Глава 24

Евангелина

Ем аккуратно, на еду не набрасываюсь. Не хочу выглядеть какой-то дикаркой. Блюда необычные, но очень вкусные.

- Девочка, а как тебя зовут? - слышу вопрос, который заставляет меня оторваться от тарелки.

- Евангелина... Но можно Лина, - так меня большая часть знакомых зовет Евой. Или Евкой. И Серёжа также звал...

Я не хочу, чтобы меня так называли. Это отбрасывает меня к тем воспоминаниям о крахе моей жизни. Я ведь учусь. Сейчас на больничном... Но рано или поздно он закончится. Да и пропускать... Такое себе. Как потом нагонять? Про работу тоже думать не хочется. Как всё восстанавливать? И будет ли шанс - восстановить?

- Меня бабушка Лала. Камиль - мой внук, - по-русски она разговаривает очень чисто и понятно. Есть небольшой акцент.

Я не знаю, что мне делать дальше. Почему-то хочется отложить ложку.

- Лекарства, которые ты принимаешь - они у тебя с собой? Или нужно купить? - однако её следующий вопрос меня обезоруживает, и я теряюсь.

- С собой.

- У тебя что-то серьезное? Нужна помощь врача?

- У меня сотрясение. Легкой степени. А по поводу врача - я не знаю. Столько всего случилось, что не до врачей...

У неё очень мудрый взгляд. А глаза похожи на глаза Камиля.

- Нет, к врачу нужно обязательно обратиться. Но это уже завтра. И еще такой вопрос - у тебя есть, во что переодеться?

А вот теперь вспыхиваю и откладываю ложку.

- Лина, ты не обижайся, - слышу тут же, - Но ты приехала в другую страну, в другую культуру. Здесь женщины так не ходят. Это не принято. У тебя есть платье?

Останавливаю себя - чего я хотела? Я же прекрасно помню пословицу - в чужой монастырь со своим уставом не ходят. Так вот - в этой пословице истина. Если бы я поехала в какую-то страну с похожим менталитетом на отдых, мне бы и в голову не пришло возмущаться установленным там правилам.

- Нет. Нам пришлось очень быстро уезжать. Вы же наверняка слышали почему.

- Кое-что слышала, - поясняет бабушка Камиля, - Но обзавестись одеждой нужно будет.

Киваю в знак согласия. Это не проблема. Проблемы выглядят совсем иначе. Мои проблемы в последнее время страшные и уродливые и от них больно дышать.

- Хорошо... Я, наверное, зря приехала... - говорю то, что чувствую.

- Пути Аллаха неисповедимы, Лина... Я не буду стоять над душой. Поешь, прими лекарства. Камиль придет позже, - отвечает она мне.

- А... Разве у него не другая комната?

Она опускает глаза.

- Нет, - затем добавляет, - Если будет что-то нужно, найдешь меня.

Она разворачивается, чтобы уйти, потом что-то вспоминает и направляется к шкафу.

- Вот тут - чистая одежда для сна. С остальным разберемся завтра.

- Спасибо вам! - благодарю от чистого сердца, - Вы ведь не обязаны...

- Отдыхай...

Она уходит, оставляет меня одну. А я после её ухода задумываюсь - нужно позвонить собственной матери и рассказать о том, что происходит в моей жизни. Должна же я её хоть чуть-чуть волновать?

Камиль

После моего рассказа выжидающе смотрю на деда.

- Что сам приехал - молодец. А девушку - зря привез. Ей здесь не место. И она - не твоя проблема...

Подбираюсь. И чего я хотел? Дед на всё смотрит с положения "как должно быть". Вот только в реальности так бывает редко.

- Её нужно отправить обратно. У неё есть родственники и они должны...

- Нет! Лина обратно не поедет... - то, что я сейчас делаю - это практически святотатство. Спорить со старшим в роду не принято.

Но мне всё равно. Тут на кону его мнение обо мне, а, если я его послушаю, то на кон я поставлю жизнь девчонки, которая по сути ни перед кем ни в чем не виновата. Или виновата? Тем, что в клуб пошла? Или что платье и платок не носит? Недавно я сам бросался подобными словами, а теперь за это стыдно.

- Вот как... - тихо проговаривает дед и переплетает пальцы ладоней, а затем всё также продолжает, - Камиль, ты знаешь наш уклад. Ты привел опозоренную девушку в мой дом. Что ты хочешь от меня? И как бы поступили с ней, если бы она была из наших?

- Дед, Лина - ни в чем не виновата! - с жаром заявляю я. Никогда не думал, что буду ему противоречить, оспаривать его слова и авторитет.

- Хм... Потому что вы - там живете неправильно! Забываете об обычаях, на которых и стоит наш народ. Камиль, очнись! Если бы она была приличной, то с ней бы такого не случилось! Её бы просто не было в том месте. И тебя - тебя там тоже не должно было быть! Тебе двадцать восемь! Давно пора жениться...

- Обычаи... Это хорошо. Но, дед, давай на чистоту - основные обороты мы имеем там, в другой стране. И тут твой авторитет держится на том, что мы зарабатываем там. А Линка - она ничего плохого никому не сделала. И даже, что в клуб пошла, и то, что платье не надела - это всё не стоит её жизни!

Я не замечаю, что вскакиваю с кресла. Не замечаю, что воздух между нами, родными людьми, раскалился...

- Сядь! - резко как выстрелом одергивает меня дед, - Так вот, что ты так завелся... Из-за девушки... Боишься за неё?

Даже несмотря на то, что наша беседа проходит не так, как я планировал, врать ему не хочу.

- Очень боюсь.

- Да уж... Не думал я, что так будет. Но на всё воля Аллаха. Вы остаетесь. Заодно я на твою девочку посмотрю. Но если я и после этого останусь при своем мнении - ты её отошлешь.

- После того, как всё устаканится, - не уступаю я.

Как только привезут паспорт Евангелины, я договорюсь в ЗАГСе, даже липовую справку о беременности ей сделаю. Ничего с ними со всеми не случится. Ну, повозмущаются и успокоятся. Наше место всё равно не здесь.

- Настырный какой... - бухтит дед Тагир, - Твой отец таким же был. Как я его отговаривал уезжать, но он не послушал.

- И был прав.

Дед слегка наклоняет голову.

- В чем-то - да, был прав. А в чем-то - нет. Ты еще слишком молод, Камиль, и не видишь картины целиком. Всё, ступай отдыхать. Поздно уже.

Я знаю, что он не в восторге от меня сейчас, но пока основные цели достигнуты - мы с Линой под защитой, а у отца есть время, чтобы исполнить свои планы. Я, правда, не знаю, что будет после того, как мы с Линой поженимся. Вполне возможно, нас с ней отсюда погонят поганой метлой. Но выяснить это мне предстоит совсем скоро. И затягивать я не собираюсь. Ни к чему. Так у меня будет веская причина защищать собственную жену.

В коридоре меня ждет двоюродный брат. Он отводит меня в ту комнату, которую нам выделили. Одну на двоих. То есть даже не сомневаются, что мы с Линой - любовники. Хотя, это никого не касается.

Лина в комнате, сидит с ногами в кресле и плачет.

- Что? Где болит? - я сразу же бросаюсь к ней.

Просто не могу по-другому реагировать.

- Мне мама звонила... Она так кричала на меня, Камиль... Такими словами ругалась... - моя девочка громко всхлипывает, а мне хочется её матери голову оторвать.

Вот ведь - дура! Нет, чтобы дочку поддержать.