежими телами. И сколько усилий, сколько седых волос ей стоило оставить Рейнардо там. Когда она убегала, а он остался лежать на траве, весь в крови… Паника подступала, не давай дышать. Она чуть было не вернулась, не легла с ним рядом. Но разумные товарищи ухватили за шкирку и увели с собой. Это правильно. Она бы Рейнардо только мешала, он бы боялся навредить ей. Он не ударил бы так…
Только бы он жив!
Успеть! Если вдруг кто-то из кетхарцев остался, то они побегут узнавать, что случилось. Они могут убить его. Рейнардо наверняка израсходовал все силы на такой удар, не сможет больше защититься. Если кетхрский маг не умер, если успел поставить защиту, то может убить…
У Хены в глазах темнело, и сердце выпрыгивало, так хотелось скорее добраться до места, увидеть все. Унести его оттуда.
Лошади чуяли магию и шли неохотно. Потом и вовсе начали пытаться завернуть, топтаться на месте. Ладно, плевать! Хена побежит так. Главное – добраться до него.
Чем ближе к месту, тем тише. От тишины звенит в ушах. Пыль и пепел кружат в воздухе. Мертвые. Те, что еще недавно были живыми и те, что умерли уже давно. Нет, мертвые не все, некоторые еще шевелились, кого-то просто оглушило. Их нужно добить, но сейчас на это нет времени.
Скорее!
Хена неслась, не чувствуя ног, ничего не чувствуя, только все нарастающую тревогу.
Уже близко! Потому что тела шевелиться перестали, слишком близко… а некоторые… Хене некогда было смотреть, не до того… но все равно она не могла не видеть, как плоть сползала, обнажая кости… До тошноты. Рейнардо сделал это. Даже страшно подумать, какая это мощь. Как это можно использовать в иных целях.
Еще ближе и вокруг только кости.
А если он тоже? Он сам, как маг, как источник этого, пострадать был не должен, но воображение уже рисовало белые кости Рейнардо в черном круге…
Что-то шевельнулось впереди. Слишком далеко пока, чтобы разобрать.
Хена вскрикнула. Она сама не поняла, обрадовалась или испугалась. Не поняла что это… Человек. Тот человек с трудом, на четвереньках полз куда-то. Весь в черной копоти и…
– Наро! – закричала она.
Человек дернулся и застыл на мгновение. Хена увидела, как в его руке сверкнул клинок. Словно принюхался. Пополз дальше, быстрее, словно стараясь успеть.
– Наро! – крикнула и уже поняла – это не он. Кетхарский солдат, выживший где-то на периферии удара и добравшийся сюда. Или сам маг, успевший поставить защиту, но теперь оставшийся без магии.
У него клинок, и он ползет куда-то в сторону, не к ним.
К Рейнардо!
– Нет! – изо всех сил кричит Хена. – Стой!
Бежит.
Понимает, куда он ползет, и уже сама видит черную от копоти фигуру в черном круге. Рейнардо. Лежит неподвижно. И эта тень с клинком ползет к нему, желая убить. И видя бегущую Хену, тень начинает двигаться быстрее. Клинок сверкает на солнце.
– Стой! – кричит Хена. Нет! Только не так!
И спотыкается, нога подворачивается. Хена падает. И где-то в это мгновение тень пытается подняться и сделать рывок. Сейчас разорвется сердце. Вот так, у нее на глазах… Хена пытается подняться, но ноги не слушаются.
Она не успеет! Далеко!
И вдруг свист стрелы мимо. Вш-шух!
И тень падает. Падает клинок. Топот своих совсем рядом. Хене помогают подняться.
– Там, – хрипло говорит она.
Рейнардо лежит в круге черной гари, так, что даже никогда не поймешь, что это он. Неподвижно. Волосы сгорели и спеклись от жара, от одежды мало осталось, она висит клочьями, вся кожа покрыта коркой…
– Наро! – Хена в панике пытается трясти его, сделать хоть что-то, понять, что он жив… от движения корка на коже лопается, сочится кровь… – Наро, пожалуйста… Очнись!
– Тихо, не надо! – ее попытались оттащить, успокоить. Но успокоиться Хена не могла.
Он не должен умереть вот так!
Вцепилась в него.
И только когда Рейнардо слабо застонал, не открывая глаз, Хена поняла, что он дышит, он еще жив. А значит, все будет хорошо. Он маг, а маги очень крепкие, его сила поможет восстановиться. Как бы страшно это не выглядело сейчас, но он жив.
Все будет хорошо.
У него получилось.
Хена не видела, ее не интересовало больше ничего вокруг, но потом ей сказали, что мага нашли, он тоже был жив, хоть и без сознания, успел закрыться. Суинтон срубил ему голову, не дожидаясь, пока маг придет в себя. Так надежнее. Кто этого мага знает, на что он способен. Лучше уж сразу.
Мертвых добили.
Живых, тех, кому удалось выжить, забрали в замок. Их немного, и, кто знает, возможно, им есть что рассказать.
Четыре огромных сундука яиц кхмары сожгли. Там еще на три таких армии бы хватило. Так много – значит, у них есть источник, есть взрослая матка, которая откладывает яйца. И надо остановить…
Рейнардо осторожно положили на телегу и отвезли в замок.
Хена сидела рядом с ним, не отходя, день и ночь. Двое суток вообще невозможно было сходу сказать – жив он или умер, не двигался, сердце едва слышно было. Но Хена верила. Ее ведь саму когда-то накрыло так, и Рейнардо сидел с ней почти месяц! Один, в горах, без еды. Сейчас, глядя на него, думая обо всем этом… «Только очнись, пожалуйста! Только очнись! Я все сделаю, – шепотом, едва слышно. – Платья буду носить, хоть кружева! Научусь делать все! Тебе больше не придется краснеть за меня, я…» Она не знала, что предложить ему, что она может сделать для него, что пообещать. Просто сидела рядом.