ГЛАВА 16

Что-то теплое касалось лица, ритмично, с чавканьем облизывало меня.

Ресницы смерзлись, и я не могла открыть глаза. Кто-то привалился с одного бока, потом еще кто-то с другого; то, что касалось моего лица, было влажным, постепенно я смогла приоткрыть глаз. Черный кожаный нос уткнулся в щеку, и я застонала от боли. Собака продолжала лизать, а я постепенно согревалась. Но почему мне тепло, если пес стоит передо мной? Но тут я разглядела его: черная шерсть, мощная грудь хищника, желтые глаза. Это был волк, а не собака. Черный волк. Такие бывают?

Приподняв голову, я увидела, что на мне и около меня лежат волки. Со стоном опустилась обратно на снег. Это они себе ужин разогревают, что ли?

В том, что меня сожрут, я не сомневалась. Поэтому просто закрыла глаза и стала ждать, когда меня начнут рвать на части. Я не так планировала умереть. Почему, ну почему нельзя просто тихо и мирно замерзнуть? Я не хочу испытывать боль перед смертью.

Волк подышал мне в лицо, видимо принюхиваясь. Да, волчара, я пахну кровью, страхом и горечью предательства. Сожри меня уже.

— Да иду я, иду, — вдруг донеслось до меня. Женский голос звучал где-то недалеко.

Я открыла глаза. Волк, лизавший мне лицо, заскулил.

— Поднять меня среди ночи… Вытащить на мороз… — ворчала женщина. — Надеюсь, оно того стоило.

Теперь я видела ее. Несмотря на то что сознание многое искажало и делало неправдоподобным, я различила в отдалении желтый огонек и женщину в шубе. Один из волков вел ее и подгонял, тявкая.

При приближении женщины вся стая поднялась. Женщина охнула, поставила фонарь в снег и подбежала.

Я застонала, чтобы подать признаки жизни.

— Вот твари… — Она нащупала веревки на руках и ногах, вытащила нож и быстро освободила меня. Я повернулась на спину. Сквозь деревья было видно ночное небо, а на лицо падал снег.

— Сейчас, сейчас…

Женщина огляделась вокруг, поднялась и на мгновение исчезла из поля зрения. Но я слышала, что она рядом. Раздались удары, а потом треск ломающегося дерева. Затем шорох, словно она тащила что-то по снегу.

Оказалось, она срубила небольшую елочку. Зачем?

— Давай, девочка. — Женщина подняла меня с земли и помогла сесть. — Мне одной тебя не дотащить, давай вставай. Надо только лечь на ель, понимаешь меня?

Я кивнула.

Потихоньку я смогла встать. Мы дошли до ели, и она посадила меня на ветки, сняла с себя шарф, перекинула его мне под мышками и привязала к себе. А потом взялась за ствол и потащила. Ветви по снегу шли как полозья санок — легко, не проваливаясь и не тормозя. Волки бежали рядом. Я снова начала замерзать и впадать в сон.

Трещали дрова. Было тепло. Руки и ноги горели от жара. Я разлепила глаза, проморгалась и повернула голову. Напротив приветливо пылал очаг. Вся небольшая комнатка была освещена огнем и плавающими в воздухе свечами. Что напомнило мне о Валерио. Я испугалась, но потом увидела женщину, хлопотавшую у широкого массивного деревянного стола. По углам комнаты висели пучки трав, над очагом на каменной плите булькало что-то в котелке. Даже если это ведьма и она меня съест, мне уже терять нечего.

Пустота заволокла сердце и душу. Одиночество и предательство сожрали меня вперед волков. Кстати, о волках…

Я пошевелилась, и женщина обернулась. Тогда в лесу я не разглядела ее лица, а теперь удивилась тому, что она не старая совсем, как положено быть ведьмам, а молодая, приятная женщина.

— Проснулась, голубка?

Она подошла поближе и села ко мне на постель.

— Кто вы? — Я сказала это и дернулась от боли в губе.

— Я Майя. Не бойся ничего, здесь ты в безопасности. Я приготовила отвар, который помогает заживлять раны. И мазь. Через пару дней ты узнаешь себя в зеркале. Сейчас лучше не смотреть.

— Так плохо?

— Да. Но зубы целы и кости тоже, насколько я поняла. Вот только раны душевные я лечить не умею.

Я откинулась на подушки.

— Не надо. Я сама их залечу. Далеко ли отсюда до Верховного жреца?

— Ты знаешь… — Она вдруг прервалась. — Я думаю, на лошади дня два пути. Но ты отдыхай. Сейчас тебе двигаться нельзя. Чудом не отморозила себе руки и ноги. Вовремя тебя волки нашли.

— А почему…

— Не съели? — Она улыбнулась. — Наверно, потому что не в их природе убивать слабых. Они и за мной прибежали, знали, что могу помочь. Хорошие волки. Они меня охраняют. Ты не бойся, здесь тебя не найдут.

Да, но… я задумалась, что дальше. Я украла короля. Я несу ответственность за этот поступок и должна появиться перед жрецом. Или не должна? Может, просто не возвращаться, а…

Но что я могла еще сделать, не представляла. Поэтому решила: поправлюсь и в путь. У меня еще был кошелек с деньгами, их должно хватить на лошадь и питание. А там жрец решит.

Но сначала поправиться. Хотелось подняться и походить по комнате, но стоило пошевелиться, как боль разложила тело на куски, я словно была разорвана на части и сшита снова.

— Не понимаю… — Я говорила медленно, одной стороной лица. — Почему так больно, он же просто избил меня.

— Это был маг, судя по всему. Он приложил тебя еще и силой. Ты ведь… — Майя замялась. — Террианка? Я видела след от вакцины.

— Да. Это так плохо, быть террианкой?

— Нет, если ты не в кругах магов вращаешься. Большинство людей Мистерры имеют корни с Терры. Но маги стараются не смешиваться с ними и заключать браки только с женщинами Мистерры с магическим даром. Хотя всякое бывает, конечно.

— А ты?

— Я с Мистерры. Маг.

— Но ты живешь одна…

Майя улыбнулась и вздохнула.

— Поверь мне… иногда лучше одной.

— Маги, которых я встречала… они… пытались меня использовать.

— Даже жрец? — Майя нахмурилась.

— Не знаю. Он послал меня в спецотряд к магам. И сама видишь, что случилось. — Я в изнеможении откинулась на подушки.

— Спецотряд? — Майя недоверчиво посмотрела на меня. Потом поднялась, налила в плошку бульона и стала кормить меня с ложечки. — Спецотряд только для магов. Почему жрец взял тебя?

— Не знаю.

Майя черпала жидкий, но очень вкусный бульон, задумавшись. Я только успевала приоткрывать рот и глотать. Потом магиня тряхнула черными кудрями.

— Если так, то ты должна вернуться к нему. Я поставлю тебя на ноги, голубка. Ты нужна жрецу.

— Ты его знаешь? — спросила я, проглотив очередную порцию.

Майя отвела глаза:

— Знала. Ешь, голубка. А потом спи, проснешься и поговорим.

Я послушно выпила весь бульон. Боль отступала, становилась более приглушенной. И я смогла уснуть.

Мне снился странный микст из бродилки по дворцу короля Альфонса с младенцем на руках, полета на драконе и умных бесед с ним и волком.

Когда я проснулась, за окном было светло. Я приподнялась: болело меньше, чем вчера, встала и прошлась по деревянному полу, устланному вязаными ковриками, до окна. И замерла в восторге. За окном стоял лес, погруженный в снег. Все было белым-бело, только темные штрихи стволов и ветвей, как линии на чистой бумаге. Из леса вышла Майя с охапкой веток, вокруг нее бегали и прыгали волки. Майя смеялась, румяная, красивая. Белая кожа и черные волосы, как Белоснежка. Она свалила ветки около крыльца и повернулась к заигрывающим с ней волкам. Стала бросать в них снег, волки чихали, припадали на передние лапы и тявкали, а один из них повалил ее наземь и облизал лицо. Она смеялась и отбрыкивалась.

Я улыбалась, глядя на них. Может, тоже поселиться где-нибудь в глуши? «Ага, — тут же заговорил разум, — Сафонова, на что ты избу строить будешь? А жить на что? Ты же не умеешь выживать в глуши. Да и, признайся, не в твоем это характере».

А было бы неплохо… Вдали от магов. Вдали от всего этого непонятного мне мира. Чужого мира.

Возле окна было прохладно, и я подошла к уютно потрескивавшему огню.

— Как ты сегодня?

Майя вошла и положила веток в огонь. Вместе с ней вошел один из волков, он отряхнулся, прошел, стуча когтями, к очагу и лег у меня в ногах.

— Гораздо лучше. Даже не больно говорить.

— И выглядишь получше. Вот тебе крем. Намажь синяки и ссадины. Лицо можно намазать целиком. Странно, — Майя крутилась по хозяйству, пока я мазала синяки густой и приятно пахнувшей мазью, — за последнее время ты — вторая девушка, которую я спасаю. Правда, та была магичкой. Не знаю, кому из вас досталось больше…

— А ей-то за что? — поддержала я разговор.

— Она молчала. Упрямо молчала, только и знаю, что имя. Но она быстро поправилась и исчезла. Кажется, Маргарет страшно кого-то боялась. И не верила, что здесь будет в безопасности. — Майя протянула руки к огню и потерла ладони.

— Маргарет? — Мой собственный голос стал хриплым и глухим, а я сама чуть не выронила крем из рук при упоминании ее имени.

— Да, так она назвала себя. Что с тобой, голубка?

Я покачнулась, и волк в моих ногах поднял голову. Вдруг показалось, что я не зря будто следую по пятам за Маргарет, подглядываю в ее жизнь. Это совпадение? Или это другая Маргарет и я зря себя накручиваю мировым заговором, рукой Провидения и судьбой?

— Надо прилечь.

Майя помогла добраться до кровати, и я залезла под одеяло. Маргарет… Что же случилось с тобой? И почему наши дороги постоянно пересекаются? Если ты та самая Маргарет, конечно…

На следующий день я поправилась настолько, что Майя позволила мне посмотреться в зеркало. Корочки подсыхали, отеки сошли, но синяки еще украшали лицо и тело.

— Когда вернусь, я этого ублюдка изукрашу, — поклялась я, смотрясь в зеркало.

— Слушай, Элиза, — Майя с утра была задумчива, поэтому я ждала, что она начнет какой-то серьезный разговор, — это, конечно, не мое дело… Но если ты не маг и в спецотряде, то тебе необходима защита.

— Я в состоянии себя защитить, когда удары идут не от друзей, — ответила я.

— Да… Но пойми… когда ты среди магов, то там нет друзей и врагов. Есть только интересы. Тот маг, что избил тебя, был в ярости. Ты для него ниже по уровню, чем… ну, не знаю… чем дракон. А драконов используют в качестве транспорта. Тебе нужна защита от магического воздействия.

— И как же можно защититься от магов?

— С помощью амулетов. И зелий.

— Можно ли защититься от подчинения?

— Ментально и физически? Да. Но амулеты нужно подзаряжать.

Майя достала из шкафчика шкатулку и открыла ее.

— Думаю, тебе нужно что-то практичное. Что можно носить всегда.

— Кольцо или кулон на цепочке?

— Да. У меня где-то был один амулет… — Она извлекла из шкатулки тонкую цепочку с маленьким камушком-капелькой. — То что надо. Я заряжу его, ты почувствуешь, когда он разрядится: амулет станет холодным. В зависимости от воздействия он может прослужить до года.

— Спасибо, Майя… — Я помолчала, а потом решилась: — Помнишь, ты рассказывала про девушку Маргарет, что была у тебя незадолго до меня?

— Да.

— Понимаешь… Я думаю, что знаю, кто она.

И я рассказала Майе про дневник Маргарет.

Майя слушала, подперев руками голову, глядя на меня и иногда на огонь, словно там могла увидеть фрагменты истории Маргарет.

— Куда она могла поехать от тебя?

— Пойти, голубка, пойти. Не знаю. Я тогда отлучилась на два дня в город. А когда вернулась, ее уже не было. Как раз выпал первый снег, двор был девственно чист, так что она ушла задолго до моего возвращения. Я отправила волков по следу: но она к тому времени, видимо, выбралась из леса. Волки вернулись ни с чем. Я рада, что она добралась до людей, потому что ей нужен был кров и защита.

— Вокруг леса много поселений?

— Ближайшее по направлению к столице. Но она туда точно не пошла.

— Почему ты так думаешь?

— Мне кажется, она оттуда пришла.

Майя потерла лоб.

— Если это та самая Маргарет, то неудивительно, что она убежала. Страх идет за ней по пятам. Ты хочешь найти ее?

— Не знаю. Я не пойму, почему мне так жаль ее, словно мы с ней связаны.

— Ну, это вряд ли, голубка. Маргарет — одна из сильнейших магов-женщин, что мне удалось узнать. Только она так напугана, что ее сила подавлена. И выплескивается неконтролируемо.

— Маргарет — маг? По записям выходило, что она домашняя девочка, которую соблазнил таинственный воздыхатель и напугал странным ритуалом жених.

— Этот ее жених… Ты сталкивалась с ним?

— О да… я служила ему какое-то время.

Майя усмехнулась:

— Да, он силен, как я погляжу. Этот ритуал, что видела Маргарет, похож на изъятие сердца для изготовления эликсира, который влюбляет и очаровывает. А эти странные заключенные… Они напоминают мне умертвий.

— Кого?! — Холодок пробежал по спине.

— Я думаю, этот жених — некромант. Ему нужна была Маргарет для более сильного притока силы. Наверно, он сразу это почувствовал, поэтому посватался к ней.

— Валерио… некромант? Но…

— Что было между тобой и им?

Я рассказала.

— Я не знаю, случайно или нет он это сделал, но явно воспользовался тем, что ты подчинена ему. И это не делает ему чести.

— Зачем ему ожившие трупы?

— Надеюсь, что только для экспериментов.

Майя поднялась и начала ожесточенно крутиться по хозяйству.

— Погоди, Майя. Я вообще ничего в этом мире не понимаю. Валерио увлекается медициной, лечебной магией. Хочешь сказать, он убивает людей, а потом их воскрешает, чтобы какие-то врачебные проблемы решить? Или нет?

— Голубка… Я не читаю мыслей магов. Но единственное, что я знаю о них: они алчны до власти. Власть — единственное, что приносит им удовольствие. Потому что к власти, помимо денег, прикладывается прирост их магической силы. Каждый маг стремится обрести больше власти.

— В Лоренции Валерио — один из самых влиятельных советников.

— Один из… А что, если он хочет больше, гораздо больше?

Власть. Деньги. Могущество. Да даже в моем мире люди за это готовы головы друг другу оторвать. А тут и подавно. Мужчины, облеченные властью, встречались мне повсюду. И если подумать, то вся моя жизнь после универа проходила среди мужчин, которые гнались за властью. Из-за отсутствия опыта я была в тени и не участвовала в гонке, но видела, как люди подставляют, лебезят, манипулируют и вредят для достижения банального повышения по службе. Меня же благодаря внешности очень часто путали с дурочкой, поэтому не принимали всерьез. Что может эта блондиночка? Только под столом работать у начальства.

Поэтому мне удалось выстрелить с несколькими проектами: я скрывала до последнего идеи и разработки, посылая противников по ложному следу. Они воровали мои фальшидеи, а я выступала с сильной новой, чем шокировала всех.

Мой предпоследний начальник относился ко мне очень хорошо. Именно он повысил меня, дал возможность стать профи, а потом вызвал на ковер и сказал, что в его фирме мне больше делать нечего. Надо расти дальше. Предложил несколько международных рекламных агентств. И я попала во Франкфурт. Правда, там шеф смотрел не на резюме, а на мои ноги и попу. Вот и оборвалась моя карьера.

А тут? Тут я влипла, как курица, в интрижку с начальником. О да, у меня есть оправдание: он меня приворожил. Ха. Ха. Ха. Мне же до сих пор хочется себя ударить за то, что я была такой слепой. Такой глупой. Такой податливой.

Этот мир — такой же мир мужчин, рвущихся к власти, как и тот, откуда я пришла. Так не пора ли усвоить уроки и применить полученные знания? Что я, как слепой котенок, тычусь туда, куда ведут?

Мне хотелось идти сразу в двух направлениях: узнать, как дела у короля Альфонса, и отомстить Дею. А еще попытаться отыскать Маргарет.

Однако по зрелом размышлении я решила, что логичнее вернуться к жрецу; теперь, когда у меня амулет, я могла не опасаться магов-обольстителей, а с Деем я разберусь при помощи кулаков. Преображение короля Альфонса меня заинтриговало. Интересно, что будет с ним, как развернется дальше история с противостоянием Лотарингии теперь, когда он у жреца?

На четвертый день Майя вышла проводить меня до окраины леса. Мы шли по скрипучему снегу на снегоступах. Было так красиво и радостно, светило солнце, снег искрился, и чирикали птицы. Белки носились над нашими головами.

Мы обнялись на прощанье.

— Спасибо за все, Майя!

— Будь счастлива, голубка!

И сказочная Белоснежка вернулась в свой лес в компании волков. Я долго смотрела им вслед, ее амулет согревал мне кожу под тулупом. Майя так много сделала для меня… гораздо больше, чем думала. Она подарила мне время для размышлений, которого у меня не было уже давно. Залечила не только следы побоев, но и помогла принять поражение от Валерио и Дея. И зарядила не только амулет, но и меня саму энергией и готовностью сражаться. Вы хотите войны, маги? Хорошо. Я устрою вам войну.