Глава 2.

– Хорошо, – кивнула вышколенная секретарша, мельком глянув на экран планшета. – Присаживайтесь, пожалуйста. Что вам предложить – кофе, чай?

«Господина Тамма», – так и просилось с языка. Но вместо этого Марьяна опустилась в кожаное кресло.

– Кофе.

Офис у Тамма – без нареканий. Такой, каким и положено быть офису серьезного бизнесмена. Охрана, общий ресепшен компании, и только после того, как прошел все эти уровни – доступ в святая святых – личную приемную господина Тамма. А уже для тех, кто сюда попал, все самое лучшее.

Марьяна кивком поблагодарила за кофе, сделал глоток. И кофе как надо.

– Желаете что-нибудь к кофе?

Просто не приемная, а кофейня. Марьяна покосилась на стоящую на столике вазу с россыпью серебристых и золотистых шариков.

– Спасибо, я угощусь конфетой, – Марьяна взяла золотистый шарик, развернула и отправила в рот. И шоколад высшего качества! – Скажите, Герман Гергардович скоро освободится?

– Германа Гергардовича еще нет в офисе. Он на деловой встрече.

– Но мне назначено!

– Он скоро приедет, – все так же ровно отозвалась секретарша.

А вот это уже, Герман Гергардович, не соответствует высоким принципам организации вашего офиса! Или с журналистами можно не церемониться?! Куда они денутся, дождутся, так? Марьяна пила кофе, уже не чувствуя его бодрящей терпкости, и медленно закипала.

***

Господин Тамм явился с опозданием на сорок минут. За это время Марьяна успела вскипеть минимум трижды. Но решила уже из принципа дождаться дражайшего Германа Гергардовича. И показать ему, что «Не церемониться с журналистами» – это в корне неправильная концепция.

Он вошел в собственную приемную стремительно. Не торопливо, не быстро, а именно стремительно. И это явление так ошеломило Марьяну, что она даже про свою злость забыла.

Тамм был с бородой. «А ты такой мужчина с бородой…» – совершенно некстати зазвучало в голове. Почему все последние фото Тамма были с абсолютно гладким лицом?! Или это Марьяна не потрудилась порыться в его снимках? Не может быть, чтобы там – Там-м-м-м – не было ни одного снимка, отражающего его теперешний внешний вид. Минус один балл за недостаточную подготовку, Марьяна Левандовская!

Надо сказать, что борода господину Тамму шла. Что при нынешней массовой моде на бороды – уже и редкость. Растительность на лице повально отращивали все мужчины, но у многих росла не борода, а, по меткому выражению Татьяны, «трипперная лисичка». Почему лисичка и почему трипперная – этого даже сама Татьяна объяснить не могла. Но слово отражало очень точно суть: корявую и плешивую растительность на части мужских лиц, которую можно было назвать только так – трипперная лисичка.

У Германа Тамма на лице была настоящая красивая мужская борода – темно-русая, гладкая, ухоженная. А сам господин Тамм оказался довольно высоким, широкоплечим, поджарым, без малейшего намека на пузцо.

Он стремительно прошел к двери кабинета, на ходу бросив секретарю:

– Кофе.

Так. Ну, это уже ни в какие ворота не лезет! Как будто Марьяны тут вовсе нет.

– Добрый день, Герман Гергардович.

Он так же стремительно обернулся уже от двери в свой кабинет. А глаза у него точь-в-точь как на фото – холодные. Он цепким взглядом окинул Марьяну.

– Вы кто?

Ответить Марьяна не успела, вмешалась секретарь.

– Это из «Магната», у вас назначена встреча.

– Была назначена. Сорок минут назад, – не выдавая в голос никаких эмоций, вступила в разговор Марьяна. – Марьяна Левандовская, «Магнат».

Лоб Тамма пробороздила глубокая морщина. Он перевёл взгляд на секретаршу, та кивнула, словно подтверждая слова Марьяны.

– Совершенно вылетело из головы, – он потер лоб, а потом кивнул коротко. – Хорошо, проходите. – Он открыл дверь кабинета и, игнорируя все правила хорошего тона, вошел первым, в проеме все же обернувшись к секретарше: – Два кофе.

И в этот момент Марьяна вскипела в четвертый раз.

Нарываетесь, господин Тамм.

***

– Я ждала вас сорок минут.

– У меня затянулись переговоры.

– Вы не хотите извиниться? – внутреннее кипение Марьяны превосходило все возможные пределы.

– За что? У нас с вами деловая встреча.

– На деловые встречи принято приходить вовремя.

– Вы собираетесь учить меня деловой этике? – выгнул бровь Тамм. Но тон его был практически скучающий.

– И не только деловой. Согласно правилам общего этикета принято пропускать женщину вперед.

Тамм скрестил руки на груди и уставился на Марьяну холодными серыми глазами.

– Надо же. А ведь Тимур утверждал, что ко мне приедет настоящий профессионал и один из лучших его сотрудников. Неважно, видимо, идут дела у господина Лиханцева, если у него лучшие люди – такие.

Краска бросилась в лицо Марьяне. Но в этот момент в кабинет зашла секретарь с кофе.

Успокоиться. Успокоиться. Успокоиться. Надо успокоиться – твердила себе Марьяна. Она имела дело с разными интервьюируемыми, Тамм – не самый противный. Ну, подумаешь, опоздал. Для большого и серьезного бизнесмена такое возможно – если и в самом деле были переговоры, и они затянулись. Такое бывает.

– Как прошли переговоры?

– А как это относится к теме нашего разговора? – отозвался Тамм, не отрывая взгляда от бумаг, которые он взял со стола.

– Герман Гергардович, может быть, вы все же уделите внимание мне, а не только бумагам – раз уж вы впустили меня в свой кабинет и даже угостили кофе? – Марьяна говорила спокойно, но спокойствие это держалась на каких-то сопельках.

– Хорошо, – он не торопясь отложил бумаги и развернулся лицом к Марьяне. Холодные серые глаза смотрели равнодушно. – Слушаю вас.

Так, ну ничего страшного, что контакт не сложился с самого начала. Он еще может сложиться. И даже если нет – Марьяна профессионал. Что бы там Гергардович по этому поводу ни говорил и ни думал. Что она планировала первым спросить? А, вот. «Расскажите о вашем первом проекте? Насколько он был успешен? Чему научил вас?»

Но вместо этого Марьяна с некоторым удивлением услышала собственный голос, который задал совершенно другой вопрос:

– Скажите, кто мать вашего сына?

Через секундную паузу Тамм резко встал.

– Разговор окончен.

– Простите, ради бога, – спохватившись, попыталась спасти положение Марьяна.

Тамм же вышел из-за стола, быстро прошел к двери кабинета и распахнул ее:

– Всего хорошего!

– Вы… вы… вы…

– Вы видите, я, как воспитанный человек, открываю перед женщиной дверь. И даже не говорю ей: «Идите к черту!». Хотя мне этого хочется.

А мне-то как хочется!

***

Это провал. К такой мысли пришла Марьяна уже на половине дороги от офиса Тамма к офису «Магната». Марьяна пыталась анализировать, почему интервью произошло именно так. Никак. Провально.

Да, Тамм опоздал на встречу. Не он первый, не он последний. Да, он не демонстрировал изысканных манер и не рассыпался в комплиментах – а Марьяна к этому за последнее время привыкла. Но ведь она на своем журналистском веку повидала куда более неприятных людей. И ничего. Могла же себя собрать, не реагировать на не всегда вежливые слова, зачастую почти хамское поведение и даже откровенные провокации. Правда, таких персон в ее послужном списке было, слава богу, не очень много. А в последнее время – и вовсе не было. Что же, в этом дело? Расслабилась, потеряла хватку? Марьяна попыталась вспомнить, кто там был у нее в прошлом – ну, из числа самых противных? Вспомнился сразу отчего-то чиновник довольно крупного ранга – и сам крупный, с пузом, перстнем на мизинце, тяжелым взглядом и рябым лицом. А еще от него пахло смесью элитного парфюма и лука – адское сочетание. Да, пожалуй, хуже этого интервьюируемого у Марьяны не было никого. Но ведь она взяла у него интервью, задавала вопросы, смеялась его идиотским шуткам, терпела этот дикий аромат. И потом даже сделала вполне приличный материал.

Марьяна передернула плечами, вспомнив этот эпизод. Да уж, по сравнению с тем чиновником, господин Тамм просто душка. Так что же ее так сорвало? Да еще этот вопрос про мать сына? Верх непрофессионализма!

Марьяна не могла понять, какая муха ее укусила. Почему ее так завело это его опоздание? А потом, словно по цепочке – одно за другим? Неужели она теряет профессиональную хватку? И что ей теперь сказать Тимуру, как все объяснить? Об интервью договаривался сам Тимур, что вообще в случае их профессиональных отношений было редкостью. Марьяна обычно сама все делала в своих материалах – от темы и до окончательного варианта статьи. Именно они и согласовывались с Тимуром – тема материала и его окончательный вариант. Все, что между – Марьяна решала самостоятельно. Включая договоренность с интервьюируемым. У нее никого не было с этим проблем, ее имя и место работы, как правило, открывали любые двери. В этот раз Тимур сам предложил кандидатуру Тамма, и Марьяна, хоть и удивилась, но согласилась. Потом она изучила данные – предварительные – по Тамму – и поняла, что Тимур прав, и Тамм идеальный вариант для материала ко Дню автомобилиста. А следом Тимур сказал, что сам договорится о встрече, что Тамм обычно интервью не дает, но у них с Тимуром какие-то давние отношения. Марьяна про себя, конечно, усомнилось, чтобы у нее, да не получилось договориться с Таммом о встрече – но промолчала. Пусть шеф решает вопрос, раз ему это не сложно. Марьяне меньше работы.

А что теперь делать? Тимур в курсе, что у Марьяны с Таммом должно состояться интервью. А его не состоялось. По вине Марьяны. Что, получается, она подвела Тимура?

Марьяна побарабанила пальцами по рулю. Ответ был очевиден. Надо еще раз встретиться с Таммом. Любой ценой. И взять интервью. С учетом того, как они расстались, задача почти невозможная. Ну что же, там интереснее. Марьяна ощутила давно забытый спортивный азарт и, воспользовавшись тем, что впереди был свободный дорожный просвет, прибавила газу. Когда уже ей машину отдадут?

***

Для реализации поставленной цели надо было собрать гораздо больше информации о господине Тамме. Но количество потраченных Марьяной усилий не соответствовало полученному результату. Она привлекла все имеющиеся возможности – и материалы, выложенные в открытом доступе в Интернет, и свои собственные закрытые и даже зачастую анонимные каналы. Что в итоге? Гора родила мышь.

Меньше всего информации было о личной жизни Тамма. Да, есть сын. Нынче ему уже двадцать один год. Студент. Но даже неизвестно, какого учебного заведения.

Впрочем, это-то как раз можно выяснить – зная имя, отчество и фамилию. Наверное, на весь город он такой один – Тамм… кто он там-м-м-м… Тамм Константин Германович.

Если у сына, конечно, фамилия отца.

Марьяна эту мысль покрутила так и эдак. Снова пролистала свои заметки. Те источники, которые располагали хоть какой-то информацией о жизни Тамма, сходились на том, что сын Тамма рожден реальной женщиной, что это не ЭКО и не суррогатное материнство. И что у Тамма была когда-то если не жена, то сожительница, которая и родила ему сына. Но никаких сведений об этой женщине не прослеживалось, даже намека.

Светскую жизнь господин Тамм не вел, хотя для бизнесмена его уровня считалось хорошим тоном посещать светские мероприятия, презентации, громкие премьеры и тому подобное. Герман Тамм посещал только те мероприятия, что были непосредственно связаны с его бизнесом. Всегда один. Никаких женщин, девушек, моделек, певичек рядом. Никогда. Никаких сплетен о его связях со сколько-нибудь заметными дамами.

Означать это могло только одно. Нет, три. Три варианта. Либо импотент, либо гей, либо обходится услугами элитных проституток, которые умеют держать язык за зубами. Марьяна вспомнила свои впечатления от личного знакомства с господином Таммом, покрутила их снова так и эдак и решила, что третий вариант – самый реальный. При уровне достатка господина Тамма – не самый плохой вариант, кстати. Если у мужчины есть сын, и новый брак в его планы не входит, то оплачивать такие услуги – зачастую самый бесхлопотный выбор. Как говорится, заплати – и живи спокойно. Марьяна как-то готовила материал об эскорт-услугах и представляла, какие там люди и какой там уровень конфиденциальности. Если Тамм не хочет, чтобы о его личной жизни было что-то известно – он выбрал самый правильный вариант.

Марьяна прикинула, какой у нее шанс поднять свои старые каналы и попытаться через них узнать что-то о Тамме. И поняла, что шансов на это еще меньше, чем договориться о второй встрече с Таммом. Во-первых, ротация кадров там сильная, вполне может статься, что тех людей, кто сотрудничал с Марьяной десять лет назад, уже нет в этом бизнесе. А во-вторых – они реально стерегут свои тайны. Точнее, тайны своих клиентов. Когда Марьяна готовила свой материал и после довольно значительных затраченных усилий смогла договориться о встрече, ее сразу предупредили – никаких имен, никаких грязных подробностей, лишь общие понимание организации этого бизнеса.

Да и ладно. Что ей, в конце концов, за дело до личной жизни Тамма? Марьяна из-за вопроса о его личной жизни интервью сорвала. Так что надо сосредоточиться на бизнесе Тамма и лучше всего напирать на то, где Тамм достиг особого успеха. Мужчины любят говорить о своих успехах. Даже если они Таммы.

***

Конечно, во время более тщательного розыска информации всплыли и фотографии Тамма с бородой. Марьяне оставалось только с раздражением констатировать, что таки да – подготовительную работу перед интервью она провела на недостаточном уровне. Провалила, можно сказать. Вот и результат вышел соответствующий! А вот если бы она знала, что Тамм нынче носит бороду – интервью прошло бы на ура, конечно!

Ладно, что теперь посыпать голову пеплом и иронизировать над собой. Надо настраиваться на второе интервью. И для него Марьяна нашла-таки ценную и практически применимую информацию. Жаль, конечно, что эти данные прошли мимо ее внимания при подготовке к первому интервью. Ладно, проехали, чего уж. В списке активов Германа Тамма значилась уже знакомая Марьяне сеть автосалонов «Премьер-Авто», где она покупала, а теперь ремонтировала по гарантии свой автомобиль. Вот и отличный повод начать интервью! Сказать господину Тамму, что Марьяна волею случая является его клиенткой. И непременно восхититься, как четко и качественно работает этот самый «Премьер-Авто». Конечно, Тамм явно сам не руководит этой компанией, но она в числе его активов занимает одно из ведущих мест. Так что тем, как там идут дела, он наверняка интересуется и в курсе. А Марьяна, между прочим, даже не покривит душой – работают они и в самом деле четко. Правда, ее автомобиль Марьяне пока не отдали, но буквально вчера звонил менеджер и с всевозможными извинениями и придыханиями уведомил Марьяну, что срок завершения ремонта сдвигается на два дня, потому что где-то на границе застряла фура с запчастями, но задержка будет не более пары дней и бла-бла-бла. Собственно, Марьяну в целом устраивал подменный автомобиль и придраться к работе «Премьер-Авто» было и самом деле не к чему.

Ну, вот и нашелся крючок, на который можно подцепить господина Тамма. А там, глядишь, и не сорвется рыбка. Главное, не посягать на его личную жизнь и побольше лести. И улыбок. А ведь Марьяна считала собственную улыбку своим первейшим оружием. Наравне с бюстом. А Тамму – как она вдруг осознала – Марьяна и не улыбнулась ни разу. На бюст он внимания явно бы не обратил, чего он там не видел после экскортниц, но улыбнуться-то было всенепременно надо.

Марьяна потянулась и удовлетворенно вздохнула. Ну вот, план действий готов. Осталось самое сложное – договориться с Таммом о встрече. Но для начала надо выпить кофе.

***

– Добрый день. Марьяна Левандовская, «Магнат». Я бы хотела взять для нашего издания интервью у господина Тамма.

Ответили Марьяне после значительной паузы.

– У Германа Гергардовича в данный момент нет возможности выделить время для интервью.

Ну что же. Марьяна не ожидала, что это будет так просто.

– Хорошо. А когда у него появится такое время?

Пауза в этот раз была еще дольше.

– Скажите, пожалуйста, когда мне позвонить, чтобы договориться об интервью, – на всякий случай уточнила свои намерения Марьяна.

– Никогда.

– Извините, не поняла.

– Госпожа Левандовская, буду с вами говорить прямо. Герман Гергардович не станет давать интервью вашему изданию.

– Это… он так сам сказал? – Марьяна опешила от такого прямого откровенного отказа.

– Это его непосредственное распоряжение. Всего доброго.

И в трубке зазвучали короткие гудки.

Однако. Нет, Марьяна не ждала, что получится так сразу. Но то, что Тамм выдал прямое распоряжение секретарю об отказе от интервью – это все же стало неприятным сюрпризом, к которому Марьяна оказалась не готова.

Неужели она так сильно зацепила Тамма своим вопросом про жену? Значит, там что-то реально есть. Но думать об этом не надо! Не надо думать о белой обезьяне. А думать надо о том, как Марьяне уломать Тамма. Придётся, видимо, ехать и включать личное обаяние на все сто процентов. А то и дежурить у его офиса и бросаться наперерез. С улыбкой и вырезом на груди четвертого размера.

Так, ей нужно еще кофе!

Но реализовать этот план Марьяна не успела. Пиликнул телефон. Это босс.

Тимур: Зайди.

Значит, попьет кофе с Тимуром.

***

Ее великолепный шеф выглядел несвойственно ему… не то, чтобы хмуро. Но привычного энергичного лоска в Тимуре как будто слегка выкрутили. Неужели что-то случилось?

Марьяна оценила стоящие на столе две чашки с черным кофе.

– Составишь мне компанию?

Как же все-таки приятно работать на человека, который не только умница и профессионал, но еще и привлекательный и галантный мужчина! Не то, что некоторые Таммы, которые даже женщину впереди себя не пропускают. Такое ощущение, что Тамм воспитан воинствующими феминистками. Или просто хам. Что вернее.

– Марьяна, мне звонил Герман. Ты мне можешь объяснить, что у вас произошло?

У Марьяны ушла пара глотков кофе на то, чтобы понять – точнее, совместить – Германа и Тамма. Та-а-ак… Так-так-так!

– А что он тебе сказал? – по въевшейся профессиональной привычке в любой ситуации сначала собрать как можно больше информации спросила Марьяна, возвращая чашку на блюдце. Тимур лишь выгнул бровь. Ну да. С ним в эти игры играть бесполезно.

– Он сказал, что если мне так нужно для издания это интервью, то он даст его только мне. Я, конечно, могу сам сделать этот материал, и даже не против, но... Марьяна, что у вас произошло?

– А что он сказал? – только и смогла повторить свой вопрос Марьяна.

– Ничего, кроме того, что я уже озвучил, – немного раздраженно отозвался Тимур. – Ну, и еще добавил, что с тобой он больше разговаривать не будет ни при каких обстоятельствах. Причин не пояснил.

Ах, ты ж цаца какая обидчивая! Еще и ябеда. Марьяна чувствовала, как в ней вскипают гнев и кофе.

– Марьяш… Хочешь конфетку? – Марьяна обожгла шефа взглядом, уничтожающим все правила субординации, а Тимур поспешно уточнил: – Она с коньяком!

Марьяна шумно выдохнула.

– Тимур… Тимур Робертович…

– Так, если я Робертович, значит – не жди ничего хорошего.

– Тимур, дай мне еще один шанс, – медленно и почти по слогам проговорила Марьяна. – Я… я, кажется, потеряла хватку и допустила с Таммом ошибку. Прошу прощения и дать возможность искупить.

– Кровью?

– Возможно. Как получится, – Марьяна не стала уточнять, чья кровь имеется в виду.

– Ну, я не знаю… – задумчиво протянул Тимур. – Я обещал Герману…

Интересно, насколько близко они знакомы? Но – нет. Марьяна не будет себе облегчать задачу и расспрашивать Тимура. Да и не факт, что шеф ей расскажет что-то, чего Марьяна уже не знает. О том, кто родил Тамму сына, Тимур не знает, в этом Марьяна была уверена. Слишком рьяно Герман Тамм оберегает свои тайны.

– Тим, у меня есть потрясающая идея. Я знаю, как подобрать к Тамму ключик. Материал будет готов в срок, я обещаю. И это будет пушка-бомба!

Тимур усмехнулся.

– Ключик, говоришь? Насколько я знаю Германа, у него конструктивно не предусмотрена замочная скважина. Его вскрыть можно только динамитом. Не хотелось бы, – добавил он после вздоха.

– Не волнуйся, – как могла уверенно улыбнулась Марьяна. – У женщин другой взгляд. Я эту замочную скважину вижу.

Тимур посмотрел на нее крайне внимательно, с каким-то новым интересом.

– А, знаешь, теоретически я даже тебя одобрю.

– Это хорошо, – выдохнула Марьяна. – А практически?

– А практически вряд ли у тебя получится что-то с Германом. Но если это случится – я буду очень рад. Даже не знаю, за кого болеть буду. Пожалую, поспорю на этот предмет с Ларой.

Марьяна несколько секунд напряженно размышляла. Что-то смущало ее в словах Тимура.

– Так, погоди. Мы же сейчас про интервью?

– Уже нет.

– А про что? Про что ты говоришь, Тимур, я не понимаю.

– Что теоретически из Германа Тамма может получиться отличный муж для тебя.

– Ваше Лемурское Величество!

– Я же сказал – теоретически!

– Хорошо, – вздохнула Марьяна. – Тогда тем более ты должен дать мне еще один шанс на интервью. Ты же не можешь лишить влюбленную девушку шанса?

– Влюбленную девушку – могу. Тебя – так и быть, не лишу. Но имей в виду, хорошие отношения с Германом Таммом имеют для меня определённую ценность. Не хотелось бы их терять.

– Все будет в ажуре, шеф.

***

Злость, вспыхнувшая в Марьяне после известия о том, что Тамм позвонил Тимуру и нажаловался, улеглась быстро. И на первый план вышла уязвленная гордость. Марьяне не хотелось выглядеть дилетантом перед Тимуром – и плевать, что он хорошо знает ей цену как профессионалу. Сейчас Марьяна допустила промашку. Что, потеряла хватку, почивая на лаврах? Но это же не навсегда. Это просто временный занос. Она себе просто отъела профессиональные жирненькие бочка и не смогла взять с короткого разбегу солидную высоту. Ну что же. Значит, надо сгонять жирок, тренироваться, увеличивать разбег – и брать высоту. Что бы сама высота по этому поводу не думала.

Сезон охоты на Тамма открыт.

***

Даже просто выследить Германа Тамма оказалось не так-то просто. Особенно с учетом загруженности Марьяны другими проектами. В помощники она привлекла Ксюшу, поручив девушке пару часов в день наблюдать за офисом Тамма в разное время. Правда, в ответ Марьяна получила преимущественно восторженные Ксюшины монологи на тему: «О, Боже, какой мужчина!». Похоже, Герман Тамм, замкнутый хам с холодными глазами, по какому-то невероятному капризу природы вызывает у женщин самые что ни на есть противоположные своему внешнему виду ассоциации. Марьяна вспомнила собственное: «А ты такой красивый с бородой». Она даже не подозревала, что знает такие песни, но они как-то просачиваются в женские головы. Даже в очень умные и здравомыслящие.

Итогом Ксюшиних дежурств стало понимание, что Германа Тамма лучше всего ловить у офиса с утра, около девяти часов – именно в это время он приезжает на работу. Ну что, ж, задача ясна, надо исполнять. С улыбкой и грудью наперевес.

***

– Герман Гергардович, одну минуту!

Он остановился – хотя Марьяна не исключала вариант, что он пройдет мимо. Остановился в позе готовности и охранник – профессиональную принадлежность мужчины в темном коротком пальто Марьяна определила сразу. Он стоял в позе, выражающей готовность к действию, и переводил взгляд с шефа на Марьяну.

– Герман Гергардович, добрый день. Я хочу попросить у вас прощения за свое абсолютно неподобающее во время нашей предыдущей встречи.

Марьяна вложила в эти слова все свое годами отточенное мастерство и произнесла их, глядя прямо в глаза, открытым, грудным голосом. А потом улыбнулась, не показывая зубов. Вступившая в полные права осень не позволяла задействовать весь арсенал, но если Тамм пригласит Марьяну в офис, то там ему будет продемонстрирована шелковая блуза с таким вырезом, какой только можно себе позволить, не нарушая приличий.

– Вы? – Тамм смотрела на нее абсолютно ничего не выражающим взглядом. И голос был соответствующий – равнодушный. Марьяна некстати вспомнила слова Тимура про отсутствие замочной скважины. Может, прав шеф? Он вот утверждает, что прав всегда. Нет, рано сдаваться.

– Меня зовут Марьяна Левандовская.

– Я помню, – процедил Тамм. В его голосе неожиданно появились эмоции. Раздражение. – Кажется, я ясно донес до Тимура Робертовича свою позицию по данному вопросу.

Марьяна обещала Тимуру, что все будет в порядке. И что его хорошие отношения с Таммом не пострадают. В данный момент Марьяна в это верила.

– А давайте мы с вами договоримся без Тимура Робертовича, – Марьяна сделала пару шагов и оказалась на расстоянии вытянутой руки от Тамма. И вдруг почувствовала аромат его парфюма – неожиданно совсем без горчинки. От него горьковатый парфюм очень ожидался. А тут скорее, табачный. Да, табак и кожа. – Знаете, я ведь ваша клиентка. Моя машина сейчас как раз находится на обслуживании в «Премьер-Авто».

– Вы по этому поводу сегодня пришли?

– Нет-нет, – мягко рассмеялась Марьяна. Кажется, она все делает правильно, и неприступный Тамм оттаивает. – Ваша компания – точнее, одна из ваших компаний, я имею в виду «Премьер-Авто» – работает просто безупречно. Знаете, я…

– Скажите это менеджменту «Премьер-Авто», – оборвал ее Тамм. – А у меня нет времени.

– Герман Гергардович…

– Я не буду давать вам интервью, – отчеканил он. – И не хочу вас больше видеть. Если вы или ваши люди и дальше будете ошиваться здесь – служба безопасности получит соответствующие распоряжения, – он кивнул в сторону стоящего в трех шагах охранника. – А эти люди не так хорошо воспитаны, как я.

Резко развернувшись, Герман Тамм пошел в сторону офисного здания, сопровождаемый своим секьюрити.

***

Марьяна ехала и буквально клокотала от злости. Да что… вот что он о себе возомнил?!

Она не помнила, как и куда она ехала. Но в какой-то момент алая пелена злости спала с глаз и сознания. Способность здраво рассуждать вернулась внезапно.

Так, с Тимуром Марьяна что-нибудь придумает. Она пока не знала, что, но была уверена, что они придут к какому-то компромиссу.