Разоблачение иллюзий

Варвара Я пристально наблюдала, как просыпаются солдаты, мне было важно знать заранее, что они чувствуют. И то, что я видела, меня напрягало. Это были: тревога, отчаяние, страх, уныние, а у некоторых даже злость. Это совсем не те эмоции на которые я рассчитывала. Каждый из них, после того как приходил в себя, вставал по стойке смирно, ожидая. Мне это было понятно, а вот что делать дальше и говорить я не знала. Наверняка надо было подготовить речь, но времени у меня на это не было. Я растерялась и сейчас не могла и слова сказать. – Варвара, – тихо позвал Боул, намекая что пауза затянулась. Тогда я шагнул вперёд и громко произнесла: – Меня зовут Варвара, объект 1525 и я также как вы, была воином Спарты. Сегодня я узнала, что всех нас обманывают. Вирус, больше не делает из человека мутанта. На заданиях мы уничтожали простых мирных людей. Ложная картинка транслировалась в шлемы, показывая нам то чего нет на самом деле. Нам рассказывали, что шлем, прогоняя через фильтры воздух, нейтрализуют вирус, но это не так. Цель этих устройств дорисовать иллюзию, показать нам то, чего на самом деле нет. Я замолчала, наблюдая как их взгляды скользили по мне и Боулу, по мертвым надзирателям. – Я хочу, чтобы вы присоединились ко мне. Мы вместе захватим лагерь и спасем всех от надзирателей и от…, – я сделала короткую паузу, – от системы, которая нас угнетала много лет. Прошло долгих несколько минут, когда один из них громко произнес: – Мы не можем быть уверены, что ты говоришь правду! Возможно, вы мутанты. Внешне пока еще люди, но уже заражены вирусом, поэтому вы убили надзирателей – людей. Говоривший воин вышел вперед, достал нож и наставляя его на нас, скомандовал: – Нам надо вернуться назад и доложить обстановку. Нам введут вакцину, чтобы вирус не распространился в наших телах. Я в растерянности наблюдала за тем, как один за одним, они направлялись к Уралу. На месте остались стоять лишь двое. Воин, поняв, что они не последовали за группой, сначала кинул быстрый взгляд на кабину машины, а затем пятясь дошел до нее и сел. Послышался громкий рык мотора, всего пара минут и Урал проехал мимо нас. Я поверить в это не могла. Оставшиеся двое подошли к нам, одного из них я узнала, это был Вадик. – А чего ты хотела, старая, – сходу произнес он, – разве кто-то сможет поверить в твою сумбурную речь, когда им годами вбивали другое? – Тогда, вы почему остались? – я внимательно разглядывала их. Внешне, за время моего отсутствия он не изменился: темные волосы, чуть заостренные скулы и голубые глаза, которые смотрели с усмешкой. Но в его свечении я увидела в нем жителя Ашвардии. Посмотрела на второго, в его свечении это тоже было. Неужели они оба оборотни? – Ян, – протянул мне руку второй мужчина, – я пожала её и внимательно посмотрела на него, узнавая мальчишку из воспоминания Эвелин. – Я остался так как хорошо помню свое детство. По какой-то причине надзиратели не смогли мне стереть память, и они так и не узнали об этом. Ты права, лагерь и уничтожение нелюдей – это обман, поэтому я остался. – А я с вами, потому что мне осточертел этот лагерь, бесят все эти надзиратели со своими правилами! – эмоционально и резко произнес Вадик. Ничего другого я от него и не ожидала. – Вадик.., – начала я, но он меня перебил. – Вадим, меня зовут так, а не Вадик, – грозно прорычал он. – Хорошо, Вадим, ты уже сейчас свободен. Можешь не возвращаться в лагерь, – произнесла я, понимая, что мне надо понять насколько я могла положиться на него в деле по освобождению лагеря. – Нет, мне надо вернуться. У меня там тоже есть дело, – произнес он твердо. – Варвара, что они говорят? – уточнил у меня мой страж. – Они сообщили мне, по какой причине остались, а не уехали с остальными. И Боул, мне кажется они оборотни. Боул не успел ответить мне, так как в этот момент нас перебил Вадим: – На каком языке вы сейчас говорили? – изумленно спросил он. – Не все, но часть я понял. А еще, старая, скажи мне, как так получилось, что ты оказалась здесь, да еще и десятки лет скинула? – А сейчас он сказал, что отчасти понимает язык Ашвардии, – произнесла удивленно, смотря на Боула, пытаясь понять как так получилось. Тот хмурился. – Он мне кое-кого напоминает, – наконец произнес Боул, – Сантера. Мы оба посмотрели на Вадима, но тот никак не отреагировал на это имя. – Ты мне напоминаешь Макса, – четко произнес Боул, смотря на парня. Еле уловимый желтый блеск мелькнул и пропал в глазах Вадима. – Макс? – переспросила я, а затем вспомнила, что это же имя называл мне Верк когда рассказывал про Мидару. Почему тогда я не обратила внимания, что имя земное? – Да, раньше Сантера звали Макс. Когда он был маленький переместился в Грамм из другого мира, какого именно никто не знает. Я посмотрела на Вадима. Сходство очевидное с той лишь разницей, что Сантер казался намного старше и имел шрамы на лице. На произнесенное имя, парень внешне также никак не отреагировал, но свечение у него изменилось. Сейчас в них была такая мешанина чувств, что я не могла определить основную. – Какой у вас план? – спросил Ян. Я ожидала, что за нами пойдет большая часть группы, но признаваться в этом не хотела. Другого плана у меня пока не сформировалось, поэтому сообщила мысль, которая меня беспокоила сейчас больше всего: – Если группа вернется в лагерь надзиратели их уничтожат. Ян кивнул: – На чем вы сюда прибыли? – уточнил он. – На флайджете. – Тогда мы можем опередить их. – Так-то оно так, но что дальше? Нас всего четверо! – Даже с помощью одной пешки можно поставить мат королю, а нас четверо. И я считаю, первое, что нам нужно, добыть форму надзирателей для всех. А второе, расскажите, как вам удалось с нас всех снять шлемы?