Глава 2.

Даниил Стахов

– Умеешь же, да? Давай вместо шахмат… Будут, к примеру… Твои крекеры… – угораю я, достав из тумбочки деда Вовы пачку сырных вкусняшек, но мне вдруг становится дико стыдно… И я будто слышу матушкин голос, который кроет меня отборными матами, чтобы не смел быть таким засранцем. – Ай… Блин, ма! Ладно, забирай. – закрываю их там обратно. – Он всё равно нифига не ест! И не понимает даже! Аууууу!!! – мельтешу перед его лицом рукой. – Вот видишь?!

Я понимаю, что как бы разговариваю с самим собой… Но на деле это всё моя совесть в виде всплывающей перед глазами матери… Ээээх… Не судьба, значит.

Пойду лучше к Катюхе… Там хотя бы конфеты всегда есть…

Едва подплываю к стойке, как издалека вижу расстроенное огорчённое чем-то лицо…

– А чего грустим, красавица? – спрашиваю, возникнув перед ней как восьмое чудо света. Конечно, это я сам себя так нарекаю. Для неё я, как чёрт из табакерки…

– Да что-то дочка не отвечает на звонки… – кривит она губы и смотрит на меня. – Как ты себя чувствуешь?

– Нормалёк… Скука только смертная. В августе хотя бы Костян был…

– Хах, – издаёт она нервно. Она тут от нас обоих стрелялась. Мы очень много проказничали… То таблетками кидались, то устраивали пенную вечеринку, то перестукивались ночами. – Нет уж, спасибо, что на этот раз один…

– Бессовестная женщина… Как ты можешь так говоришь? Я вообще-то болею… У меня тонкая душевная организация…

– Стахов… Уйди лучше… С глаз моих долой, пока не надавала по жопе…

– У тебя фетиш какой-то, да? Любишь пожёстче в постели? – играю бровями, и она тут же вылетает из-за своей стойки, готовая меня прибить… Приходится убегать обратно в сторону своей комнаты, ну а там я пролетаю прямо мимо Илонки… Она естественно на меня даже не смотрит. Мне кажется, меня для неё тупо не существует, но мне то можно, блин, пялиться. Оборачиваюсь и залипаю на её жопе…

Влево-вправо… Влево… Вправо… Вот это походняк, блядь, конечно…

Ёб твою мать, чё мне такого сделать, чтобы она реально на меня взгляд уронила?

Не, я конечно всегда хотел попробовать эксгибиционизм, но ей ведь может и не понравится, правда? И хера ли у меня встал, если она просто мимо проплыла, как айберг, блин? Такая же ледяная и бездушная… Вот так Титаник и потонул… Был бы поумнее и не случилось бы этого. Но я-то, блин, умный! Я вообще охеренный, к чему мне такие траблы, а?!

На кислых щах всё же иду в ту же сторону, что и она… Чтобы не потерять эти прекрасные ягодицы из виду… Ну и нагоняю её в коридоре, где она уже говорит с кем-то по телефону. А я как идиот встаю за углом и подслушиваю…

– Нет… Я не хочу этого. Нет. Ясно… Я поняла. Скоро закину… Скоро, я же сказала… Вы можете… – слышу, что её голос то прерывается, то наоборот, словно она начинает повышать его, когда злоба накатывает. – А-а-а-а-а! – орёт в трубку почти рыком. – Да пошёл ты, сукин сын! Пошёл нахрен, мудила! Не звони сюда больше!

От напряжения я тупо застываю на месте и не сразу замечаю, что она выходит… Увидев меня, мне кажется, с трудом держится, чтобы меня не прихлопнуть. Я тут же хватаю свой телефон, якобы стоял и переписывался – очень занят… А о ней и не знал даже… Пиздец она жуткая. Молчит пару секунд и психованно удаляется в сторону, пока я смотрю ей вслед выпученными глазами. Не девушка, а тарантул… Точно такая же, блин… Я бы рядом с такой точно словил инфаркт.

Подождав пару минут возвращаюсь обратно и снова подруливаю к своей Катерине… Она для меня – ценный источник информации… С ней нельзя ругаться. Она супер-вуман в белом халате.

– Так… Стоп, не убивай меня, – встречаю её недовольную гримасу. – Дай мне ещё один шанс, владычица пилюлек.

– Даня, чёрт тебе дери… – взвывает она, стиснув зубы. Видимо, ждёт от дочери весточку…

– Я шучу… Кароч… Ещё что-то знаешь об этой?

– О ком? Об Илонке, что ли? Так и знала, что слюнки потекут… В очередь становись, дорогой… – будто издевается. Я и так чувствую себя задротом. Мне с моими особенностями во внешности вообще всегда сложно давались разного рода знакомства, а тут она со своими подъёбками. И я тут же настораживаюсь.

– А кто ещё?

– Владимир Филимонович, блин! – выпаливает она, и я начинаю ржать, захлёбываясь в собственном смехе. Уделала, да… Я аж реально поверил…

– Не дурно, да… Очередь, в которой он стоит, наверное, начиналась с талона на сахар…

– Даня, блин! Чего хотел-то, говори?!

– Ну… Что-то о ней ещё знаешь… Давно она тут?

– Чуть пораньше тебя заехала… Однажды… Я кое-как вырвала из её рук расчёску… Начесала она их так много… Часов семь подряд чесала…

– Семь часов?! Серьёзно? – поражаюсь в ахтунге.

– Она нервничает сильно, – сообщает она, и это я как бы как раз уже понял… Что она нервная. И по звонку, и по поведению…

– Ладно, понял… Спасибо… – срываюсь с места.

– Да куда побежал-то?!

Я уже не слушаю… Бегу в комнату, чтобы почитать о ней как можно больше… Илона Габец, 19 лет. Она ещё и старше меня на год, прекрасно. А есть хоть что-то, что позволит мне, блин, выделяться на фоне других самцов, не? И не в отрицательном плане, а-то уже что-то многовато недостатков от меня, а, Госпожи Боже?! Где я так согрешил? Так и знал, что не нужно было пиздить конфету у этого деда сегодня за обедом…

В итоге всё, что я узнаю, это то, что она уже как два года зарабатывает на этом. Берётся за кучу рекламы, снимает всякие обзоры… И ничего из её реальной жизни. Ни о родителях, ни о друзьях, ни о ней самой. Вообще ничего… Даже обзоры из психушки сделаны максимально засекречено. То есть, она делает какой-то фон, будто сидит в комнате и ничего страшного не происходит. Подписчики вроде как в восторге и буквально ссатся от неё кипятком. Кстати, тут и парней, конечно, просто тьма тьмущая. Которые пишут ей всякую поеботу… И даже донатят охрененные деньги за заоблачное свидание, судя по скринам в сторисах. Пиздец… Ну она какая-то нереальная, конечно… Странная. Я и сам такой. Наверное, в этом и есть плюс.

Два психа… Возможно, её хотя бы это заинтересует? Я так-то способен понять любой фетиш, любую дурь и почти все сексуальные предпочтения…

Я даже бросаю ей заявку в подписчики… Но мне кажется, добром это не кончится… Она уже злится на меня. Скорее всего, следующим шагом может быть обезглавливание… С учётом того, как она смотрит или даже накрывает столовую мраком, стоит ей зайти внутрь. Грозовая тучка.

На очередном ужине от её прихода начинает мерцать последняя стабильно работающая лампа. Я, уже уверенный в том, что мне там не светит, выбираю чуть-чуть другую тактику. Сидеть и наблюдать со стороны. Авось и выпадет момент, чтобы я мог проявить себя, как доблестный рыцарь, спасший пилотку от рук злых разбойников… Так же в книгах происходит? Я как бы не особо по чтению… Но помню, что училка по литературе говорила что-то подобное… А она у нас была женщина с большой… То есть, с большим сердцем.

Ну и вот… Я усаживаюсь с Раисой Викторовной и Владимиром Филимоновичем.

– Позволите нарушить ваше свидание, ладно? – швыряю рядом поднос, а они оба молчат. Он-то ладно… А вот у неё просто затянувшаяся депрессия, и даже на фоне таблеток, она настолько апатичная, блин, что не замечает людей вокруг себя… Печалька. – Я бы тоже хотел сейчас найти свою половину. Вот вы, например, идеально друг другу подходите… Ты молчишь, она молчит, что ещё нужно для счастья, да, дед Вов? Было бы круто, если бы ты ещё не храпел, конечно… Но это дело десятое. Я как бы переживу это… А вот она… М-даааа… С вами, конечно… Каши не сваришь… – вздыхаю я, заметив, что так и пизжу один, а моя красавица, поклевав пару зёрнышек, как птичка, тут же уходит отсюда… Ну и я бы выбежал следом за ней, только тогда придётся бросить жрачку, а это не в моих принципах. Девушек красивых много, а я у мамы один и должен плотно кушать, чтобы оставаться счастливым и спокойным… Поэтому на прогулку я выметаюсь только спустя полчаса после неё, когда уже сожрал всё, что только мог, зачистив и соседние подносы… Пузо полное, я сам довольный… Хожу-брожу, вдыхая свежий воздух улицы и наблюдаю издалека, как она сидит на лавочке в одиночестве в телефоне и с кем-то переписывается. Интересно, у неё есть настоящие друзья? У таких людей они вообще есть? Или это только подписчики, которые явно не видят в ней простого человека. Только куклу, сломай которую, перестанет быть нужна. Мне как раз кажется, что так…

Сам думаю о родных… Как там? Скучают ли? Всё ли нормально? Постоянно о них переживаю тоже. Выпадает время позвонить, и я набираю маму… Глядя на вечернее небо, изучаю звёзды и жду, когда она ответит на звонок.

– Привет…

– Дань, это Илюха, мама моется… – тут же перебивает братец, но я и его рад слышать. Даже очень.

– А… Даров, братан. Как там у вас?

– Так себе… Не хочу в школу…

– Всё так плохо?

– Мне не нравится…

– Ну… Чувак, мне тоже никогда не нравилось… Приходилось учиться…

– А если как ты? – спрашивает, и я хмурюсь.

– Как я? Хочешь в психушку?

– Нуууу… Там весело? – спрашивает братец, а я вздыхаю.

– Обхохочешься… Илюх.

– Кто там? – слышу голос Пахи. – Даня?! Дай мне трубку!

На проводе начинается бойня, и все слова, что я хотела сказать маме… О том, что скучаю и люблю её, остаются несказанными… Потому что два бандита грызутся там за телефон между собой не на жизнь, а на смерть.

– Ладно, пацаны, у нас тут уже отбой… Маме привет передавайте… Ау?! Слышите меня?

На том конце крики, визги, драма…

Приходится покачать головой и самому скинуть… Иначе бы так и слушал этот пиздец… А когда поворачиваю голову в сторону той самой лавочки, вижу, что моей драгоценный уже нет… Ушла, и след простыл…

Минут через десять я направляюсь обратно в корпус. Там принимаю таблетки и жду, когда моя Катюха освободится… Она ведь всем раздаёт и некоторым даже наливает воды из кулера, помогая принять их и запить. Включая деду Вову, кстати. А я тем временем сажусь на диванчик в холле и передвигаю шахматы по доске в отчаянии… Тут даже поиграть не с кем.

– Данька! – зазывает она меня к себе издалека, и я тут же бегу к ней, чтобы хотя бы немного снова посплетничать. Обожаю это дерьмо…

– Чё?

– Хорошая новость… Скоро девочка новая ложится… Прям как ты…

– Чё как я? – усмехаюсь я. – Рыжая?

– Да ну нет, блин! При чём тут это?! Просто она с паническим расстройством…

– М-м-м… А как зовут?

– Аврора…

– Аврора? Хм… А мне нравится… Причудливое имечко…