Глава 23

Я мгновенно подобралась и поднялась со стула. Опустила глаза в пол, чтобы не подумали ничего плохого, и тихо сообщила:

— Приношу свои извинения. Не знала, что для слуг действуют ограничения в количестве еды.

— Я такого не говорил. — Тинар-тей подошел к столу и присел рядом. — Мой отец старается для всех жителей этого дома, и они никогда и ни в чем не нуждаются. Ты здесь новенькая?

Тинар-тей кивнул мне на стул, и я присела.

— Да, сегодня приехала.

— Не против, если я составлю тебе компанию за ужином, Астра? За столом былая такая атмосфера, что кусок в горло не лез.

Кто я такая, чтобы отказывать? Поэтому отрицательно покачала головой и наконец-то приступила к ужину.

— Расскажи о себе, — вдруг произнес Тинар-тей. — В какой семье до этого работала?

— Ни в какой. — Я непроизвольно передернула плечами, будто по столовой сквозняк прошел. — До этого я жила с деревенской ведьмой и занималась совершенно другими делами.

— Да? — удивился Тинар-тей. — И как ты здесь оказалась?

— Меня купили. — Я не стала скрывать правду, хотя мне и было стыдно произносить ее вслух.

— Неужели? А так и не скажешь.

Я подняла взгляд и посмотрела на мужчину, который и сам меня с интересом разглядывал.

— Ты не подумай, я считаю, что торговля людьми — это огромный минус нашей политической системы, и ни в коем случае ее не поддерживаю. Но пока в этой сфере будут крутиться большие деньги, с ней не справиться. К тому же я удивлен. Я представлял себе невольников другими. А по тому, как ты держишь столовые приборы, можно понять, что у тебя приличное воспитание. Как ты оказалась в невольницах?

— Потеряла документы, — сухо ответила я. — И очутилась в ненужном месте в ненужное время.

— Дай угадаю… Пираты?

— Да. К тому же один из них оказался братом Синатры-таным.

— Альзан-тей? — снова удивился Тинар. — А вот это уже неожиданно, раньше он таким не промышлял. И где ты до этого жила?

Разговаривать с Тинар-теем оказалось легко, я даже сама не заметила, как расслабилась и стала чаще смотреть ему в глаза, а затем и вовсе позволила себе улыбаться и реагировать на его шутки. Рядом с ним я даже не ощущала себя невольницей. И так хотелось, чтобы этот вечер не заканчивался… но всему приходит конец. На пороге столовой появился Озан-тей. Он фривольно подошел к холодильнику, достал из него графин с молоком и с наслаждением пригубил.

— Занимался спортом? — фыркнул Тинар, разглядывая вспотевшего и взъерошенного брата.

Сказала бы я, каким он спортом занимается…

— Тебя это не касается, — холодно ответил Озан-тей, и его взгляд переместился на меня. — А ты что здесь делаешь?

— Ужинаю, — спокойно ответила я.

— Уже поздно. Приберись и иди спать. Я хочу, чтобы у моей жены завтра было хорошее настроение.

От негодования я даже губу прикусила, а Тинар-тей решил не конфликтовать с братом.

— Я тоже тогда пойду, — подмигнул он мне. — Уезжаю завтра утром, надеюсь увидеться с тобой за завтраком, Астра.

Я даже не поняла, как на моих губах появилась улыбка. Тинар-тей покинул столовую, а я собрала посуду и отнесла ее в раковину. И уже включила воду, чтобы ее вымыть, как почувствовала на своих ягодицах мужские руки, которые медленно поднимались вверх.

От неожиданности я замерла на месте, но затем быстро пришла в себя, резко развернулась и ударила Озан-тея тарелкой по голове, она как раз была у меня в руках. Недомытая.

Посуда разлетелась на осколки, а хозяин схватился за голову и зашипел от боли.

— Ты что вытворяешь, чокнутая? — возмутился он.

А Озан-тей у нас, оказывается, очень любвеобильный мужчина. Не успел от одной девушки отойти, как уже к другой клинья подбивает.

— Приношу свои извинения, — залепетала я. — Испугалась. Это было так неожиданно, я… я все уберу.

Я опустилась на корточки и стала собирать осколки, пока Озан-тей потирал ушибленную часть головы. Кажется, крови нет, это уже хорошо. Вряд ли мне сойдет с рук данное представление, но и быть чьей-то игрушкой я не собираюсь.

— Дурочку из себя не строй, — усмехнулся Озан-тей. — Ты все прекрасно понимаешь. И ударила меня не просто так. Чего боишься? Я буду нежен. Еще никто не жаловался.

Как жаль… как же жаль, что Тинар-тей ушел.

— Озан-тей, мне не нужны проблемы, — спокойно ответила я. — Дайте возможность прислуживать Синатре-таным без… дополнительных услуг. Я буду честно выполнять свои обязанности и никому не расскажу о случившемся.

— Одно другому не мешает, красавица, — подмигнул Озан-тей. — Но, как ты выразилась, дополнительных услуг тебе не избежать.

Озан-тей подошел к холодильнику, достал из морозилки пакет со льдом и приложил к ушибленному месту.

— На первый раз я даже прощу тебе эту выходку. Люблю строптивых. И дам тебе возможность все тщательно обдумать. Либо ты соглашаешься на мои условия и живешь свою лучшую жизнь, либо… я сделаю все, чтобы моя супруга от тебя избавилась. Продадим тебя в какое-нибудь заведение сомнительной репутации, что по этому поводу думаешь?

Озан-тей фыркнул и вышел из столовой, а я как сидела на корточках, собирая осколки, так и продолжала сидеть.

Определенно нужно что-то делать. Знаю я таких мужчин, они ни перед чем не остановятся, пока не получат желаемого. На Земле тоже таких встречала, но там меня спасали мое положение, деньги и связи отца, а здесь…

Здесь придется включить голову. Рассказывать Синатре о произошедшем нет никакого смысла. Она любит своего супруга и не встанет на мою сторону. Думаю, в этом Озан-тей не лгал, и продадут меня в заведение сомнительной репутации.

Ленвира-таным тоже доверия не вызывает, у нее какая-то ненормальная любовь к этому Озану, и она может увидеть во мне соперницу. Тогда остается только один выход — попросить помощи у Карвен-тея. Человек он справедливый, даже чем-то отца моего напоминает. Но сделать это необходимо по-мудрому и предложить что-то взамен. Осталось только подобрать для этого удобный момент.

С этими мыслями я отправилась спать, а следующий день начала с улыбки и даже намека не подала, что между мной и Озан-теем что-то произошло. Несколько дней я держалась молодцом и только и делала, что пыталась найти удобный момент для разговора с Карвен-теем, а пока приносила Синатре завтраки, укладывала волосы в самые красивые прически, от которых у Ленвиры-таным сводило зубы, и выполняла любую прихоть своей хозяйки.

Синатру-таным я не могла назвать «плохой». Она могла подарить мне украшение для волос, постоянно болтала и даже не расстроилась, когда узнала, что я не смогу прочесть записи ее прошлой горничной. Хотя я ей и сказала, что смогу следить за ее расписанием на своем языке. Так что она заново продиктовала мне все необходимое, а я стала вести новый ежедневник, где записывала все на родном русском.

И спустя неделю наконец-то удача улыбнулась мне.

Все началось так…