Глава 28

гСобытие семьдесят третье

Дядьки у трёх лип не было. Сначала… Сначала Коська поел прямо из котла медного горячей обжигающей перловки серебряной ложкой. Делать посуду из серебра придумал сам маркиз де Сад. Или сам Леопо́льд фон За́хер-Ма́зох. Был как-то Константин Иванович во Львове на экскурсии, и там гордо женщина гид сообщила, что этот товарищ, чьим имени назвали мазохизм, до двенадцати лет жил в Лемберге — Львове, где и родился. Так вот, у серебра очень большая теплопроводность и ложка сразу нагрелась, и руки все парню обожгла и губы. Лучше бы себе из палки выстругал лопаточку.

Но это Коська живой и почти здоровый. Ну, уставший страшно и страшно голодный, но целый и невредимый. А вот князь с двумя ранами и Рыжий тоже с приличной раной эти ложки серебряные в руке держать не смогли, пришлось Коське черенки обмотать оторванной от белого плаща полоской ткани.

Не все ещё неудобства. От телеги воняло. На ней разлагался труп князя Скиргайло. И вот тут уже ничего поделать было нельзя. Цинкового гроба нет, да даже деревянного нет. Укрыт тряпочками. Да, не жара тридцатиградусная, но время-то идёт.

Пришлось всем ютиться по другую сторону костра, так запах хоть немного глушился жаром догорающего костра.

Попытка привести в чувство Карпа не увенчалась успехом.

После обжигающего ужина князя с Рыжим вырубило, прямо с горячими ложками в руках сидя заснули. А ещё через пару минут и Язеп последовал их примеру, сказав, что некоторые травки и корешки он нашёл и можно приготовить… Чего можно Касьян уже не узнал. Повалился на траву мокрую вслед за ранеными и лекарь. Ну, старенький. Ему самому сейчас в тёплой кроватке полежать и горькой какой настойки попить.

Коська тоже хотел спать. Слипались глаза, и голова клонилась на грудь. А нельзя. Не, немцы, скорее всего, кончились, был бы хоть один, напал, когда они ужинали, сидели под проблесками костра у всех на виду и оружия в руках не было, были ложки серебряные. Так что, немцы точно кончились или убежали.

Но нужно ведь обойти ближайшие окрестности и попытаться дядьку найти. Вероятность, что немцы его захватили и он им дорогу указал, велика. Не сто процентов. Мог тупо заблудиться, а дойчи нашли их по следам. Однако, предчувствие заставило парня тряхнуть головой и пойти проверить командный центр тевтонов — три сросшиеся липы. Пришёл, а там вообще никого нет. И ничего. Даже столов с картами и радиста с рацией. Чуть в сторонке валялся, правда, лучник со стрелою в сердце. А кто накупидонил⁈

Лук парень подобрал, как и колчан со стрелами. Вдруг в хозяйстве пригодится. Пояс ещё проверил… Удивительно. Кошель был. Нет, не это удивительно. Его содержимое было необычно. Там не маленькие серебряные монетки были и даже не гривны, там было золото и не в виде монет, а в виде двух печаток и одной жуковицы, читай перстня с кабошоном синего цвета. Сапфир? В придачу была пара золотых серёг в виде монеток с солнцем, стилизованным, на них. Кого-то богатого немец обчистил. Монетки тоже были. Но немного и серебряные. Английские пенсы. Точнее семь монет, которые назывались гроут (4 пенса). Такая приличная монета типа советского пятака. На аверсе мужик в короне. Эдуард третий, наверное. Какого-то английского купца лучник укокошил?

Посчитав, что дядька, где бы он не был, может ещё немного полежать, Коська пошёл к дубу, где главнюк зарубленный им лежал и ещё трое фрицев. Там тоже нужно трофеи собрать.

Странно, но изрубленный им в фарш меченосец (не путать с аквариумной рыбкой) оказался нищебродом. Кошель быль. В кошеле были деньги и деньги эти были — три гроша. И кинжал был в ножнах. Обычные деревянные ножны, обтянутые кожей, и без всяких украшений. И кинжал простой, да, похоже и сталь так себе, так как в зазубринах весь. Меч? Полуторник? Ну, на первый взгляд нормальный, но тоже без единого кусочка серебра или всяких драгоценных камней. Рукоять обтянута проволокой медной. Может сталь нормальная, но в темноте коленцев дамасской стали не видно.

Второй лук Коська тоже прибрал, как и колчан со стрелами. У этого лучника в кошеле нашлось три монетки тоже гроши. Нищеброды проклятые! Кинжал был, но тоже простенький. Зато с алебардщиком повезло. У того кошель был тяжёлый, смотреть Касьян не стал. Тоже гроши, штук двадцать. И кинжал был в ножнах с серебряными пластинами и гардой настоящей с вставками из серебра, пафосная такая вещь. Пиратов с такими рисуют на картинках.

Отнеся всё нажитое непосильным трудом добро к телеге и проверив, что все сладко спят, Коська отошёл назад к трём липам и стал методично обходить все деревья в ближайшем окружении. Под четвёртым деревом и лежал родственник. Лежал без сознания с окровавленной головой, но парень сразу пальцы на шею дядьке положил и пережал сонную артерию, чтобы… удавить… ладно, чтобы пульс проверить. Пульс был. Врач бы сказал: «Слабого наполнения». Коська же только ученик лекаря и сказал:

— Вот ведь, сволочь. Опять выжил. Опять все трофеи отберёт.

Пришлось подхватить под мышки родича и тараканить к телеге. И там уже пытаться отмыть кровь с раны. Рана была на затылке… Как там у ментов в протоколах пишут, на волосистой части головы. При промывании ратник Савёл стонал, дёргался даже, но в сознание не приходил. Промыв рану, Коська наложил на неё остатки лечебной дезинфицирующей мази на основе дёгтя, судя по запаху, и перебинтовал башку родичу, умышленно глаза тоже забинтовывая. Можно было и оставить один, но из вредности парень оба примотал. А пусть дядька от страха обделается, очнётся и темно. Подумает, что ослеп. Веселуха? Мстя. Этот гад сюда ворогов приволок на хвосте. Разведчик… антисоветчик. Ничего, князь очнётся — проснётся и спросит, как с понимающего.

Событие семьдесят четвёртое

Последнее, что князь Остей сказал, перед тем как вырубиться, было бу-бу-бу. Не, ещё он сказал, что нужно отсюда когти рвать, своими, правда, средневековыми словами. И Касьян был с ним согласен. Дорога с немцами… да даже и без немцев… хотя, нет, точно с немцами. Они ведь там точно своих хоронить остановятся, а ещё им теперь новую разведку высылать. Опять же вечер был, нужно вставать на ночлег. Но утром они проснутся, узнают, что ещё десяток «ихних» побили, не вернулись те с задания, и вышлют по следам нормальный такой отряд человек в пятьдесят. И Коська их всех положит!!!!!!! Нда. Нужно уходить. Хоть бы до утра еще километра на три на юг отъехать. А ещё как-то бы следы запутать. Речка бы попалась… мелкая и неширокая, по ней проехать с километр.

Хороший план. Только из дееспособных он один остался. Хельга можно не считать. Старика эти приключения вымотали. Он сам еле живой.

Коська глянул на котёл. Там половина каши осталась. Ели в три горла, но едоки еле живые и их маловасто.

— Нужно подкрепиться, — голодный он с предстоящей работой не справится.

Где-то через час, когда далеко на востоке, где-то в Московии, из-за Воробьёвых гор начало подниматься солнце, караван ученика лекаря Касьяна тронулся в путь. Труп князя Скиргайло он сбросил с телеги и отволок к выворотню. Старый дуб метрах в пятидесяти от того места, где они костёр развели, ветром повалило, и часть корней с землёй оказались подняты. В эту яму Коська труп попахивающий, завёрнутый в два окровавленных плаща рыцарских, и оттащил. А потом часть земли с краёв ямы обрушил. Ну, маленький слой получился, и падальщики могут добраться до белого мясца княжеского. Но лопаты и времени не было. Спросит потом Остей Дмитриевич с него? Ну, спросит, ответит. А сколько он его думал тащить, пока вонь станет невыносимой? Похоронил и при необходимости могилу укажет. Без отпевания? Так язычник. Без тризны? Вранье. Он и каши поел и водички из ручья хлебнул. Чем не тризна⁈

Хуже всего было с лошадьми. Их теперь восемь. От немцев побитых ещё перепало. Видимо, часть разбежалась, а несколько запутались в кустах лещины и боярышника. Пришлось соорудить семь верёвок разной длины и привязать их к задку телеги. Герда с завистью на собратьев смотрела. Они-то сволочи просто идут себе за телегой, а ей раненых и кучу злата-серебра на себе тащить.

Коська думал-думал и решил сделать ход конём. Он не на юг направил стопы Герды, а на запад. Он вспомнил разговор на привале в деревеньке. Князь Скиргайло о чём-то спросил одного из своих ратников и тот ответил, что нужно до реки Ушачи добраться — притока Двины. Они её на следующее утро сразу же пересекли, и этот воин подходил к их телеги и сказал, что дальше будет река Нежлевка, которая из озера Нежлева вытекает, а за ней большое село Ветрино.

Вспомнив всё это Касьян и решил, что нужно ему до того села доехать, и там раненых оставить, а то он их не довезёт, умрут по дороге от антисанитарии и холода. Ноябрь подкрадывается, в любую ночь снег пойдёт. А с князем и Язепом не мешкая двинуть в Менск, купив в Ветрино проводника. А лучше проводника с телегой и припасами. Уж на это тех гор серебра и золота у него точно хватит. Как и оплатить лечение раненых местной знахаркой или знахарем.

Могут в этом Ветрино быть немцы? Могут. Но вероятность невелика. Они могли пройти через него. Ограбить там, побить пару несговорчивых, не понимающих, что немцы — это высшая раса и им продукты и девок нужно предоставлять бесплатно по первому требованию. Но оставлять там гарнизон они точно не будут. Столько сил у них нет. Полоцк, по нынешним временам, огромная и хорошо защищённая крепость. Там для её взятия или осады нужны серьёзные силы и их распылять нельзя. А если там три — четыре фуражира оставили, то у него чуть не десяток арбалетов. Справится. Опять же не оставят братьев и полубратьев, как и хороших кнехтов, оставят кого не жалко.

В общем, всё это прикинув, Коська не на юг, как планировали, двинул, чтобы подальше от тевтонов оказаться, а на запад. И повезло, словно по заказу ему попалась мелкая лесная речушка с каменистым дном, в которую он Герду и направил, жаль долго проехать не получилось, речушка свернула на север, пришлось выбираться на лесную дорогу. Тоже не плохо, на дороге его следы могут и не заметить. Дорога шла чуть под гору и через полчаса впереди показались поля, а потом и первые дома большого села. В прямом смысле большого, не менее пятидесяти домов и деревянная церковь клётского типа. (Клетский тип церкви — один из древнейших видов деревянных храмов на Руси. Название происходит от слова «клеть» — прямоугольного сруба, который составлял основное ядро постройки).

И только парень обрадовался, как увидел трёх немцев, едущих на лошадях, ему на встречу. Фиг спутаешь. Двое в белом сюрко с черными крестами.