Глава 14.

Даниил Стахов

Ну, всё… Аврорка сбежала, а у меня внутри теперь пустота какая-то. Общаться реально не с кем. Илонка меня избегает. Ненавидит и вообще… Кажется, не желает даже издалека на меня смотреть. Чувствую себя одиноко одиноким одиночкой.

Утром, когда уже пора просыпаться, Катюха приходит на работу, сменяя дежурную медсестру, ну а там… Я слышу их разговоры о том, что Стадницкая сбежала прямо из больницы перед осмотром…

Намываю рожу, готовлюсь идти завтракать. Только до двери дойти не успеваю, потому что моя дорогая Катерина заходит внутрь и сверлит меня недовольным подозрительным взглядом, скрестив на груди руки.

– Чё?

– Ни "чё", а говори! Живо!

– Что говорить-то? – тут же округляю глаза в изумлении.

– Данька, паразит такой! Не притворяйся, а! Сейчас мне придётся связывать с родителями Авроры! Потому что она сбежала вслед за своим Громовым! Вы что с ума посходили?! Дети!

– Ну… Давно, если ты не заметила, – улыбаюсь я, а она цокает и топает ногой.

– Слушай… Владычица снадобий, я серьёзно… Ничего не знаю, хоть пытай! – выдаю я, протягивая ей обе руки, будто в кандалах, а она косит на меня свой злобный прищур.

– Ты не понимаешь, Даня… У неё могут быть проблемы… – вздыхает она и смотрит на меня с сожалением. Я, конечно, ведомый, но не настолько. Сдавать никого не собираюсь. Понимаю, что то, что она сделала – плохо. Но у неё выбора не было, так что всё честно. – Сегодня, кстати, девочка новая поступает… Я думала, они с Авророй как раз подружатся… Виола её зовут.

– М-м-м… Чё куда определишь? В комнату к Илонке?

– Вот не знаю… Там такой ангел, боюсь, что Илонка её… Ну, в общем, ты понял…

Ржу себе под нос над своей волчицей и собираюсь выходить.

– Я, походу, проголодался наконец… Жрать хочу чё-то…

– Даня-Даня… Вот что мне с вами делать, а?

Обнимаю Катюху за плечи, и мы вместе выходим из моей палаты, а там, как назло, новый врач, который смотрит на нас с какими-то подозрениями. Будто у нас реально шуры-муры… Наверное, так и подумал, блин.

– Это просто по-дружески, чувак! – тут же оправдываюсь, отпустив её.

– Можно Вас, Екатерина Андреевна, – зовёт её тихонько. – По вопросу сбежавших…

Сначала я хочу подслушать, но он просто прогоняет меня, заводя её к себе в кабинет и закрыв дверь. И мне ничего не остаётся, как побежать к своей любимой, чтобы уточнить, писала ли ей наша мисс седовласка…

Едва стучусь, дверь открывается. И на пороге стоит Илона, которая, видимо, тоже собиралась выходить.

– Чего тебе, чудик?

– Поговорить надо, – проталкиваю её внутрь палаты и рассказываю всё, что сейчас было.

– Она и ко мне приходила… Я сказала, что ничего не знаю.

– Понятно… Слушай, Илон… Откуда у тебя такие деньги? Реально… Огромная ведь сумма и ты просто отдала её, – говорю я, а она строит ехидное коварное лицо.

– Тебе что тоже нужны? Какое тебе дело вообще?

– Бля, да не будь ты тарантулом, а?

– Будь я тарантулом, медленно бы отравляла тебя до тех пор, пока ты не сдохнешь, – шипит она на меня, на что я начинаю дико ржать.

– Так ты уже! Посмотри на себя… Капец, блин. Она писала тебе?

– Нет. И я не буду писать ей. Если сочтёт нужным, сама даст знать. Думаю, ей некогда…

– Ясно… Но если напишет, ты же мне скажешь, да? М? – тут же спрашиваю, улыбнувшись, а у неё вид такой, словно она смотреть на меня боится.

– Даня… Уйди, пожалуйста, из моей комнаты, – выгоняет меня, как обычно.

– Я уйду. Просто хотел с тобой поболтать…

– Тут же нет нормальных девчонок больше, забыл?! – тут же припоминает, и я радуюсь, что задел. Запомнила… Моя-то кровожадная девочка.

– Да я же специально сказал… Ты не просто нормальная. Ты… Бля, да ты секси, сама же знаешь…

– А-а-а-а! – взвывает она меня, толкнув в плечо. – Проваливай уже! Рыжий патлатый…

Чувствую её толчки на своём теле и кайфую даже от этого. Начинаю придуриваться и стонать на каждом таком, а она тут же ошарашенно смотрит на меня и застывает.

– Ты конечный, в курсе?!

– В курсе… Тоже хотелось бы тебя потрогать, продажная женщина… – улыбаясь я, вновь ляпнув очередную гадость… И кажется вызываю у неё шок и ярость во всём теле. Каждый волосок встаёт на дыбы. Но я же совсем не то имел в виду…

– Что ты, мать твою, сказал?!

– Да я имею в виду, что вас же рекламщиков называют продажниками… Я это имел в виду… – оправдываюсь я, но она уже идёт ко мне с намерениями убивать. – Да я пошутил же, Илона, нафиг!

– Скотина чёртова! Проваливай из моей комнаты! – рычит на меня, заставив меня вылететь из комнаты, как пробка из-под шампанского. Ну, вот… Опять, блин, ссора. Да сколько ж можно?!

Потираю отбитую ей бицуху… Ну, или место, где должна быть бицуха, проще говоря… А потом бубню себе под нос.

– Ну и пожалуйста! Ну и иди ты нафиг, принцесса сраная! – разворачиваюсь и чуть не врезаюсь в какую-то девчонку с пакетом в руках. Блондинка с голубыми глазами. Милая, маленькая… Практически кукла на полке в магазине.

– Привет, – улыбается она самой доброжелательной улыбкой, что я мог тут видеть. Ну, разве что в зеркале…

– Приветик… Дай угадаю. Виола?

– Угу, – кивает она, рассматривая меня. – А ты, наверное, Даня? Мне про тебя уже рассказали, – хихикает она, и я вижу за ней Катюху, которая идёт прямиком к нам.

– О, познакомились, ну вот он, Данька во всей красе… Дурной язык и шаловливый характер, – представляет она меня, заставив заржать.

– Я бы сказал наоборот… Дурной характер и шаловливый язык, – начинаю вертеть им в воздухе, вытащив изо рта, Катька тут же даёт мне по тому же самому, отбитому Илонкой плечу, а Виола хохочет…

И в этот неловкий момент вслед за мной выходит и Илона, которая увидев эту нелицеприятную для себя картину и бросив в мою сторону просто максимально ядовитый убийственный взгляд, проходит мимо нас, даже не поздоровавшись с новенькой…

– Соседка твоя, – шепчет Катюха девчонке. – С ней аккуратнее…

А я смотрю вслед своей королеве красоты и, сука…

Подыхаю…