Глава 25, в которой Любомира находит союзника

Котик мертвой хваткой вцепился в ткань платья, царапая коготками кожу. И не потому, что боялся, нет. Он не хотел идти с рук. Урчал, как мотор ведомобиля, и требовал ласки.

Вот Оскар, сидя на коленях, когтей не выпускал. Воспитанный. А этот дикий. Но Мира его уже любила.

Она любила всё и всех: место это волшебное, Вольку, всех котов, воспитанных и диких. И даже незнакомца, появившегося столь неожиданно.

Кощей? В сказках он — старик, худой и страшный. А этот… тоже не молод. И, возможно, даже стар, если судить по взгляду. Так смотрят люди, умудренные опытом. Но внешне — обычный мужчина, чуть старше Владимира. Симпатичный, и волосы темные, длинные, собраны на затылке в «хвостик». Одежда простая — не крестьянская, но и не княжеская. Так одеваются охотники или лесники: сапоги, штаны кожаные, куртка.

Владимир смотрел на Кощея насторожено, а Мире он сразу понравился. Она не понимала, чем именно, но ощущение от него шло какое-то правильное. Хотя, если сказки вспомнить…

Кощей Мире поклонился.

— Рад приветствовать хранительницу, — произнес он бархатистым голосом. И добавил, взглянув на Владимира: — И ее спутника. Позвольте представиться, Силантий Маркович Волков.

— Любомира. — Она встала и протянула ему руку, и он осторожно ее пожал. — А как же… Кощей?

— Или так, — согласился он. — Так местным проще. А я привык.

Владимир, представившись в свою очередь, спросил:

— Так вы не Кощей? В смысле, не тот самый?

— Не бог, если вы об этом. И не его сын. Должность у меня такая. — Кощей улыбнулся. — Страж границы.

— А Баюн…

— Он привратник. Баюн за порядком следит, по обе стороны границы. А я границу охраняю. От нежити, так вам будет понятнее.

— Силантий Маркович…

— Силантий. — Он перебил Миру. — Или Кощей, если хотите.

— Силантий, — выбрала она. — Что такое «не знаю что»? Подскажете?

— А, Анастасия со своими условиями, — вздохнул Кощей. — Если придираться к формулировкам, то «туда, не знаю куда» вы уже пришли. И «то, не знаю, что» нашли, хоть вы этого еще и не понимаете. Но Красибор будет требовать иного. По канону это невидимый слуга, исполняющий любое желание.

— И что же делать…

Кощей развел руками.

— Я должна догадаться сама? — уточнила Мира.

— А вы уверены, что я помогу вам, а не Красибору? — вкрадчиво поинтересовался Кощей.

— Оскар вам доверяет.

— Вы доверяете Баюну?

— Нет. — Мира задумалась лишь на мгновение. — Я доверяю своему сердцу. Я давно уже не наивная девочка, и…

— Это, безусловно, радует, — усмехнулся Кощей. — Вы присаживайтесь, Любомира. Я надолго вас не задержу. Полагаю, у вас есть ко мне и другие вопросы.

— Вы некромант? — спросил Владимир.

Любомира опять опустилась на камень. Можно подумать, она знает, какие вопросы задавать. Владимир разберется. Он и видит больше, чем она, и понимает.

— Для вас это очевидно, — спокойно ответил Кощей, занимая место подле нее. То, где до этого сидел Владимир. — Я назвался полным именем, открыл свою ауру. Даже если хранительница руководствуется интуицией, вы предпочитаете здравый смысл. И, надеюсь, вы не из тех, кто уверен, что некромантия — зло?

— Любая сила может использоваться и во зло, и во благо, — сказал Владимир. — Мы же все здесь вынуждены принимать на веру.

Если ему и не понравилось, что Кощей сел рядом с Мирой, виду он не подал.

— И это правильно, — согласился Кощей. — Что не принимаете. Я для того и пришел, чтобы дать ответы. Всем, чем смогу, помогу.

— Почему?

Мира подумала, что ей всяко проще. Даже без силы она чувствует это место, и оно отзывается. А Владимир пытается докопаться до сути, и…

Хорошо это или плохо? Им бы думать, как кольцо достать. Действовать надо, а не беседы вести. Хотя… тут, на солнышке, уютно. И рыжий котик Оська вполне с этим согласен.

Оскар же тихонько сидел в сторонке, жадно прислушиваясь к разговору старших.

— Потому что это в моих интересах, — ответил Кощей. — Лукоморье давно без хранительницы. Право слово, и Анастасия плохо справлялась. А у Красибора, и вовсе, другие цели. Если Мировое дерево погибнет, я потеряю привязку к этому миру. И некому будет сдерживать нечисть. Это достаточный аргумент для того, чтобы вы сочли меня помощником, а не врагом?

— То есть, все же, как в сказке? — усмехнулся Владимир. — Смерть на конце иглы, игла в яйце, яйцо в утке, утка в зайце, а заяц в ларце?

— Почти. — Кощей снисходительно улыбнулся. — Смерть моя спрятана на Мировом дереве, охраняют ее стражи стихий. Эту сделку не я заключал, но я согласился с условиями, когда принимал силу.

— От отца? — спросила Мира.

— Нет. От учителя.

Владимир так и стоял, скрестив на груди руки. И Кощея, смотревшего на него снизу вверх, это ничуть не смущало.

— Вы знаете короткий путь до Москвы? Не через избушку. — Владимир задал новый вопрос.

— Знаю, — кивнул Кощей. — Но вам тем путем ходить не след.

— И что же делать? — вновь спросила Мира.

От огорчения, не иначе. Ей уже ответили, что проблемы нужно решать самостоятельно.

— Зачем вам в Москву? — поинтересовался Кощей. — Забыли что?

— Забыли, — подтвердила Мира. — Вернее, не знали. О частице души Лукоморья. Это правда, что она нужна?

— Вы не получили матушкино кольцо? — удивился Кощей. — Странно. Она заверила, что оно точно попадет к вам после ее смерти.

— Это вы сделали дневник артефактом? — оживился Владимир.

— Странно, — повторил Кощей. — Дневник к вам попал, а кольцо — нет?

Мира развела бы руками, в свою очередь, но котик уснул на коленях, и она его придерживала. Поэтому пришлось повести плечом.

— Вдова отца… она говорила что-то о том, что хочет отдать мне часть наследства, — сказала Мира. — Но я отказалась.

— Зря, — поморщился Кощей. И взглянул на Владимира: — Да, я был у Добромиры. Пытался вернуть ее в Лукоморье, но она не смогла. Муж связал ее клятвой. Запись в дневнике — все, что мы смогли сделать. Я предполагал, что Любомире будет сложно поверить в происходящее. Слово матери могло помочь.

— Помогло… — тихо произнесла Мира. — Володя, нам придется вернуться в Москву. Может, если поспешим, то успеем до распутицы? Или, наоборот, дождаться морозов? Без кольца мне тут делать нечего.

— Погодите, — вмешался Кощей. — Я не проведу вас путем мертвых, но могу сам сходить за кольцом. Опишите, какое оно.

— Я нарисую, — обрадовалась Мира. — Вот вернемся в дом, я и нарисую. Вы зайдете в гости?

— Красибор мне не обрадуется, — отказался Кощей.

— Я могу передать рисунок, — вызвался Оскар.

— У меня еще много вопросов, — вмешался Владимир. — Но нам пора возвращаться. Я и так не представляю, как объяснить Красибору нашу прогулку в лес. Мы можем встретиться позже?

— Разумеется, — согласился Кощей. — Оскар покажет дорогу.

— У меня есть объяснение, — сказала Мира, радуясь, что хоть чем-то может быть полезной. — Скажем Красибору, что я котика искала.