Глава 18

Через часок Женя очень даже радовалась, что надела кроссовки, а не туфли. Юлька на каблуках уже падала и держалась только за Максима. Подарки горой высились на столе, гости уже захмелели и танцевали на специально уложенном на газон паркете.

Алексею с Женькой тоже пришлось покружиться, и вот тут девушка весьма заценила необычную конструкцию юбки – шлейфа как такового у нее не было, но упругие «перья» отлично разгоняли любопытных, так что разговор новобрачных никто не услышал. А говорили они о том, что пора уже бежать, и проделать это надо как-то незаметно, чтобы не выловили вездесущие родственники и журналисты.

В итоге договорились усадить в лимузин Юльку с Максом и отправить их ночевать в люкс лучшей гостиницы города. А самим уехать через черный ход сразу в особняк Потапова.

– Надеюсь, отдельная спальня для меня приготовлена? – подозрительно спрашивала Женька, изображая нежную улыбку.

– А как же брачная ночь? – усмехнулся Потапов. – Неужели моя трепетная невеста не желает провести ее с женихом?

– Молодая жена желает выспаться! – отрезала Евгения. – Устала!

Потапов помолчал, но возражать не стал. Перемигнувшись с Юлькой и Максом, молодые дотанцевали до края паркета и, спрятавшись за живой изгородью, договорились со свидетелями.

Юлька сразу согласилась покататься в лимузине и заночевать в люкс-номере для новобрачных. А вот Максим насмешливо протянул:

– А что мне за это будет?

– Ничего не будет, – ласково пропела свидетельница, – ни гематом, ни черепно-мозговой травмы… Даже сотрясения не будет! Если вовремя рот закроешь!

Потапов хмыкнул, разглядывая лицо своего кузена, и дал добро:

– Давайте уже, лимузин приехал. А мы – огородами!

В машину Евгении они упали, ожесточенно споря. Девушка не желала уступать руль, хотя в пышном свадебном платье ей было совсем непросто уместиться на сиденье. Потапов ворчал – машина была ему мала, тесна и неудобна. Однако мимо журналистов и зевак они проехали молча.

К особняку Потапова подъехали уже в сумерках. Светились фонари у входной двери и пара окон на первом этаже.

Женя аккуратно припарковалась и замерла на секунду. Ей стало страшно. Вот сейчас ей нужно выйти из своей маленькой, уютной машинки, войти в этот дом под руку с мужчиной, которого она совсем не знает, и… жить с ним?

Пока она сидела, застыв, Потапов выбрался из машины, обошел ее, открыл дверь и оценил вид молодой жены. Вздохнул, вынул ее и на руках понес к дому, ворча вслух:

– Теперь я понимаю, откуда растут ноги у традиции вносить невесту в дом!

Женя очнулась, стиснула его шею и нахальным тоном спросила:

– Чтобы не сбежала?

– Я тебе сбегу! Чокнутая! – буркнул Алексей.

– И ничего не чокнутая, – фыркнула в ответ Евгения, – может, мне страшно!

– Тебе страшно? Никогда не поверю! – покачал головой Потапов, занося девушку в просторный холл. – Надеть на собственную свадьбу кроссовки и наушники, наплевать на мнение окружающих, украсить торт граффити… Такое могла устроить или абсолютно глупая, или абсолютно бесстрашная особа. В глупости ты замечена не была, напротив, все считают тебя крайне умной. Значит, остается второе – бесстрашная!

Женя смутилась, а Потапов поставил ее на пол и подтолкнул к лестнице:

– Так вот, бесстрашная. Моя спальня в левом крыле – первая дверь, твоя – в правом, первая дверь. Беги!

Девушка насупилась, притопнула кроссовками и неспешно двинулась вверх по лестнице. Алексей глянул ей вслед и свернул на кухню. Там сидели домоправительница и дежурный охранник.

– Нонна Федоровна, мы прибыли, все готово?

– Да, Алексей Иванович, столик у вас в комнате! – заверила его подтянутая дама лет пятидесяти.

– Стас, забери сумки из багажника, оставь в коридоре у моей спальни. Всем доброй ночи!

Служащие нестройно пожелали ему того же, и Потапов в предвкушении отправился наверх.