Глава 27

Жизнь понемногу приходила в русло стабильности. Близнецы отправились в садик. Даня вернулся в школу. Сперва Роберт предлагал отправить детей в другие места, чтобы скрыть информацию от Байсарова, но я решила им будет лучше в привычной обстановке. К тому же, школа, в которую ходил Данил, одна из лучших в городе. Ну и близнецам привычнее в старой обстановке. Дальше будет видно.

Но Демьян появляться не торопился. Хотя от него и не прятались.

– Байсаров следит за тобой, – сообщил мне Роберт. – И за детьми.

Это делало ситуацию еще более странной. Прошла почти неделя, а Байсаров ничего не предпринял. Складывалось впечатление, будто он отказался от своих прошлый идей.

Может так и было?

Если бы не слежка.

Про мою маму до сих пор не поступило никаких новостей. Расследование не давало никаких результатов. Все оборвалось на ее подруге.

Я погрузилась в новую работу. Но постоянно возвращалась к материалам дела, которые собрали люди Роберта. Перечитывала досье столько раз, что уже кажется, выучила его наизусть.

Такое чувство, будто упускаю важную деталь… но какую?

Я в очередной раз просмотрела папку и отложила бумаги в сторону. Нужно сосредоточиться на отчете. Раз решила заняться бизнесом, то теперь не должна отвлекаться.

Тут мой взгляд упал на календарь.

День смерти маминой подруги. Сегодня. Много лет назад именно в этот день ее сбил автомобиль. Водителя так и не нашли. Врачи ничего не смогли сделать, когда “скорая” приехала, бедная девушка уже была мертва.

Я качнула головой и вернулась к изучению отчета.

На душе было неспокойно. Виски пульсировали от напряжения. Моим сознанием завладела странная мысль.

Сама не знаю почему, но мне вдруг захотелось поехать на кладбище.

В досье обозначалось место захоронения. Это не так далеко от моего нового офиса. Да и время такое, что можно сделать перерыв.

Нет. Ерунда какая-то в голову лезет.

Зачем мне туда ехать? Для чего?

Лучше делом заняться.

Но работа не шла. Бывают такие моменты, когда сосредоточиться невозможно, мысли буквально ускользают прочь.

Я опять посмотрела на часы и поднялась. Лучше съездить. Все равно спокойно сидеть в кабинете не могла. Сомневаюсь, что посещение кладбища натолкнет меня на новую нить для расследования. Но… вдруг?

Папа подключил лучших своих специалистов. Ничего не помогало.

Я спустилась вниз, попросила одного из охранников меня отвезти и подождать на парковке. Потребовалось некоторое время, чтобы найти могилу.

Место выглядело ухоженным.

Это насторожило. Родители покойной девушки давно переехали в другой город. Не могли бы сами следить.

Тогда кто сюда приходил?

Ладно. Я ищу подвох там, где его нет. Может быть они оплатили уход наперед или попросили кого-то из родственников.

Хотя Роберт выяснил, что они до сих пор очень бедно живут.

Сомнения внутри опять всколыхнулись.

Я обняла себя руками. Смотрела на памятник, на фотографию. Эта девушка тесно общалась с моей мамой. Она ее знала. Она держала меня на руках, отнесла в приют.

Почему? Что тогда произошло?

Множество вопросов. Ни единого ответа.

Не знаю, сколько я простояла так. Телефон завибрировал, пришлось принять вызов. Это охранник уточнял, сколько еще времени мне требуется.

– Сейчас вернусь, – ответила я.

Нет смысла тут задерживаться. Ничего нового я не узнала. Разве что можно сказать Роберту про то, что могила выглядит ухоженной.

Надо узнать, кто именно следит. Кто оплачивает возможные счета за уборку.

Я повернулась и пошла обратно. Вышла на узкую дорожку, которая вела к центральной. Была настолько погружена в свои мысли, что едва разбирала дорогу перед собой. Потому и не заметила, что кто-то идет навстречу. Натолкнулась на постороннего человека.

– Простите, – пробормотала глухо.

– Ничего страшного, – последовал тихий ответ.

Этот голос заставил встрепенуться. Поднять взгляд. Миловидная блондинка слабо улыбнулась мне и прошла мимо.

А я обернулась и смотрела ей вслед.

Она направилась именно туда. К могиле, где похоронена подруга моей мамы. Замерла прямо перед памятником, а после склонилась и положила у подножья охапку белых роз.

Я сглотнула с трудом. Глаза защипало.

Нет. Не может быть…

Пара секунд – и я очнулась, быстро пошла вперед. К ней. Только в последний момент будто заледенела. Так много хотела сказать, а слова не шли.

Страх? Шок? Может я боялась, что ошиблась?

Или наоборот. Не ошиблась. Но вдруг… вдруг она меня оттолкнет? Вдруг никакой встречи со мной она и не хотела, никогда не искала?

Женщина повернулась и посмотрела на меня с удивлением.

Эти ее движения. Манера держаться. Смотреть. Мимика ее лица. Такое впечатление, будто я видела собственное отражение. Хотя внешне мы едва ли похожи друг на друга. Теперь становилось ясно о чем именно говорил Роберт, когда встретил меня в первый раз.

– Что-то случилось? – спросила она.

– Вы Ольга? – мой голос предательски дрогнул.

– Нет, – женщина как будто напряглась, а потом отвернулась от меня и явно собралась уйти.

Только мое смятение рассеялось в момент. Теперь я хотела дойти до конца. Даже если мама сама хотела от меня избавиться, я должна об этом узнать. От нее. Сейчас.

– Подождите, – твердо произнесла и схватила ее за руку. – Ваша подруга. Та девушка, которая покоится здесь. Много лет назад она отнесла маленького ребенка в детский дом. Дала директору огромную сумму денег, чтобы там записали совершенно другую дату рождения.

– Что… – она стала белее снега, попробовала выдернуть руку из моей хватки, но я не собиралась так легко ее отпускать. – Откуда вы это взяли?

– Я тот ребенок, – горло сдавило, но я очень старалась не разрыдаться. – Я та самая девочка, от которой вы решили избавиться.

– Катя? – ее глаза заблестели, наполнились слезами. – Моя Катя?

Она обняла меня. Так крепко, что я чуть не задохнулась. Прижала к себе крепко-крепко. Так я и мечтала. С раннего детства.

Да. Всякий раз представляла, что найду маму, позову ее. Она обернется, обнимет меня, прижмет изо всех сил. Согреет, обернет теплотой.

Мне снились такие сны. Очень реалистичные. Хотя лица мамы я никогда не видела. Но чувствовала ее. Улавливала удары ее сердца, которое вплотную прижато к моему.

– Мама… мамочка…

– Катенька, родная моя.

Тут она вдруг отшатнулась от меня, точно обожглась. Обернулась и посмотрела по сторонам.

– Что я наделала, – прошептала. – Он же увидит. Поймет. Он может следить. Ему обо всем доложат.

– Кому?

– Катя, – она задрожала.

Теперь в ее глазах горел ужас. Дикий, животный.

Тут вспомнились слова директора. Подруга мамы была испугана, когда принесла меня. Это отпечаталось в памяти.

– Нельзя, чтобы нас заметили вместе, – продолжила глухо.

– Почему? – совсем не понимала ее. – Я нашла отца. Он сможет нас защитить. Может просто сядем в машину, на которой я сюда приехала и поедем к нему?

– Роберт знает? Он… здесь?

– Да.

– Надеюсь, нас никто не видел.

– Прошу, пойдем.

Было трудно понять, о чем волнуется моя мама, что так сильно не дает ей покоя. Точнее – кто?

Даже когда мы оказались в машине, она совсем не расслабилась.

Я попросила охранника отвезти нас домой. Роберта там еще не было. Малыши занимались. Мы могли поговорить наедине. Разгар дня, никто не помешает.

Сначала я рассказала свою историю. Как столкнулась с отцом, как мы все выяснили. Потом перешла к части про расследование.

Мама молчала.

– Почему ты сказала, что тебя зовут не Ольга? – наконец, спросила я.

– Это и правда не мое имя, – вздохнула она. – Меня зовут Оксана. Настоящее имя пришлось скрыть. Ольгой я была только пока училась в университете, пока была с Робертом.

Ее слова только сильнее запутали.

Мама явно боялась кого-то. Теперь выяснилось, она еще и скрывалась, жила под чужим именем. Но именно это и могло объяснить, почему за столько лет Роберт так и не сумел ее найти. Никакие связи и деньги ему не помогли. Он просто не знал, кого искать и где именно.

– Я сделала ужасную ошибку, – наконец, сказала мама. – Всех вас подставила под удар, когда обняла тебя там. Когда расплакалась. Если за мной следили сегодня, то все поняли. А он… он всегда следит.

– Он? Кто – он?

– Ужасный человек. Очень мстительный и опасный.

– Но Роберт сможет нас защитить.

– Нет, – она покачала головой. – Не думаю. Никто не сможет. Он обещал, что сохранит Роберту жизнь, только при условии, что я никогда не вернусь к нему. Брошу его и откажусь от нашего брака.

– Мама, – невольно нахмурилась. – Роберт Джонс – миллиардер. Он один из самых богатых людей в мире. Кто может ему навредить?

– Он тоже очень богат. Пусть и не настолько как Роберт, но… я не готова рисковать. Он не должен узнать, что я нашла тебя, Катя. Никто не должен. И с Робертом мне тоже не нужно встречаться.

– Прошу, расскажи мне все. Кто держит тебя в страхе все эти годы?

Наконец, мама открыла свою историю.

– Я родилась в состоятельной семье, Катя. Мои родители не миллиардеры, но денег нам хватало. Мне вообще очень везло, пока я не встретила одного жуткого мужчину. Мрачный. Жестокий. Абсолютно беспринципный. Он захотел взять меня в жены и не принимал никаких отказов. Дошло до того, что он силой забрал меня. Похитил прямо из дома родителей. Тогда чудом удалось сбежать. Дядя помог сделать новый паспорт. Все документы на другое имя. А дальше я переехала, скрывалась. Верила, что этот подонок никогда до меня не доберется.

Она рассказала про знакомство с моим папой. Про любовь, которая вспыхнула между ними. Про свадьбу.

– Роберт уехал, а я как раз узнала, что беременна тобой. Не успела ему сообщить. Ждала его возвращения. Но тут… подонок нашел меня. Не знаю, как ему удалось. Наверное, он просто одержим. Как зверь почуял добычу. Только в жены я теперь не подходила. Замужняя женщина. Беременная. В его семье мужчины выбирали для себя исключительно девственниц. Он сказал, что убьет Роберта, и я ни секунда не сомневалась в том, что он осуществит угрозу. Слишком много знала про этого человека. У него хватало власти и денег, чтобы добраться до кого угодно. Уверена, он и теперь способен причинить Роберту вред, а тогда бы это вообще не составило ему труда. Он никогда бы не остановился. Его бы ничто не заставило отступить. Поэтому мне пришлось написать то письмо. Передать все подруге. Вернуться к родным. Этот подонок обещал, что не тронет ни меня, ни моего ребенка. При единственном условии. Если я никогда не выйду на связь с Робертом. Я согласилась. Самое важное – это сохранить твою жизнь. Любовь к Роберту ушла на второй план.

Только дальше выяснилось, что урод, который преследовал мою мать, нарушил собственное обещание. Не сразу. Специально выждал время.

Он позволил ей спокойно родить ребенка в кругу родной семьи. Дал время привыкнуть к спокойной жизни. Сильнее прикипеть к своему малышу.

А потом нанес удар.

– Подонок нанял убийц. Он хотел убить тебя, Катя.

Такой урод и правда не остановится.

Убить ребенка. Как так вообще можно?

– В тот вечер нам чудом удалось тебя спасти. Тогда я обратилась к близкой подруге. Дала ей деньги, попросила отвезти тебя в детский дом. Причем я не сказала, куда именно. Сознательно не сказала. Боялась.

Понятно, что на тот момент мама находилась в жутком состоянии. Опасалась, что разговор могут подслушать, поэтому предоставила подруге полную свободу выбора насчет приюта.

– Мы должны были встретиться через несколько месяцев. Мы даже договорились, где именно. Там бы она и сообщила мне куда именно тебя отвезла. Но в день нашей встречи ее сбила машина. Мы не успели поговорить.

Это явно был заказ. Подонок продолжал месть. Он подозревал, что мамина подруга спрятала ребенка, потому и постарался от нее избавиться.

Урод хотел, чтобы мама страдала.

– Я просто надеялась, ты жива. Надеялась, он до тебя не добрался. Я даже искать тебя не могла. Боялась, что если найду ниточку, то подонок выйдет на твой след. Только за Робертом следила. О нем выходили репортажи в западной прессе. Он часто оказывался на виду. Но я понимала, что про тебя Роберт и не узнает. Он же не знал о моей беременности.

– Мама, пожалуйста, скажи, как зовут этого человека.

– Нет, не надо тебе знать его имя.

– Мама, прошу.

– Катя…

– Я уверена, Роберт сумеет с ним разобраться.

– Он слишком опасен. Давно замешан в криминале. Его нельзя отправить в тюрьму. Там такая семья… преступный клан. У них связи по всей стране.

– Нельзя же позволить ему и дальше творить беспредел.

– Катя, моя семья пыталась действовать честно. Ничего не вышло. Мой дядя собирал на него компромат, но все спустили на тормозах.

– Значит, Роберт хотя бы охрану устроит от него. Мы что-то придумаем.

Мама сомневалось. Было видно, что она устала жить в страхе. И главное – не хотела опять расставаться со мной.

– Катя, можно я опять тебя обниму? – спросила тихо.

– Конечно, – улыбнулась я и сама к ней потянулась.

При этом случайно села на пульт от телевизора. Включился какой-то шумный новостной канал.

Мы с мамой обнялись и рассмеялись.

Такой странный момент. И тяжело на душе. И радостно.

– Я не знаю, что делать, Катя. Правда. Не знаю. Я не хочу подвергать вас опасности. Но боюсь, уже поздно. Он же до сих пор держит меня под прицелом. Он всегда где-то рядом.

Я сама не знала, что сказать. Эмоции раздирали на части.

Бодрый голос диктора на заднем плане раздражал, и я немного отстранилась от мамы, чтобы направить пульт на телевизор и выключить его.

– Стой, – вдруг выпалила мама и схватила меня за руку.

Я перевела взгляд на экран. Нахмурилась.

Это же Байсаров-старший. Отец Демьяна. Или мне кажется? Нет, точно он. В наручниках.

– Сегодня арестован глава известного промышленного холдинга, – скороговоркой произнес диктор. – Обвинения серьезные. Покушение на убийство.

Кадр сменился. Теперь на экране показывали другого мужчину.

– Господин Юсупов, что вы чувствуете сейчас? Предательство делового партнера это весьма болезненный удар. Или вы полагаете, Байсаров не собирался вас убивать? Вы знаете, что он уверяет, будто его подставили?

– Я в курсе, что Байсаров обвиняет в покушении на меня своего родного сына. Демьяна. Но это полный бред. Не могу раскрывать вам детали. Просто поверьте, следствие получило все необходимые улики. Преступник будет сидеть в тюрьме.

Очередная смена кадра.

Байсаров-старший кричал что-то в камеру, но его голос заглушили звуковым сигналом. Мужчину силой затолкали в полицейский автомобиль.

Я обернулась и посмотрела на маму. По ее щекам текли слезы. А на лице читалось облегчение. Больше никакого страха. Никакого напряжения.

– Это что, – мой голос дрогнул. – Это он? Байсаров-старший? Он преследовал тебя все эти годы?

– Да, Катя. Это тот самый подонок.