Отражение в осколке

Варвара Как в тумане, я побрела по коридору. Перед глазами мелькали воспоминания: моя жизнь на Земле и жизнь в Грамм, где я была счастлива с Верком. Я зашла в комнату и с силой захлопнула за собой дверь, срывая на ней злость. Подошла к окну. “Он уезжает и оставляет меня здесь,” – раздраженно думала я. В этот момент я увидела, как из дома вышел тот, кого я желала больше всего. Припомнила вопрос Гвэл о любви и поняла, что я люблю этого человека. – Мага, – поправила я сама себя, – неважно. Я наблюдала, как быстрым шагом он двигался по направлению к главным воротам. Внезапно искра надежды озарила меня. Может быть, я ошибаюсь: с чего я решила, что не нужна Верку? Ведь он не говорил ничего подобного. Мне просто нужно сказать ему о своих чувствах, и он возьмет меня с собой. Наверняка это очередной урок, который я должна пройти. Эта мысль окрылила меня, я поняла, что надо делать. Буквально подлетев к двери, я распахнула её, уже была готова бежать за ним, но неожиданно во что-то врезалась. В этот же момент меня обхватили крепкие мужские руки, да так сильно, что мне стало больно. – Варвара, – услышала я глубокий грудной голос. Это был Боул, он смотрел на меня взглядом, в котором читалось беспокойство. Уперевшись ему руками в грудь, я прошипела: – Да что ж ты преследуешь меня! Пусти! Тут же хватка ослабла,и я смогла продолжить путь. Ринувшись вниз, я что было сил помчалась к центральным воротам. Выбежала и побежала вперёд, туда, где мелькнул плащ Верка. – Верк, – закричала я. Он остановился и развернулся, устремив на меня удивленный взгляд. – Варвара, что ты здесь делаешь? За воротами опасно! – Я видела, как ты вышел из дома и пошёл сюда. Я хотела тебе кое-что сказать, я приняла решение. – Какое? – он нахмурился. – Я поеду с тобой, я хочу быть с тобой. – Нет, Варвара, ты останешься здесь с Гвэл и Мидарой, ты должна помочь им, – голос Верка звучал холодно и отстраненно. – Почему? – я потянула к нему руки, – Верк, я люблю тебя. В этот момент мне показалось, что мое сердце остановилось, руки онемели, ноги стали ватными, я едва держалась на них в ожидании его реакции. Никогда ничего подобного не ощущала и таких слов никому не говорила. – Нет, Варвара, ты не любишь меня. Я посмотрела на него в немой мольбе, но взгляд Верка оставался холоден. Сердце ускорило бег, в глазах защипало. Почему-то в этот момент возник образ девушки, нелюди, которая встала передо мной в умоляющем жесте. Да, именно так просят, когда чего-то очень желают, а я желала его. Не раздумывая ни секунды, я встала перед ним на колени, сложила ладони в умоляющем жесте: – Прошу тебя. Я люблю тебя. – Встань Варвара, – голос Верка прозвучал мягче. Неужели я оказалась права? Я поднялась и с улыбкой посмотрела на него. – Варвара, ты мне как дочь. Я люблю другую, а у тебя есть задание, которое тебе надо выполнить. От его слов у меня перехватило дыхание. Я с трудом сглотнула застрявший в горле ком иуставилась на Верка, не веря его словам. Ничего больше не говоря, он развернулся и пошёл дальше. Он бросил меня? Бросил! Я громко всхлипнула, повернулась и увидела моего стража. Он все слышал! К разочарованию боли примешался стыд. – Ты?! – прошипела я, сама не зная, что хочу сказать. Я громко шмыгнула носом, поняла, что вот-вот сейчас разревусь, побежала обратно к дому. Я не хотела никого видеть и слышать. Мне было нестерпимо больно, казалось, что сердце вырвали из груди. Я чувствовала себя покинутой и обманутой. Мне было бесконечно жаль себя и я не хотела проживать это все. Вернувшись в комнату, я заперлась. Громко дыша, как загнанный зверь, рассматривала помещение. Взгляд упал на зеркало в резной раме, а в нем не мое лицо. – Не я! – сорвался с губ яростный возглас. Я подошла к нему ближе, разглядывая свое отражение: – Как же я ненавижу это лицо. Не мое лицо, не мое тело, не мои эмоции! Крепко сжав кулаки, я со всего размаху врезала своему отражению. Как в замедленной съёмке, я наблюдала как паутина трещин расползается в разные стороны, осколки стекла посыпались на пол. В бессилии осев на пол, я взяла один из них в руку. Это все было очень похоже на мою жизнь. Осколки меня самой. Громкий звон бьющегося стекла, от которого я вздрогнула, птичий крик. В следующее мгновение передо мной стоял мой ночной страж. Он влетел ко мне в комнату в окно, которое было закрыто. Я ошарашенно смотрела на него, подмечая, что ран он себе не нанес. Филин зло смотрел на меня, перья взъерошены в разные стороны, крылья приподняты вверх. Отметила и его сияние, никогда такого не видела. Оно было ярко-красное с темно-зеленым и белым. – Ты чего? – возмутилась я. Птица лапой отшвырнула один из осколков в сторону. Я нахмурилась и подняла уже другой осколок, повертела его в руках, размышляя над тем, чем мой пернатый друг был так встревожен. Пальцем провела по острому краю и в тот же миг по комнате разлетелся яростный птичий крик. – Ты увидел, что я разбила зеркало? Филин, не отводя глаз, смотрел на меня внимательно. Показалось или в его глазах я увидела страх? – Ты боишься, что я причиню себе вред? – Угу, – раздалось в ответ. Я усмехнулась: – Ты так яростно влетел ко мне в комнату, что можно было бы подумать, что я собираюсь убить кого-то. Птица снова одарила меня пристальным серьёзным взглядом и взъерошила перья ещё сильнее, намекая на то, что вопрос очень серьёзный. – Кого я могу здесь убить, разве только себя? – произнесла я иронично. В ответ по комнате снова разнесся пронзительный совиный крик. Я уставилась на него непонимающим взглядом: – Ты считаешь, что я могу лишить себя жизни? И снова в ответ твердый, серьезный взгляд. Я усмехнулась: – Нееет, – протянула я. – Однажды я уже умерла и хорошо помню, как мое тело рассыпалось в пыль и его затянуло в вентиляцию космического корабля. Тогда я поняла, как сильно я хочу жить. Хотя…, наверное, я та, кто не знает что такое жить. На Земле от меня хотели полного подчинения, – я вздохнула и немного помедлила, филин внимательно смотрел на меня, ожидая продолжения. – Ну, а когда я оказалась в другом мире, я старалась подстроиться, но я до сих пор не знаю, кто я такая. Я посмотрела на осколок, пытаясь разглядеть свое отражение. – Кто я и чего хочу? Там на корабле я настолько хотела жить, что мне было без разницы, где и в чьем теле. Тогда почему сейчас я так зациклена на всем этом? Я обвела взглядом комнату и снова посмотрела на свое отражение в осколке. – Чего я на самом деле хочу? В очередной раз посмотрела на моего стража и вспомнила о фигурке, которая осталась на Земле. Чего я хотела тогда, о чем думала? – Да всё просто, хотела, чтобы кто-то меня приласкал и полюбил, – неожиданно для себя произнесла. Я хмыкнула, усмехаясь сама над собой: – Ещё недавно я даже не думала об этом. Даже не так, я не понимала, что это значит. Наверное, и сейчас не до конца осознаю, но хочу. Мидара, Гейла, Сантер, все они такие счастливые. А злюсь я на них, потому что завидую. Мысль ошеломила меня. Я откинула осколок в сторону и громко простонала: – Какая же я глупая, ведь я взрослая пятидесятилетняя тётка. Сильный воин, который положил не один десяток нелюдей. Я та, которая выносила тяжелейшие наказания, а сейчас веду себя как ребёнок. Правильно говорил Верк, мне надо повзрослеть. В этот момент филин сделал ко мне шаг и уткнулся головой мне в грудь. – Чего ты хочешь? – произнесла я недоумевая. Он потерся об меня. Я поняла его намек. Обняв, я аккуратно начала гладить его пушистые перья пропуская сквозь пальцы. Живой и тёплый и такой приятный на ощупь. – Правильно говорил Верк, надо делать то, чего очень желаешь, а я просто упала в уныние. Я немного отодвинула моего филина от себя и заглянув в глаза, произнесла: – Спасибо тебе, – поцеловала меж двух больших перьевых ушей. В очередной раз проведя по его спине я нащупала что-то твердое. Потянув вверх, обнаружила, что это бусы. Крупные шарики черного камня сверкнули синим. Я припомнила, что такие же я видела на руке Боула. Значит ли это, что это какое-то магическое украшение? Не так давно мне об этом рассказывала Мидара, когда мы были на торговой площади. Возможно, эта птица моего стража. Я улыбнулась. И как он смог приручить такую гордое животное. Голова филина развернулась к моей руке, ловким аккуратным движением клюва он забрал у меня бусы, на мгновение взъерошил перья, скрывая их. Я поняла, что птица не хочет, чтобы я их трогала. – Я поняла тебя, – улыбнулась ему, встала и подошла к окну. Птица вспорхнул и села рядом со мной на подоконник. Небо было ясным, светило солнышко, оно грело по-осеннему хорошо, ласковый ветерок слегка шевелил макушки деревьев. – Вот если бы полететь в такую погоду высоко-высоко. Нет, не на флайджете конечно, но хотя бы на воздушном шаре. Именно это и есть мое желание. В этом я настоящая, – произнесла вдохновенно и улыбнулась, – в конце концов, я же думала о том, что ради любимого дела я готова на все. В этот момент я заметила Верка, он шел обратно к дому, в руке нес небольшой букет цветов. – Раньше на Земле тоже была традиция – любимым девушкам также дарили цветы. Варварский обычай, но мне он нравится, вот только мне их никто никогда не подарит, – я вздохнула. – Ну да и ладно. Я посмотрела на филина, он выглядел задумчивым, всполохи вокруг него изменили цвет на светло-зелёный и светло-синий с оттенком фиолетового. – Знаешь, пора мне возвращать саму себя. И первое, что я хочу сделать – это пойти к Гвэл, есть у меня идея. Встретимся вечером? – Угу, – проурчал филин. Я улыбнулась ему и вышла из комнаты.