Глава 29

***

— Стас, ты идиот! — ругался на него Барс, когда укатили гости, на машине Ани в том числе. — Вот обязательно было вставлять свои комментарии? Перейти дорогу Романову — не лучший экстрим, тем более сейчас и для тебя.

— Я сказал, как есть. Пусть получше следит за своей любовницей. Мы же ее сюда не силком привезли.

— Она приехала из-за твоей дочери.

— Да, бл*, а не ты ли мне советовал на все забить и брать ее в свое удовольствие?

Да вот же хрень — на это Барсу ответить оказалось нечего. Только насупился и выдохнул сигаретный дым через ноздри.

— Короче, забираешь дочь и уезжаешь отсюда. Вечером решим куда, пока собирай вещи.

— Я никуда не поеду.

— Это не обсуждается.

— Я не поеду! — сорвался он на друга.

Да потому что за*бало. Он не собирался поджимать хвост и сваливать из дома только потому, что какой-то кретин в дорогом костюмчике не досмотрел за своей бабенкой. Да, черт, в первый раз он взял ее силой. Но очень быстро стало понятно, что она совсем не против. Так что, пусть этот костюмчик разбирается с ней. А ему плевать — на обоих.

— Хорошо, — согласился предурок — Тогда жди новую няню. И какое-то время поживу у тебя.

— Вот не надо. Чтоб каждую ночь я слушал ор твоей пассии? Мне мелкой хватает.

— Без Лизы, — уточнил Барс.

Ну, это меняло дело.

И вот уже вечером прибыла новая няня. Барс подобрал как специально — тоже молодая, такая улыбчивая училка в стильных очках, приятная на лицо, правда формы не в его вкусе. И опять чужая. И это было не странно, что первым делом стал оценивать по параметрам внешнего вида. К вечеру все тело начало зудеть. Но он не сразу понял от чего именно. Почему после косяка не становится лучше настолько, насколько того ожидал. Почему текила пьется, как вода. Почему при этом у него стойкое ощущение ломки. И почему, сука, мысли то и дело возвращаются к этой мелкой… любовнице Романова. Сейчас бы подмять ее под себя, да скорее всего это уже делает с ней кое-кто другой. Еще не хватало приревновать. Ту, которую едва знает. Как будто действительно спятил.

Случайно, по его мнению, перевернул на землю весь ужин. Едва не подрался с Барсом. Напугал новую няню, которая еще не была готова к сюрпризам его поведения. Поорал вместе с дочерью, из солидарности. Намочил слезами и соплями Олин свитер, прежде чем его порвать. В итоге уснул в их спальне в обнимку с тем, что осталось от свитера любимой женщины. Примерно так Стас вспоминал последовательность событий на следующее утро.

Опять вернулось привычное чувство, когда просыпался с одним желанием — сдохнуть, да хоть без наркоза. Когда спускался по лестнице, голова дала такого кругаля, что сразу передумал куда-то идти. Присел на ступеньки и достал сигареты. Через пару минут из детской вышла няня. Едва увидев его, подскочила на месте.

— Доброе утро, — тихо сказала она, осторожно прикрыла дверь и поспешила убежать на кухню.

Про сигареты даже ничего не сказала. Да и вообще, не ее он бы хотел здесь сейчас видеть.

— Проснулся? — прозвучал над ухом голос Барса. — Хватит курить в доме и иди помойся, от тебя несет как от помойки.

— Отвали. Может мне так нравится.

— Зато не нравится окружающим. Эта Даша и так ночью едва не сбежала…

— Кто?!

— Новая няня твоя. Умеешь ты произвести на женщин впечатление.

Стас тяжело вздохнул. Да пошли они все. Никто не хочет быть с ним. Никто, кроме Оли… Еще эта Аня, взялась на его голову. Теперь не выкурить, словно где-то застряла. И ведь тоже свалила. К этому своему противному костюмчику.

— Аня не звонила? — озвучил свои мысли, не ожидая положительного ответа.

И вдруг услышал:

— Звонила. Лизе.

Он даже как-то вдруг проснулся. Только и сам не понял, что хочет спросить дальше. Барс с этим помог.

— Волнуется за тебя, не ясно только почему. Таких предурков еще поискать.

— От предурка слышу. Что еще сказала?

— Про мелкую спрашивала.

— И все?

— А ты хотел что-то еще? Привет не передавала. И вообще, забудь о ней. Будет здорово, если и Романов забудет о тебе.

Что еще? А действительно, будто это имело какое-то значение. Отбросив наконец все мысли, Стас поднялся и поплелся в душ.

***

Витя надо мной издевался. Он привез вещи только на утро следующего дня. И за целый день не появился ни разу. Отыскав в сумке телефон, я спряталась в спальне и набрала Лизе при первом удобном случае, когда Вите позвонили по делам. Как оказалось, ее друг еще вчера привез новую няню в дом Стаса. Да и сам он в целом был в порядке. И вроде все хорошо, а как-то неприятно кольнуло. Да еще на банковскую карточку пришли деньги от этого Барса, так сказать за работу — как и обещал. Можно было обо всем забыть и возвращаться в клинику. Но стало так обидно, до слез, что во мне нисколько не нуждались. О моей Крохе теперь позаботится другая женщина… а Станислав… да ему вообще на меня наплевать, что показывал с самого начала. Так что, целовать его тоже будет теперь другая женщина.

Да я будто бы ревновала.

И будто бы злилась.

Я тут сижу, переживаю за них, а в ответ даже никто не вспоминает. Более того — мне быстро нашли замену. И ведь все логично, а я будто на что-то рассчитывала. Будто не знала, что у чудовища нет сердца. Либо вообще, либо оно сгорело после смерти любимой женщины. Вот сейчас я действительно почувствовала себя шлюхой, которая не достойна ни человеческих отношений, ни нормальной любви, ни счастья.

— Кому звонила? — резко спросил Витя, когда подошел.

— Никому.

Он как-то сильно схватил меня и развернул к себе лицом. Я вскинула глаза, пытаясь держаться достойно. А он вдруг разжал ладонь, протянул руку и заботливо стер слезинку с моей щеки.

– Надеюсь, это не из-за него?

— Нет, — поспешила сказать, пока не начала об этом задумываться.

— Хорошо.

А потом он сделал то, к чему я не была готова. Я так отвыкла от его натиска, что сейчас это показалось чем-то неправильным. Он потянулся ко мне и коснулся моего рта своим, совсем как раньше. Сначала его губы были мягкими и нежными, будто заманивал. Я даже начала утопать в их теплоте. Но подобные нежности не в его характере. Это была ловушка. Стоило мне чуть-чуть расслабиться в родных мужских объятьях, как та начала захлопываться. Уже вонзаясь в мой рот своим языком, Витя приподнял меня и опустил спиной на кровать, придавливая своим телом. Его твердый пах врезался в промежность, а крепкие руки уже нетерпеливо задирали подол сарафана. Мне захотелось немедленно возразить. И я сказала:

— Стас, нет, подожди…

Витя так резко остановился, как будто застыл, превращаясь в статую. А у меня возникло желание провалиться сквозь эту кровать, на которой лежала. Да еще он так посмотрел на меня, словно вот-вот собирался ударить. За то, что назвала чужим именем.

Виктор медленно поднялся, теперь возвышаясь, как одна большая угроза. Из темных глаз лилась ненависть, а верхняя губа исказилась в мимике отвращения. Сейчас я сделала ему очень неприятно, возможно даже больно. Еще год назад бросилась бы ему на шею и начала умолять о прощении и пощаде. А теперь… было просто жаль.

— Прости, — сказала ему.

Но что тут началось…

— Давно ты к нему приехала?

— Где-то неделю назад.

— И сколько раз у вас был секс за это время?

Резко стало дурно. Я села.

— Не знаю.

Тогда Витя подошел ко мне и схватил за плечи. Поднял, встряхнул и начал орать.

— Сколько?!

— Я не считала!

— Он что, вообще с тебя не слезал?! Да что ты нашла в этом ублюдке?!

Он так разозлился, что на лбу выступили вены. А мне опять стало страшно, что было непривычно ощущать в его компании.

— Я не знаю! — закричала скорее на испуге.

— Дура! Да ты ему нахрен не сдалась. Отимел и забыл. Знаешь, что я увидел в его глазах, когда о тебе говорили — один лишь дым.

Сказав это, Виктор оттолкнул меня, так что упала спиной на кровать. А слезы уже душили. Из-за его слов, из-за его поведения, из-за того, что Стасу на меня наплевать.

— Иди помойся, — грубо бросил мужчина, разворачиваясь к выходу.

Будто я действительно была грязной. Да если только испачканная руками и запахом другого самца.

— Вить, я хочу домой, — потребовала так жалобно, что самой стало тошно.

Он остановился в дверном проеме.

— Паша отвезет, — сказал, прежде чем покинуть спальню.