Глава 79

Эйнсли объявился на следующий день, и я сначала незаметно выдохнула, а затем нахмурилась: гость слегка прихрамывал на левую ногу.

«Во что он опять вляпался?» — пронеслась обеспокоенная мысль, за которую я тут же себя отругала. Мало мне своих проблем, чтобы брать к сердцу дела этого «благородного разбойника»? Однако всё-таки светски поинтересовалась:

— Вас столько не было. Надеюсь, не из-за Безликого?

— Простите, что заставил волноваться. — Эйнсли даже не попытался скрыть, что доволен моим беспокойством. — Нет, всё в порядке. Просто, м-м, неудачно подвернул ногу.

Я смерила его оценивающим взглядом: кажется, не лжёт. Впрочем, Стини и Бренда с утра уехали в Данли, а значит, к вечеру привезут последние новости. И если Безликий где-нибудь отличился, я непременно об этом узнаю.

— Как ваши розы, леди Каннингем? — между тем продолжал гость. — Нет ли вестей из столицы?

— Розы прекрасно, — отозвалась я, полагая, что Эйнсли неинтересно выслушивать, как мы с Оливером заметили на одном из кустов пятна мучнистой росы и спешно обработали все растения золой. — А из столицы новостей пока не было. — И закинула пробный камень: — Зато вчера к нам заглянул инспектор Трейси.

Лорд угрожающе свёл брови.

— Инспектор? И что же понадобилось этому надоедливому мужлану?

Я тихонько хмыкнула на такое проявление маскулинности и спокойно объяснила:

— Хотел попрощаться. Начальство велело ему прекратить поиски Безликого и вернуться в Норталлен.

— Вот и прекрасно! — Эйнсли горделиво расправил плечи. — Иначе клянусь, я бы пошёл инспектору навстречу в его желании встретиться.

Я засомневалась, стоит ли рассказывать узнанное вчера, но решила, что лорду-разбойнику будет полезно услышать, чем иногда заканчиваются его эскапады. И начала:

— Полагаю, он бы только обрадовался. Видите ли, у него была единственная дочь, которую он сильно любил. Она служила горничной у лорда Кэмерона и в ту ночь, когда на замок напал Безликий, погибла от взрыва.

На лице Эйнсли отразилась растерянность:

— В самом деле? Вам рассказал об этом инспектор?

Я кивнула и добавила:

— Она была беременна, на последнем сроке. Так что на совести нападавших минимум две невинные жизни.

Лорд-разбойник посмурнел.

— Я не хотел этого, — глухо ответил он.

— Не сомневаюсь, — заверила я. — Но вы ведь знаете поговорку о лесе и щепках? Вот здесь то же самое, только щепки — это живые люди.

Эйнсли закаменел, и я заметила, что правая рука его сжата в кулак.

— Вы хотите от меня раскаяния?

— Нет, — отозвалась я со всё теми же будничными интонациями. — Я ведь не священник и не высшие силы, чтобы призывать к раскаянию. Но меня бы очень порадовало, если бы рассказы о Безликом перешли в разряд легенд.

— Это невозможно! — отрезал Эйнсли, и я задумчиво наклонила голову к плечу.

— Вас поднимут на вилы ваши же соратники?

У лорда дёрнулась щека, однако его ответ прозвучал сдержанно:

— Леди Каннингем, давайте оставим этот разговор. Не хочу вас обидеть, но он бесполезен.

Я повела плечами:

— Как скажете, лорд. Предлагайте тему.

В конце концов, у меня не было цели убедить его в чём-то. Я просто хотела, чтобы он задумался, и, похоже, это получилось.

Эйнсли прочистил горло и, спустя короткую паузу, спросил:

— Вы не думали о том, чтобы устроить в Колдшире праздник в честь цветения роз?

Праздник? Зачем?

Последний вопрос был так явно написан у меня на лице, что даже не понадобилось произносить его вслух.

— Думаю, — пояснил Эйнсли, — ваши арендаторы, да и вообще все в округе были бы рады отметить такое событие. Всё-таки для этих краёв розы Колдшира — известный символ благополучия.

Хм.

— Я подумаю над этим, лорд, — пообещала я, не кривя душой. — Но прежде пусть из столицы вернётся мой управляющий.

На лицо Эйнсли легла тень: несмотря на сотрудничество в деле с подземным ходом, Райли он недолюбливал.

— Кстати, давно хотел спросить. — Небрежные интонации получились у него не без фальши. — Неужели вы настолько доверяете этому человеку? Миссия при дворе очень ответственная. Уверены ли вы, что он справится?

— Абсолютно, — не раздумывая и мгновения, ответила я. — Кто, если не Райли?

Лорд помрачнел ещё больше и сдержанно произнёс:

— Я был бы глубоко польщён вашим доверием, если бы вы попросили об этом меня.

Я с трудом спрятала улыбку от пришедшего в голову забавного сравнения: ай-ай-ай, дала понести портфель другому мальчику, а не ему! И примирительно сказала:

— Простите, лорд, но мне даже в голову не пришло обременять вас подобным.

Эйнсли чопорно кивнул:

— Тогда прошу, в следующий раз не стесняйтесь обращаться за помощью. Мы ведь соседи.

Мои губы вновь попытались расплыться в неуместной улыбке: да-да-да, соседи, только поэтому! И чудом совладав с лицом, я как могла серьёзно ответила:

— Хорошо, лорд Эйнсли. Благодарю за вашу добрососедскую заботу.

Ведь даже если я в принципе не собираюсь ни о чём просить, это не повод обижать его отказом. Предложил-то он полностью искренне​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​