Глава 1

Надя. В тысячный раз обновляю страницу браузера и пролистываю объявления о сдаче в аренду помещений. Вот это, например, идеальное. Центр города, огромные витринные окна – именно то, что нужно для уютной пекарни. В моей голове уже вырисовывается картинка: нежный запах свежеиспечённых круассанов, булочек с корицей, горячего шоколада, ванили и праздника. Улыбчивые посетители, детский смех. Маленький уголок счастья в суете мегаполиса. Но реальность, как всегда, бьёт больно – ценник аренды вызывает только нервный смешок. Конечно, это всё из области фантастики. Деньги на аренду? Откуда? Можно мне у Деда Мороза попросить мешок денег? Не миллионы, нет. Ровно столько, сколько нужно, чтобы заткнуть все финансовые дыры в моём бюджете. А мой бюджет, увы, одна сплошная дыра. Единственное, что я могу себе позволить, – это аренда тесной квартирки, в которой нам приходится ютиться с Максимкой и мамой втроём. Дверь резко распахивается, и я вздрагиваю, словно воришка, пойманная на месте преступления. Поспешно сворачиваю браузер и интенсивно шлёпаю по клавиатуре, претворяясь, что тружусь в поте лица. В приёмную влетает Виктор Алексеевич – наш неприступный гендир, гроза офиса и ужас, летящий на крыльях ночи. – Я не знаю! – Бросает он в телефон, который напряжёнными пальцами держит у уха. – Сказал же, что не уверен. Я тебе сто раз объяснял, Новый год – это не повод бросить всё! У меня тут настоящий аврал. На меня он даже не смотрит. Прямо на ходу швыряет на мой стол папку с документами, будто я телепат и уже знаю, что с ней делать. – Доброе утро, Виктор Алексеевич, – тихо говорю ему в спину. Естественно, без всякой надежды на ответ. Он хлопает дверью своего кабинета так, что стены дрожат, но даже через неё я слышу раздражённый голос: – Нет, мы так не договаривались! Перевожу взгляд на папку. «Разберись с этим сама», – говорит она всем своим видом. Отлично, Виктор Алексеевич. Снова открываю сайт с объявлениями и хмыкаю. Мечты. Даже если бы у меня были такие деньги, я вряд ли смогла бы пустить их в бизнес, учитывая тот факт, что маме нужен дорогостоящий курс реабилитации. Все мои сбережения уже сожрала эта бесконечная борьба за возможность для мамы попрощаться с инвалидной коляской и встать на ноги. Но это стоит любых денег. Это дороже всего. Дверь кабинета распахивается. Виктор Алексеевич, плечом прижимая телефон к уху, жестикулирует в воздухе рукой. – Надя, кофе, – коротко командует и, даже не дождавшись моего ответа, снова захлопывает дверь. Вздыхаю и встаю из-за стола. Почему у всех нормальные начальники, а мой – сорвавшийся с цепи цербер? Он нагоняет жуть одним лишь своих хмурым, вечно недовольным выражением лица. Не думает ни о чём, кроме работы. Ледяной, как айсберг в океане. Непрошибаемый. И если с другими сотрудниками он старается держать себя в узде, то со мной, откровенно говоря, вообще не церемонится. Стоя у кофемашины, наблюдаю, как тёмная струйка медленно наполняет чашку. Моя рука так и тянется к кнопке, чтобы выключить, забрать кофе себе и спрятаться где-нибудь подальше от этой приёмной. Но я знаю, что без кофе Виктор Алексеевич превратится в вулкан, а я, скорее всего, буду той самой деревней, которую накроет раскалённой лавой. С чашкой в руках подхожу к кабинету босса. На мгновение замираю, взвешивая риски. Может, не соваться? Сам выйдет… Нет, сегодня точно не тот день, чтобы испытывать его терпение. Без кофе его оставлять крайне опасно. Он явно в настроении кого-то уничтожить, и я очень не хочу, чтобы этим «кем-то» оказалась я. Но если он останется без своей дозы кофеина, то горячая рука непременно прихлопнет меня, как муху. Глубоко вздыхаю и толкаю дверь. Виктор Алексеевич стоит спиной ко мне, перед огромным панорамным окном. Его широкие плечи обтянуты идеально сидящим чёрным пиджаком, и я ненадолго зависаю в этой чисто женской реакции на шикарного мужчину. Просто полюбоваться, ничего более. Естественно, когда у тебя есть деньги на целую команду спортивных инструкторов, ты выглядишь так, что от одного взгляда у любой нормальной женщины крыша поедет. Вот и моя… Шевелится периодически на роскошного мужика в офисе. Других-то я и не вижу. Однако «роскошность» не оправдывает его скверного характера. – Виктор Алексеевич, ваш кофе, – блею я от порога. Господи, Метельская, ты ещё в реверансе присядь, ну! Виктор Алексеевич даже не оборачивается. Только машет неопределённо рукой, отгоняя меня прочь. – Мам, давай без этих твоих сцен, ладно? Почему я вообще должен тебе что-то доказывать? – Раздражённо цедит в трубку. – Это глупо настолько, что даже смешно. Ставлю кофе на его стол и быстро выбегаю, прикрыв за собой дверь. Наконец с облегчением выдыхаю. Не успеваю снова сесть на своё место, как в приёмной появляется Ира из бухгалтерии. Она несёт стопку документов и выглядит так, будто уже морально готовится к битве. – Привет, Надюх. Мне срочно к Морозову. Можно? – Не стоит, – предупреждаю, отрицательно качая головой. – Почему? Рычит? – Рычит, – снова качаю, но уже положительно. – Ох… Беда. Ну, я может быстренько?.. – Не стоит, серьёзно. Оставь мне, я передам. Ира вздыхает с явным облегчением и сваливает бумаги на мой стол. – Надя, ты наш герой! Тебе памятник надо при жизни, честное слово! Я не знаю, как ты это выдерживаешь. Он же невыносимый! – Держусь на морально-волевых. – Герой! – Снова повторяет Ирка, посылает мне воздушный поцелуй и убегает. Смотрю на документы, как на бомбу замедленного действия. Но лучше я сейчас быстренько подсуну их ему под нос, пока он занят незримым собеседником, чем потом буду пятнадцать минут выдумывать адекватную причину, почему другие сотрудники избегают заглядывать к нему. Наш гендир свято уверен, что он ангел воплоти. Сгребаю бумаги, подравниваю о край стола и тащусь к Морозову. Виктор Алексеевич уже без телефона сидит в своём кресле, подперев щёку кулаком. Не шевелится. Сверлит стену таким задумчивым взглядом, что я на секунду начинаю сомневаться, дышит ли он вообще. Может, в анабиоз впал? Моего появления он вообще не замечает. Аккуратно, на цыпочках, подхожу к его столу. На самый краешек стола аккуратно кладу документы и пячусь назад, стараясь не издавать ни звука. Виктор Алексеевич вдруг переводит взгляд на меня и встряхивает головой, словно пытается очнуться из собственных мыслей. – Метельская? – Поднимает требовательно бровь. – Вы что-то хотели? – Ирина Сергеевна из бухгалтерии просила вам передать, – киваю на стопку документации. – Почему же она сама не зашла? Ну, понеслась… – Она просто очень занята. – Настолько, что не удосужилась лично отчитаться? – О, у неё… Кишечный грипп. Да. Жуткая вещь… Виктор Алексеевич брезгливо морщится. – Какой кошмар. Зачем она на работу припёрлась? Ладно. Хорошо. Идите. Разворачиваюсь, чтобы улизнуть, но едва делаю шаг, как он снова меня окрикивает. – Метельская, а ну, стоять! Сдерживая желание закатить глаза, поворачиваюсь. – Присядьте, – указывает подбородком на кресло для посетителей. Ладно. Чувствую, что откажусь я или нет – разницы не будет. Силой ведь впихнет в это кресло, если очень захочет. Присаживаюсь, натягивая юбку на колени. Виктор Алексеевич внимательно всматривается в моё лицо. О-о-очень внимательно. Так, словно впервые меня видит. – Метельская, заработать хотите?