Глава 31

— Не мог же он забрать их с собой?

Я в который раз обвела кабинет безнадёжным взглядом. Покусала щеку: а что, если не забрал, а уничтожил? Сжёг, например?

Угу, а такой компромат, как письмо от Каннингема, забыл.

Я с силой потёрла межбровье. Точно, письмо должно было повторить судьбу остальных бумаг. Так почему оно здесь, а их нет?

— Или их и не было никогда? Можно ли управлять замком, не ведя бухгалтерии?

Вопросы, вопросы. Я вздохнула и подошла к незажжённому камину. Надо проверить все варианты.

Камин давно не чистили, однако на первый взгляд следов сгоревшей бумаги там не было. Чтобы убедиться наверняка, я взяла кочергу и, присев перед тёмным чревом, принялась вдумчиво шуровать в холодных золе и углях.

— И что это вы делаете?

От неожиданности меня словно пружиной подбросило. Резко развернувшись, я обнаружила в двух шагах от себя неслышно вошедшего в кабинет Райли, и спасибо «фильтру базара», что вместо непечатных выражений прошипела:

— Не смей ко мне подкрадываться!

Райли покосился на кочергу у меня в руке и благоразумно извинился:

— Прошу прощения. Но всё-таки что вы хотели там найти?

Ну вот какое ему дело, а? И я, сердитая на весь свет, огрызнулась:

— Сокровища Колдшира.

Несколько секунд мы с Райли играли в гляделки. Потом он первым отвёл глаза, прочистил горло и уточнил:

— Серьёзно?

Моё раздражение отхлынуло мутной волной.

— Да нет. — Я даже не попыталась замаскировать безысходность. — Просто у меня никак не получается найти бухгалтерские книги. Вот я и подумала: вдруг Грир их сжёг?

На лице Райли отразилось облегчение: такое объяснение он мог принять.

— Не сжёг, — успокоил он. — И можете не искать: их здесь нет.

Во мне немедленно проснулась настороженность.

— Почему ты так уверен?

Губы Райли тронула почти незаметная усмешка.

— Потому что гроссбух и прочие документы у меня.

Ну ничего себе!

Я успела подхватить челюсть в полёте. Проглотила глупый лепет: «Но как? Когда?» — и обвиняюще спросила:

— Так это ты забрался в кабинет и устроил беспорядок?

— Забрался я, — не стал отрицать Райли. — Однако книги взял аккуратно: зачем устраивать лишний шум? А разгром, думаю, учинил сам Грир, когда захотел перед отъездом уничтожить улики.

«Стукнуть бы тебя. Кочергой», — агрессивно протелепатировала я. И едко поинтересовалась:

— И когда ты собирался мне обо всём рассказать?

— Сейчас. — Райли был непробиваем, как скала. — Раньше не получилось: вы всё время были заняты.

У меня затрепетали ноздри, и, отвернувшись, я от греха подальше поставила кочергу в подставку. Сделала несколько вдохов и выдохов, чтобы успокоиться, и, вновь посмотрев собеседника, не приемлющим возражений тоном велела:

— Неси документы ко мне в комнаты. Быстро.

К чести Райли, он не стал дёргать тигра (вернее, тигрицу) за усы, а молча поклонился и вышел в коридор. А я, напоследок окинув комнату взглядом, последовала за ним.

***

«Нужен нормальный кабинет».

Эта светлая мысль посетила меня, когда Райли сгрузил на чайный столик в гостиной приличную стопку папок и толстых амбарных книг. Сколько же над ними придётся горбиться, пока я разберусь в цифрах и записях!

«Но кабинет Грира я точно не займу».

Это наверняка было пустым предубеждением, однако сидеть на месте бывшего управляющего (и его предшественников) мне не хотелось.

«Позже подберу какую-нибудь комнату с красивым видом», — решила я. И понимая, что завожу разговор из чистой прокрастинации, спросила у Райли:

— Так зачем ты их забрал?

— Чтобы сохранить для вас, — как о само собой разумеющемся пояснил тот. — Грир не внушал доверия, поэтому я решил не оставлять ему шанс уничтожить бумаги.

И с пробитой головой полез в чужой кабинет.

— Ни дня без подвига, — вздохнула я.

Коснулась кончиками пальцев картонной обложки лежавшего сверху гроссбуха и посмотрела Райли в глаза:

— Спасибо. Жаль, что я сама не сообразила потребовать у него документы сразу, как приехала.

— У вас и без того был непростой день, — неожиданно вступился за меня Райли. — Я не знаю ни одну леди, да и не леди тоже, кто сумел бы так же достойно вести себя.

Признаюсь, такая оценка погладила моё самолюбие. И тем не менее я не упустила возможности поддеть:

— Вообще-то, в девушках восхищаются красотой, грацией и воспитанием. В крайнем случае умом. Но уж никак не лошадиной выносливостью.

И не давая собеседнику как-то ответить на эти слова, перевела тему:

— Скажи, что ты думаешь о Бренде? Ты ведь знаешь, что ковёр убрали по её приказанию?

— Знаю. — Райли немного помолчал и наконец с неохотой начал: — С ней непонятно. С одной стороны, ковёр. С другой — голос в холле был не её. С третьей — она могла быть пособницей Грира, вольной или невольной. Словом, я бы рекомендовал смотреть за ней в оба глаза и завоёвывать доверие остальной прислуги.

Я кивнула: его рассуждения прозвучали в унисон с моими. Потом опять опустила глаза на документы и, про себя обречённо вздохнув, сказала:

— Хорошо, можешь идти. Но если что-то узнаешь, будь добр сообщить мне без промедления и без «у меня не было оснований». Договорились?

Пауза перед ответом Райли была характерной, однако он пообещал:

— Договорились.

И, в кои-то веки вспомнив про «С вашего разрешения», оставил меня одну.

Больше отлынивать поводов не было.

— Ну-с. — Энтузиазм в голосе прозвучал на редкость фальшиво. — Пора выяснить, что же на самом деле подарил мне муженёк.

С этими словами я уселась за стол и открыла гроссбух.